Смута
![Смута](/uploads/covers/2023-07-25/smuta-201.jpg-205x.webp)
- Автор: Ник Перумов
- Жанр: Героическая фантастика / Самиздат, сетевая литература
- Дата выхода: 2023
Читать книгу "Смута"
Она не могла сказать, что внезапно ощутила тягу, словно ступив в быстрый поток и чувствуя, что вода так и норовит сбить её с ног, повалить, потащить за собой. И поток этот мог, наверное, доставить их обратно домой… только вот Юльке этого сейчас совсем не хотелось. И поняла она это тоже только сейчас. Она не могла уйти, они с Игорёхой не могли уйти! Дело не сделано, она не может так всё бросить! Федор… Петя… Ирина Ивановна с Константином Сергеевичем… нет, никогда!
И она решительно потянула Игоря дальше.
Галерея и впрямь вывела их куда следует — к дворцовым подвалам. Чья бы воля тут ни поработала, но путь был открыт. Выбраться обратно было не так уж трудно — а мимо того места, где некогда располагалась машина, Юлька прочти пробежала.
Лезть обратно через решётку, само собой, не стали; пробрались в сам корпус, наспех приведя себя в порядок; и лишь оказавшись в квартире госпожи Шульц, Юлька позволила себе громко всхлипнуть и крепко обхватить Ирину Ивановну.
Игорёк закатил глаза. Он оказался куда сдержаннее — подполковнику он просто пожал руку, почти как равному. Точно так же, как Пете Ниткину и Феде Солонову.
Рассказ путешественников длился долго. Услыхав, что проходы в корпус вновь открыты, а кирпичная кладка кем-то частично разобрана, и Ирина Ивановна, и Константин Сергеевич разом нахмурились.
— Кто-то им помогает, — сказали они хором.
— А, может, и никто, — вдруг сказал Петя Ниткин.
— Как это «никто»? — удивилась Ирина Ивановна. — Кто же тогда разобрал кладку?
— У нас же тут всяких строителей перебывало — видимо-невидимо, — пояснил Петя. — Про галерею они точно знают; долго ли было внедриться к рабочим, да и махануть пару раз киркой? Я б на их месте так бы и сделал. Куда безопаснее, чем «своим человеком» рисковать. Если он вообще есть, этот человек.
— Умны вы, господин Петр, — покачал головой Две Мишени. — Что ж, дискутировать этот вопрос и в самом деле смысла особого не имеет. Нам надо встретить этих «туннельных» и положить конец всему этому затянувшемуся безобразию. Мадемуазель Солонова передаст ваши разыскания куда следует, ну, а наше дело — подготовить им тёплую встречу.
В Александровском корпусе кончались годовые испытания. После них господам кадетам предстояли лагеря, а потом — недлинные каникулы. Старший же возраст пребывать в лагерях должен был до осени, пока не выходили приказы о зачислении в то или иное военное училище (даже и те, кто не выбирал офицерской профессии, всё равно должны были пройти эту последнюю «каторгу», как промеж себя называли кадеты эти последние лагерные сборы).
Феде Солонову же предстояло нелёгкое дело — помириться с Лизой Корабельниковой. Точнее, они не ссорились — просто дело занимало теперь почти всё его время. Даже весенний бал в Лизиной гимназии прошёл для Феди словно бы мимо, как в тумане, словно бы и не с ним. Облачились в парадные мундиры, явились, продефилировали мимо самой m-me Тальминовой, потанцевали…
Федор старательно проделывал положенные па, стараясь не глядеть Лизе в глаза.
И больше не приглашал никого из гимназисток, то есть, с точки зрения приличий, «вёл себя просто ужасно», «компрометируя m-mlle Корабельникову», но ему с некоторых пор на приличия стало совершенно наплевать.
Лиза, надо сказать, это вопиющее отступление от правил одобрила. Федя чувствовал, что ему это немало помогло.
А тут ещё и появление Юльки…
Юльку зоркая Лиза, конечно, заметила. К счастью, была Юлька тогда с Игорем, и Федя Солонов не навлёк на главу свою Лизиного гнева. Простодушный Петя Ниткин рассказал Зине всю ту же легенду о приехавших к госпоже Шульц бедных осиротевших родственников, правда, очень далёких — и Лиза несколько успокоилась. Зато обида её на Федора всё равно росла — Лиза понимала, что у них — у Федора, у Пети есть какая-то тайна, тайна, к которой её не подпускают. Высказала она это Пете ещё зимой, и с тех повторяла не один раз, однако бравый кадет молчал, как та самая рыба. Лиза надулась, однако совсем «раздруживаться» она тоже не хотела.
Так прошла весна, у тальминок тоже начались годовые испытания; Лиза с Зиной, как и остальные, сидели за учебниками. Дружба словно остановилась; Федор и Петя каждую свободную минуту пропадали у Ирины Ивановны. Даже розовые конвертики приходить почти перестали; а когда и приходили, то фразы в них сделались сухо-вежливы.
Добрая Зина огорчалась, расстраивалась, но, мягкая по натуре, на Петю совсем не обижалась.
— Они бы сказали, если б могли, — утешала она подругу. — Раз не говорят — значит, слово дали. Честное кадетское. А коль дали — так скорее умрут, не скажут!
— Тогда я умру! От любопытства! И они будут все плакать! А я буду лежать в гробу такая красивая и несчастная!
— Да ты что! — пугалась бедная Зина. — Грех такое говорить! Потерпи немного, скоро всё разрешится, вот увидишь!
И, что называется, как в воду смотрела.