Дикий барин
![Дикий барин](/uploads/covers/2023-12-24/dikij-barin-201.jpg-205x.webp)
- Автор: Джон Шемякин
- Жанр: Современная проза / Юмористическая проза
- Дата выхода: 2016
Читать книгу "Дикий барин"
Гости дорогие
Сначала жалоба на жизнь. Она назрела.
Все знают мою разумную экономность и рачительный подход ко всему. Скажу честно: очень люблю экономить на окружающих. Особенно на питании всяческих гостей.
«Как в санатории побывали! – очень часто слышу я тихий шелест голосов уезжающих. – На три размера… неделю на отрубях и жмыхах… струей к двери просто отбросило… а шкурки же вот эти есть можно?»
Утром встанешь провожать родненьких, натолкать в котелки снегу для согревающего по утрам глотка кипятка, а они уже, перевязанные платками крест-накрест, стоят во дворе и, несколько пошатываясь, вдумчиво подсаживают себе на плечи самого маленького – высматривать через забор, когда за ними автобус приедет. В такие минуты я их особенно люблю. Не то что в минуты их прошлонедельного приезда, когда они, рыгоча, топоча и хохоча, растирая красные лоснящиеся морды огромными ручищами, вваливались ко мне на скромное подворье.
Вроде бы немного времени прошло, а какие разительные и приятные перемены! Дух победил плоть через разумное воздержание и увеличение доли брюквы и кочерыжек в рационе.
Автобус подошел, я что-то разволновался, выронил котелок со снегом, метнулся к шкапчику, вынес, сдувая табак и прочую ерунду, три средних куска сладкого сахару. И яблочко моченое из кармана халата, обтеревши гигиенически, протягиваю. Яблоки моченые в этом году мне удались, с газком такие яблочки получились, отменные. Хрустишь ими, а в носу щекотно от кручка этакого свежего. Очень бодрят и всему способствуют. Я без хрена их делаю. Только капустка на выстилку.
– Вот, – говорю, – давайте уже прощаться! Целуйте меня и обещайте обязательно навестить в ближайшие праздничные дни! Нас ждет столько увлекательного и неизведанного! Обнимемся же, друзья!..
Молча развернулись и гуськом захрустели к автобусу. Последнего пробовали нести на руках, но упали все втроем, шофер еще выбегал смотреть, головой качал.
А я стою с горем на сердце. Холодный степной ветер треплет мои седые власы, вздыбленные после вчерашнего посещения соседской бани, в вытянутой руке у меня дар Париса, а на глазах моих, на глазоньках моих соколиных, стоят сдержанные слезы. Сахар я сразу за спину спрятал. Хотел сначала сюрприз сделать неожиданный, вроде как – оп-па! – кто это нам сахарку принесла? лисичка?! А потом, когда понял все, решил вовсе из-за спины не доставать. Не хотите развивающих заданий, и не надо. Найдутся еще желающие.
Стою с яблочком посреди коровьих свидетельств, за спиной дом мой достойный кренится, колонны – как зубы у полярника: где несколько в стороны, где и вовсе черно от отсутствия, так, для форсу зубы, понятно, что не пригодятся уже для опознания. Гости мои в салоне автобуса осторожно разматывают шарфы и бережно стаскивают друг другу зубами варежки. Один к окну прилип лицом и что-то мне говорит, по губам его судя. Другой уткнулся в плечо третьему и сотрясается, царапая скрюченными пальцами чужой рукав. Ветер с выстуженных степей, повторюсь, вздымает полы моего халата, являя миру много уникального и заповедного.
И на душе как-то… как-то заброшенно.