Сирота с Манхэттена
![Сирота с Манхэттена](/uploads/covers/2024-02-21/sirota-s-manxettena-201.jpg-205x.webp)
- Автор: Мари Дюпюи
- Жанр: Любовные романы
- Дата выхода: 2020
Читать книгу "Сирота с Манхэттена"
На борту парохода «Шампань», в ночь с субботы 23 октября на воскресенье 24 октября 1886 года
Катрин со своей койки наблюдала за шумным возвращением взбудораженных соседей. В слабом свете масляных ночников лицо шахтера выглядело усталым и одутловатым, полщеки занимал кровоподтек. Колетт все никак не успокаивалась, шепотом распекая своего муженька-балагура.
- Стыд бы поимел, старый пьянчужка! Выставил себя на посмешище перед всем пароходом! И запомни: или ты научишься пить, или я в Америке и без тебя обойдусь.
Мужчина едва стоял на ногах. Внезапно он повалился лицом вниз между койками жены и Катрин, и его моментально вырвало. Эти звуки разбудили Гийома.
- Проклятье! Только этого не хватало! - возмутился он. - Моей жене нужен покой, она упала на трапе. Займитесь мужем, Колетт, а я уберу с пола.
Плотник был уже на ногах - помог подняться Жаку, после чего, перепрыгнув через тошнотворную лужу, побежал к цистерне с водой, расположенной возле туалета.
- Да когда же это наконец кончится? - спросила Катрин, в то время как соседка вполголоса, безостановочно извинялась за доставленные неудобства.
- Дрессировщик - храни его бог! - отделался синяком под глазом! И злобы не затаил, они с Жаком даже руки друг другу потом пожали. А вы, моя красавица, говорят, упали на ступеньках и зашиблись?
- Ничего страшного. Упала на спину и съехала на пару ступенек вниз.
- Это еще что! Нас скоро всех будет швырять, как щепки! Один матрос сказал, что этой ночью будет буря, - хмурясь, проговорила Колетт. - И Жак не последний, кого вывернет на пол, вот помянете мое слово! Господи Иисусе, чувствуете, как качает?
У меня голова кружится, что б его!…
Пароход, невзирая на мощность двигателей и огромную массу, уже час испытывал сильную качку. В твиндеке, расположенном ниже ватерлинии, были слышны глухие удары об обшивку - это волны с силой ударялись о корабль и, беснуясь, его раскачивали.
- Ваша правда, Колетт, на море неспокойно, - тихим встревоженным голосом согласилась Катрин. - Мне нездоровится, но, скорее всего, это морская болезнь. Хотя с момента отплытия я ничего такого не испытывала.
- Это у вас на погоду в животе крутит!
Молодая женщина закрыла глаза, пропустив грубоватое замечание соседки мимо ушей. Внизу живота ощущались нерегулярные спазмы, и она, прикрывшись одеялом, помассировала его ладошкой. Пытаясь себя успокоить, Катрин вспомнила слова доктора, с которым консультировалась две недели назад.
«По мнению врача, я рожу в середине января. В самый разгар зимы. У нас будет теплое жилище, Гийом мне обещал. Благодарение Богу, кровь больше не течет, - думала она. - И если завтра я целый день полежу, все придет в норму. Не нужно было так торопиться на трапе! А теперь еще эта ужасная вонь!»
Как раз вернулся Гийом с ведром воды в каждой руке. Жену он застал прикрывающей нос платочком.
- Моя вина, что тебе приходится все это терпеть, - прошептал он.
- Давайте-ка я вам помогу, мсье Дюкен, - предложила Колетт, которая уже успела лечь. - А что до вони, так это только начало. Прислушайтесь!
Она оказалась права. Кто-то из пассажиров стонал, а кого-то уже рвало. «Шампань» вибрировала, то взлетая на волнах, то словно проваливаясь в яму, и большинство пассажиров извергали из себя вечернюю трапезу. Рыдали испуганные дети.
- Вот бы подняться на палубу! - проговорил Гийом, старательно оттирая пол. - Волны, наверное, просто гигантские!
- Нет, не ходи! - запретила ему Катрин. - Не хватало еще, чтобы тебя смыло за борт. Что тогда будет со мной и нашей девочкой? Умоляю, не рискуй понапрасну!
- Обещаю, что никуда не пойду, дорогая. Хорошо еще, что наша Элизабет спит даже при всем этом гаме. Наверху, кажется, пошел дождь и свищет ветер. Экипажу сегодня придется попотеть!
Гийом напряженно вслушивался в шумы, доносящиеся снаружи. Катрин догадывалась, что ему хочется сразиться с разбушевавшейся стихией, помочь матросам, если нужно.
- Прошу, не ходи наверх! - повторила она.
- Не пойду. Но ведра нужно опорожнить, сегодня ночью они наверняка еще кому-нибудь понадобятся. Отдыхай, моя Кати, я позабочусь о тебе и Элизабет - о вас обеих, мои принцессы!
Он пошел по коридору, раскачиваясь, как пьяный: качка усиливалась ежеминутно. Навстречу ему выбежал мужчина.
- Надвигается шторм! - закричал он. - Никому не дозволено подниматься на палубу - приказ капитана! Хотя на это может пойти только безумец: волны перехлестывают через леера!
- Неужели все так плохо? - встревожился Гийом. - Откуда вы узнали про шторм?
- От помощника капитана. Он говорит, в этих широтах такое случается - кажется, из-за подводных течений, я толком не понял. Я пришел рассказать об этом сестре. Мы путешествуем вдвоем.
- Всего хорошего, и спасибо!
Переваривая услышанное, Гийом направился к уборным. Они пребывали в ужасном состоянии, и ему, превозмогая тошноту, пришлось шлепать по желтой вонючей жиже. Управившись с ведрами, он помыл руки и с облегчением повернул назад, но, оказавшись в коридоре, мощным толчком был отброшен к ближайшей стене и сильно ушибся.
- Вот же дьявольщина! - выругался он. - На ногах не устоишь!
Однако любопытство возобладало: невзирая на предупреждения незнакомца, Гийом прошел по коридору и поднялся по трапу. Не успел он ступить на палубу, как в лицо ударил ледяной дождь.
Последней ступеньки он так и не переступил - до того была страшна открывшаяся его глазам картина.
Ванты со свистом трепал ветер, и это было похоже на пронзительные демонические вопли. «Повелитель морей» уподобился утлому челну, гонимому разбушевавшимся океаном, чьи громадные волны с рокотом разбивались о палубные ограждения.
По палубам сновали матросы в непромокаемых робах. Один из них заметил Гийома.
- Мсье, немедленно спускайтесь! Надвигается шторм! - распорядился он. - Нам приказано задраить все люки и закрыть твиндек.
- Он уже начался, ваш шторм, - возразил Гийом.
- Делайте, что вам велено!
Катрин ждала возвращения мужа. Заснуть не получалось: на ночной рубашке проступила тоненькая кровяная дорожка. Сменного белья у нее не было, равно как и сил сносить новые неприятности.
- Если б только не пропали наши чемоданы! Я захватила несколько отрезов ткани, специально для родов. А теперь у меня ничего нет, совсем ничего! - твердила она едва слышно, стискивая зубы.
Потревоженная соседка открыла глаза, а потом и приподнялась на локте.
- Что случилось, моя милая? Вам плохо?
- Да, Колетт, плохо. У меня пошла кровь - после того как я упала, и кровотечение не останавливается. Ни подмыться, ни переменить одежду я не могу, вы понимаете…
- Милостивый Иисусе! С этим я вам, конечно, помогу. Но вдруг это начались роды?
- Нет, это точно не схватки. Наверное, я ушиблась.
- На борту этой проклятой жестянки есть доктор, и завтра вы к нему непременно сходите! Если, конечно, мы до утра доживем.
- Господи, Колетт! Не надо так говорить!
Молодая женщина перекрестилась. Она только что осознала, что за бортом беснуются волны, заглушая своим угрожающим ревом урчание паровых машин под полом.
- Гийом! - громко позвала она. - Мой муж все никак не возвращается! Коко, корабль накренился, смотрите! Он еще наклоняется!
В тот же миг проснулась Элизабет и изо всех сил закричала:
- Мамочка!
Другие дети тоже стали звать матерей - те, кто от страха не мог уснуть.
- Дорогая, успокойся! - воскликнула Катрин. - Я не могу встать. Сейчас подойдет папа.
Из сумерек возник Гийом, волосы у него были мокрые. Он склонился над койкой дочки. Малышка всхлипывала, прижимая к сердцу куклу.
- Не бойся, моя принцесса, просто море сердится. Но это скоро пройдет.
Элизабет смотрела на него невидящим взглядом. Он погладил дочку по щеке, улыбнулся, пытаясь скрыть тревогу.
- Лисбет, милая, поговори со мной! Тебе снова приснился кошмар?
Девочка коротко кивнула. Ее отец вздохнул от огорчения, а потом предложил:
- Хочешь лечь рядом с мамой?
- Нет, пусть побудет с тобой, Гийом! - возразила Катрин. - Меня тошнит, поэтому прошу, посиди с Элизабет. Ты заметил, как накренился корабль?
- Я все видел, Кати! - ответил мужчина. - Будем надеяться на лучшее. Капитан знает, что делает. Это не первый его трансатлантический переход.
Пассажиров постепенно охватывала паника ввиду столь сильного наклона парохода. Высказывались самые разные предположения, охали и стенали испуганные женщины, мужчины, встревожившись, вставали и одевались. Слово «шторм» передавалось из уст в уста, порождая страх и непонимание.
- Милостивый Иисусе! Я и сама еле жива, - призналась Колетт.
Ее сыновья плакали, сидя рядком на койке, которую делили между собой. Старший, Леонар, обнимал маленького Поля за плечи.
- А ваш отец храпит себе! - внезапно рассердилась их мать. - Будем тонуть, он и глаз не откроет, пьянчуга!
Катрин стала молиться. Она просто не могла лишиться своего еще не рожденного малыша! Если эта трагедия случится, она всю жизнь будет себя в этом винить!
- Мамочка! - снова позвала Элизабет. - Мама, поцелуй меня!
- С тобой рядом папа, моя хорошая, ляг и засыпай! Будь послушной девочкой. Мне будет очень больно, если я встану тебя поцеловать.
На ее отказ девочка ответила коротким всхлипом. Гийом принялся тихим шепотом уговаривать дочку. Еще через минуту Катрин услышала, как он напевает любимую песню Элизабет - о девушке Марианне, которая понесла зерно на мельницу.
Нахлынули умиротворяющие воспоминания: лето на берегу Шаранты, вызолоченные солнцем пшеничные поля, аромат мяты и тимьяна в их садике в Монтиньяке… Катрин смахнула слезы, порожденные ностальгией по родной стране, теперь такой далекой.
Уже больше часа «Шампань» отважно противостояла разыгравшейся стихии и ярости океана. Гийом напряженно прислушивался, Элизабет спала, устроив головку у него на плече. Контакт с теплым отцовским телом помог ей успокоиться. Не спалось не только Гийому. Между койками то и дело кто-то проходил - в уборную или просто навестить соседа.
Разговоры, как в полный голос, так и шепотом, составляли несмолкаемый фоновый шум, а к нему добавлялись мощные удары волн, которые никак не шли на убыль, и завывания ветра.
И тут разразился напророченный шторм. Атакуемый им пароход затрясся. Все, кто ожидал, что погода вот-вот улучшится, осознали свою ошибку.
- Господи, сжалься! Защити нас! - прошептала Катрин, которой было не до сна.
Молодая женщина съежилась на койке, сжимая пальцами свой крестильный медальон. Она была готова к любым испытаниям, потому что одно маленькое чудо уже случилось.
«Живот перестал болеть, и кровь больше не идет, - думала она. - Колетт говорит, с ней во время беременности такое случалось, и не раз».
Еще несколько минут - и воцарился хаос. Все обитатели просторного твиндека пришли в ужас, поскольку было ощущение, что огромный корабль опрокидывается на левый борт, а в следующую секунду встает на дыбы. Пол опасно накренился под ногами, по проходам покатились чьи-то вещи.
Брань, испуганные восклицания, стоны… От страха кричали дети. Мгновение - и «Шампань» словно рухнула в бездонную пропасть.
Если бы пассажиры третьего класса могли подняться на верхнюю палубу, они бы увидели высоту волн и их беспощадность. Тем не менее корабль шел вперед, подобный швыряемой из стороны в сторону соломинке.