Жена Берсерка
![Жена Берсерка](/uploads/covers/2023-01-30/zhena-berserka-201.jpg-205x.webp)
- Автор: Екатерина Федорова
- Жанр: Любовная фантастика / Самиздат, сетевая литература
Читать книгу "Жена Берсерка"
— В паре шагов от нас никто ничего не услышит, это я могу сделать и уже сделал… не хочешь отослать своего спутника?
Харальд качнул головой, темноволосый спокойно заметил:
— Смотри, это твой выбор. Тебе за него и отвечать. Догадался, кто я?
— Локи Фарбаутсон, — уронил Харальд.
— Я не знал своего отца, поэтому редко произношу его имя. — Лицо Локи, пока он говорил, было до странности неподвижным, словно он старался поменьше двигать челюстью.
— Учту, — Харальд чуть наклонил голову. — Как получилось, что ты оказался здесь? Я слышал, боги приковали тебя в какой-то пещере…
Подбородок Локи дернулся.
— Не приковали, а привязали кишками моего сына. Не надо бояться правды… внук. И подвесили змею, чтобы она сжигала ядом мое лицо. Надеялись, что рано или поздно яд проберется внутрь головы. Но этой ночью черный дракон взлетел. Вельва это предрекла — хоть часть ее пророчества и оказалась сущим бредом. Но кое в чем она была права. Черный дракон — рок для владык. И женщина, ненадолго получившая его силу, запечатала этот мир для богов Асгарда…
— Запечатала? — медленно спросил Харальд.
— Раз я сумел освободиться этой ночью, — объявил Локи. — Значит здесь, в этом мире, светлые боги больше не властны. Иначе мне не удалось бы… насколько я знаю, Биврест теперь разрушен. Навсегда. Радуги над миром людей будут сиять, но по ним уже никто не придет. И Тор лишился своей колесницы, а меня в Асгарде больше нет. Некому добывать для богов вещи, в которых есть сила, какой сами они не владеют. Люди вольны выбирать себе новых богов — если пожелают. И кого пожелают. Сам я в боги не собираюсь, у меня другие планы.
— Какие? — бросил Харальд.
Губы Локи дрогнули, словно он хотел улыбнуться — но так и не улыбнулся.
— Это мое дело. Однако ты разговорчивее своего отца. Хотя мог бы и порадостней встретить своего деда.
Харальд посмотрел в сторону Россватена. Ответил, надсадно выдыхая:
— Я бы встретил. Если бы Сигюн не сделала все, чтобы моя жена оказалась этой ночью на озере. С другой стороны, не окажись она там, нас все равно не оставили бы в покое. Выходит, то, что сделала Сванхильд, нужно было сделать. И то, что сделала Сигюн — тоже.
— Хорошо, что ты это понял, — отозвался Локи. — Ты унаследовал мою мудрость, внук. Жаль, я еще не знаю, что унаследует мой правнук. Мои порожденья такие разные.
— Унаследует ли? — хрипло уронил Харальд. — Сванхильд расшиблась на озере, после того, как взлетела. Она до сих пор не пришла в себя…
— Очнется, — пообещал Локи. — Тот, кого носит твоя жена, не может умереть до срока. Как и ты, впрочем. Чтобы с ней не случилось, ей придется выжить, чтобы выносить его.
После этих слов Харальд вдруг понял, что ребра ноют уже не так сильно. И, надсадно выдохнув, сказал:
— Хочу кое-что спросить. Зачем Сигюн дала мне яд?
— Твоей жене этой ночью нужно было очень много силы, — медленно ответил Локи. — Больше, чем в прошлый раз, в твоей крепости… ты знаешь, о чем я. Тогда она взяла силу от Ермунгарда — он оказался ближе. Хоть Ньерд и выморозил ему кровь, чтобы Мировой Змей не мешал богам, но кое-что твоя жена сумела взять. Правда, сама так и не поняла этого. Но чтобы встретится с богами, ей потребовалось бы гораздо больше. Требовалась сила чистая, злая, ненавидящая. Твоя. Та, которая у тебя есть. Яд помог проснуться дракону, что спит в тебе. Потому что на самом деле это ты дракон, Харальд. Жаль, но подарок того, кого называют предателем воинов, никогда не позволит тебе взлететь. Зато твоя жена, которую изменил нерожденный, но уже предсказанный, может черпать из тебя, как из колодца. Яд разбудил дракона, она зачерпнула силу… что еще ты хочешь знать?
— Вот это озеро, — хрипло сказал Харальд. — Это ты привел меня сюда? Или боги?
— Они, — спокойно объявил Локи. — Здесь удобное для ловушки место. И оно достаточно далеко от моря. Боги не хотели, чтобы твоя жена взяла силу еще и от Ермунгарда. Ну а я, скажем так… я добавил всему этому немного больше ярости. И сам едва не погиб этой ночью — потому что Сигюн отсутствовала слишком долго, а яд все капал. Чужак, которого видели у озера и которого ты искал, сейчас лежит вон там.
Он ткнул рукой, указывая на тела, уложенные возле входа в пещеру. Добавил:
— Это Тьяльви, спутник Тора. Погиб этой ночью, когда черный дракон посмотрел на колесницу. Он помогал своему хозяину в его делах. Хочешь спросить что-то еще? Но учти, я уже начинаю сожалеть о том, что ты разговорчивее своего отца…
— Змеи, — выдохнул Харальд. — Те, что на мне. Одна сейчас прилепилась к моей спине. Что это такое?
Локи помолчал, разглядывая его.
— Это часть того дракона, которым ты являешься. Остальное спросишь у своего отца. Он об этом знает больше моего. Все?
— Все, — согласился Харальд.
И помедлил, глядя на деда. Много чего еще хотелось спросить — но терпенье у Локи явно было на исходе.
— Ты, как я понимаю, пришел не ради того, чтобы повидать меня? — уронил наконец Харальд.
У Локи дернулась одна бровь — то ли он попытался нахмуриться, то ли под нежной, только что наросшей кожей прошла болезненная судорога.
— Я пришел за тем, что мое по праву. И что нельзя оставлять в чужих руках. Один раз я уже бросил эту вещь — и поплатился за это. Где моя сеть, Харальд?
Свальд, стоявший рядом, не шелохнулся.
— Не так быстро, — тихо сказал Харальд. — Боги точно сюда больше не явятся? Как мне помниться, скальды трепались, что валькирии крылаты, а у Фрейи есть какая-то повозка…
На этот раз Локи улыбнулся. Чуть-чуть, едва изогнув тонкие, красноватые губы.
— Чего только не наболтают скальды. Которым, как говорят, сам Один подливает мед поэзии. Я в свое время успел повидать каждую из валькирий без одежды, Харальд. И с виду, и на ощупь они точно такие же, как обычные бабы. Только очень красивые. И крыльев у них нет. А будь у Фрейи повозка, которая может доставить ее в мир людей, она бы прилетала сюда каждый день. Всех асов в Асгарде Фрейя уже перепробовала, только люди и остались… неоцененными, как говорит она сама. Отдай мне сеть, Харальд. Я знаю, что она у тебя. Не заставляй меня ждать.
Харальд взглянул на Свальда.
— Принеси сеть.
— И поторопись, — с жутковатым смешком заявил Локи. — А я, чтобы отблагодарить, позволю тебе и дальше владеть рукавицей Тора.
Свальд, уже успевший сделать шаг по направлению к пещере, оглянулся.
— И цепь из колец тоже оставлю, — добавил Локи, глядя на него. — Но о молоте забудь. Мьельнир не та вещь, которой может коснуться простой смертный. Разве что перед смертью, когда станет его целью. Я найду молот Тора сам. И подумаю, что с ним делать. Иди, ярл Огерсон. Принеси мою сеть. Никогда больше я не оставлю без присмотра то, чем можно меня поймать.
Свальд метнул взгляд на Харальда. Тот едва заметно кивнул.
— Неси, Свальд. Он прав. Есть вещи, которыми не должен владеть простой человек.
Локи сипло засмеялся. Кожа на его лице успела побледнеть, воспаленная краснота выцвела за время разговора, оставшись лишь на скулах и губах.
Свальд торопливо ушел. Локи посмотрел в сторону озера, медленно сказал:
— Из всех сыновей Ермунгарда ты получился самым упрямым. Остальные — слизняки, мечтавшие лишь о покое. И боявшиеся конца этого мира. Мы еще увидимся, внук…
— Лучше скажи сейчас, — хрипло проворчал Харальд, облизывая пересохшие губы. Подумал — надо было хлебнуть чего-нибудь, прежде чем выходить наружу. — Ты знал, что все так случится, когда подсылал ко мне Сигюн с ядом? Что Сванхильд выживет, одолев богов?
Локи вскинул узкий подбородок, по-прежнему глядя в сторону озера. Помолчал, заявил:
— Конечно, я все знал. Никто не может причинить вред предсказанному.
Врет, решил Харальд. Как там скальды называют Локи? Отец хитростей, родитель коварства. Богов он предупредил, что если кто-нибудь из них тронет его потомков, добытые им вещи перестанут служить. Ему самому прислал яду, чтобы в нем проснулся дракон. Девчонку Сигюн отправила к богам.
Локи хотел освободиться и сделал все для этого.
Мне бы вот так продумывать свои битвы, с легким оттенком зависти вдруг подумал Харальд.
Прибежал Свальд, неся в руке моток старой, обтрепанной рыбачьей сети. Молча подал ее Локи. Тот взял, небрежно бросил:
— Как я уже сказал — еще увидимся, внук. Прощай, ярл Огерсон. И будь осторожен с рукавицей, принадлежавшей самому Тору. Не показывай ее всем, не хвастайся ею на пирах.
Он развернулся, сделал три неторопливых шага в сторону озера — и пропал.