Владыка битвы
![Владыка битвы](/uploads/covers/2023-06-13/vladyka-bitvy-201.jpg-205x.webp)
- Автор: Алекс Хай
- Жанр: Боевая фантастика / Героическая фантастика / Фэнтези: прочее
Читать книгу "Владыка битвы"
Глава 36
Гутфрит поднял руку, крутанул в воздухе запястьем, и его воины побросали оружие на землю. Толпа зароптала, ярлы переводили непонимающие взгляды с меня на гостя.
— Приветствуйте конунга Гутфрита, вождя туннов и нейдов, — возвестил я.
Седой конунг не сводил с меня глаз. Я напрягся, по спине пробежал холодок. Нет, прямо здесь он убивать меня не станет — это слишком уж вопиющее неповиновение божественной воле. Хотя после всего, что Гутфрит устроил на Свартстунне, едва ли его должны были заботить такие мелочи. Я всмотрелся в лица его воинов и с удивлением узнал в одном из них Коли. Младший брат покойного Броки, очевидно, покинул Кровавого топора и выбрал сторону.
Далеко же завела Коли дорога приключений...
— Зачем ты пришел на вейтинг? — спросил я Гутфрита, изо всех сил стараясь не выдать напряжения. Скегги забеспокоился — понял, что дело пахло большой бучей.
— Я прибыл с вестью. И также искал тебя, Хинрик.
Я удивленно уставился на конунга.
— Хочешь снять проклятье, убив меня?
Гутфрит не ответил. Лишь вступил в круг и развернулся к толпе.
— Я принес вести с Севера. Король Свергланда Элерих, которого вы знаете как Альрика Тучу, воспользовался моим отсутствием и напал на Маннстунн. Несколько городов и окрестности захвачены. Многие погибли. Моя беременная жена Сванхильд...
У меня внутри словно что-то оборвалось. Нет! Только не это...
— Что? — рявкнул я. — Что с ней?
— Схвачена. В плену. Возможно, еще жива. — Голос Гутфрита сорвался. — Точно мы не знаем.
Все поплыло у меня перед глазами. Я пошатнулся и едва успел опереться на посох. Где-то на самом краю сознания каркали вороны и хохотала женщина. Или мне все это показалось. Неужели такова третья плата Гродде?
Гутфрит, суровый и мрачный, подошел к ярлам.
— Я пришел просить помощи. Молю богов и вас простить эту дерзость, ибо я нарушил порядок священного вейтинга. Но вести касаются не только моих владений. Сейчас судьба всего севера зависит от того, сможем ли мы остановить Тучу.
— Он принял спираль, — выплюнул Скегги. — Я его сын. И я ушел от него, потому что он осквернил наши порядки.
Гутфрит чуть кивнул в знак почтения.
— Я наслышан о тебе, Скегги Альрикссон. В конце концов именно ты привел меня к Хинрику. У нас с твоим начертателем... Давние счеты.
Скегги уставился на меня. В глазах горела ярость.
— Я тоже о тебе наслышан, почтенный Гутфрит.
— Как я понял, конунга вы еще не избрали, — сказал Седой, внимательно изучая лица ярлов. — Я дождусь решения и затем обращусь к избранному вождю как подобает. Со мной щедрые дары и жертвенный скот. Мне ничего не жаль ради будущего союза.
— Сперва назови, чего хочешь, — вмешался Эовил. — Какой помощи ты ждешь?
— Мне нужны люди, чтобы пойти на Маннстунн и выгнать Тучу с моих земель. Спасти мою жену и наследника. Я не знаю, сколько у Элериха людей и кораблей. Подозреваю, много, раз он смог захватить мои укрепленные крепости. С тем войском, какое я взял с собой в Туннло, мне его не одолеть. Поэтому я здесь, чтобы просить одних сверов остановить другого свера. Если мы не помешаем Элериху, скоро весь Север склонится перед Спиралью, ибо отец Скегги несет ее на мечах и топорах.
Я слушал его, а затем безумно, почти истерично расхохотался.
— И это ты, Гутфрит, предостерегаешь людей от Спирали? — отсмеявшись, ответил я. — Не ты ли привечал монахов, чтобы проповедовали веру в единого бога среди туннов и нейдов? Не ты ли разрушил священный Свартстунн, убил Гутлог, Вигдис и других жриц? Не по твоей ли вине погибла моя семья? Не ты ли навлек на Сванхильд проклятие, что я обратил на тебя? Как смеешь ты заявляться сюда сейчас, после всего, что сам устроил на Севере?
По толпе прокатился ропот.
— Начертатель говорит правду? — властно спросил Эовил.
— Да будет Урсиг мне свидетелем, — поклялся я.
Гутфрит кивнул.
— Я готов принять наказание за все, что совершил. Я готов принять даже самую жуткую смерть за содеянное, если судьи выслушают меня и решат, что я заслуживаю страшной кары. Но сперва прошу — внемлите тому, что я сказал. Здесь, на Эглинойре, не наш дом. Не будет нам покоя на островах, пока не настанет мир на Севере. — Он обернулся и скользнул взглядом по толпе. — Что толку от наших завоеваний, если мы и свой дом защитить не можем?
— Интересно, как бы ты пел, случись тебе принять Спираль раньше Тучи? — огрызнулся я.
— Возможно, иначе. Но случилось то, что случилось.
Эовил что-то шепнул на ухо Скегги, затем Хруту и начертателю. Те кивнули.
— Ярлы отправятся советоваться, — сказал Эгиль. — Никому не велено нарушать их покой. Но сперва мы зададим хирдманам вопрос. Желаете ли вы отвоевать Север у Тучи?
Люди помялись какое-то время, нерешительно глядели друг на друга, но затем одну за другой начали вскидывать руки к небу.
— Отвоевать!
— Вернуть!
— Долой Спираль!
Голосов становилось все больше, и лишь раз за этот день среди хирдманов царило единство. Почти все высказались за возмездие отцу Скегги. Мы с братом переглянулись. Я видел ужас, гнев и смятение на его лице. Гримасы сменялись быстро, его сжатые в кулаки пальцы побелели от напряжения. Брат метался, но я больше не мог давать ему советов. Этот выбор Скегги должен был сделать сам.
Эгиль кивнул.
— Ярлы услышали голоса своих людей. Ярлы удаляются на раздумья. Ярлы выберут конунга и решат, как отвечать нашему гостю Гутфриту.
Несколько бойцов принялись расчищать дорогу к чертогу. Толпа расступалась, словно волны расходились в сторону. Я остался стоять подле Гутфрита. Ни мне, ни Эгилю на грядущем совете места не было.
Гутфрит взглянул мне в глаза, и я увидел бесконечную печаль.
— Твое проклятье достигло цели, Хинрик Фолкварссон, — тихо сказал он. — Я еще жив. Но минувшим летом умер мой младший сын. Последний сын. У меня осталась лишь Сванхильд, и она носит мое дитя. Но и их у меня отняли. Ты обрек меня на великие мучения, Хинрик. Теперь ты доволен?
— Ты думал, что перехитришь проклятье? — спросил я, собравшись с силами. — Думал, обманешь богов?
— Надеялся. И ужасно пожалел о своей хитрости. Сванхильд не заслужила такого злого рока. И я искал тебя именно потому, что желаю ее спасти. Помоги мне, Хинрик. Заклинаю всеми богами — потом делай что хочешь, но сейчас помоги спасти нашу Сванхильд и ее дитя. В этом наследнике не только моя кровь. Он тоже Химмелинг. Нейдланду всегда нужен Химмелинг.
— Даже если мы найдем и спасем Сванхильд из плена, на ней и ребенке останется проклятие. Я не смогу снять собственную вязь, ты знаешь это. И даже моя смерть может не изменить этого.
Гутфрит кивнул.
— Крепкое слово ты заложил, Хинрик. Мой начертатель погиб, пытаясь снять его.
— Разве? — усмехнулся я. — Мне думалось, он скорее погиб, получив ответ от богов, когда снова попытался меня убить.
Гутфрит изумленно поднял брови.
— Я приказывал убить тебя лишь однажды, когда он поднял птиц в погоню за тобой. Но ты не просто выжил — на твою сторону встали крылатые дети Ава и Птичий царь. После этого я оставил попытки, ибо понял, что у богов на тебя свои планы.
Я лишь качнул головой.
— Была еще одна попытка. Подсунули проклятую еду. Уже в Свергло, когда мы гостили у Эовила.
— Кто бы это ни сделал, клянусь жизнью своей жены, приказ отдавал не я, — ответил Гутфрит.
Он не лгал. Откуда-то я почувствовал это. А может все было потому, что мы стояли в круге, освященном во имя Урсига. Лгать здесь ни у кого бы не получилось.
— Тогда прокляли меня, но все съел Скегги и едва не погиб, — сам не знаю, почему, поведал я.
— Вновь повторю: это был уже не я. Но, судя по всему, ты, Хинрик, успел нажить довольно врагов.
Ладно, с этим я разберусь позже. Сейчас следовало дать ответ Гутфриту.
— С чего ты решил, что я смогу снять проклятье с детей Сванхильд?
— Не знаю. Но среди всех людей, кого я знаю, лишь ты так близок к богам. Быть может, у тебя получится найти скрытый путь. — Гутфрит устало вздохнул, и его плечи поникли. — Я не прошу снимать проклятие с меня. Только со Сванхильд и потомков. Они не заслужили.
Знал, подлец, на какой крючок меня цеплять! Пусть сестра не согласилась бежать со мной, но я не винил ее. Она тогда и правда была смертельно напугана моей выходкой. Но Сванхильд действительно не заслужила такой кары. Жертва хитрости Гутфрита, не более того.
— Хорошо, — наконец согласился я. — Я попробую найти другой путь. Но взамен кое-что потребую.
— Проси чего хочешь, — пообещал Седой. — Все исполню.
— Ты расскажешь мне, как погиб мой отец. И расскажешь честно. Все объяснишь и растолкуешь, ибо я чувствую, что гибель его не была случайной. И если ты убил невиновного мужа Эйстриды, об этом узнают все в Нейдланде.
Лицо Гутфрита застыло печальной маской, но он протянул мне руку.
— Договор. Мне действительно есть что тебе рассказать, Хинрик. Но эта правда тебе не понравится.
— Всякая правда лучше доброй лжи.
Конунг покачал головой.
— Увы, это не так.
Я пожал ему руку на глазах у пораженного Коли. Юноша изменился — вытянулся, возмужал, здорово окреп. Я с трудом узнал его в этом сильном воине. И все же что-то настораживало меня в Коли. Что-то было с ним не так. Я чувствовал это, но не мог понять, что именно...
Нас прервал стук распахнувшихся дверей чертога.
Первым вышел Эовил, за ним Скегги, следом Хрут и остальные вожди. Эовил медленно спускался по ступеням чертога, и лицо его не выражало ни торжества, ни скорби. Скегги выглядел растерянным, Хрут все так же воровато зыркал по сторонам и прятал ухмылку. Старого Рагнальда поддерживал под руку Дагмер. Бранд и Сигвальд молча смотрели на нас.
Эгиль подошел к ярлам, о чем-то пошептался с ними, обменялся кивками, а затем обернулся к притихшей в благоговейном ожидании толпе.
— Приветствуйте конунга Эовила! — возопил он. — Приветствуйте нового вождя Свергло. Да благословят его боги в эти непростые времена!
Ожидаемо. Эовил дождался, пока утихнет ликование и поманил к себе Скегги.
— Мы вернулись не только с избранным конунгом, но и с ответом для нашего гостя Гутфрита. Мы не бросим родной Свергланд в беде, однако понимаем, что нам не разорваться на две крупные войны. Стычка с Оффой Мерглумским неизбежна, но и Альрика-Элериха нужно остановить. Поэтому мы выбрали ярла Скегги вождем воинов, которых отправим в помощь конунгу Гутфриту. Скегги поведет хирд на Север и избавит родные земли от бесчинств отца. Мы назначаем Скегги Альрикссона Владыкой битвы — тем, кто должен пролить кровь за наш дом.
Эовил выступил вперед.
— Что до Эглинойра, то мы станем готовиться к зиме и весенним войнам. Мерглум непременно воспользуется любым случаем, чтобы напасть на нас, и мы встретим эглинов железом и огнем. — Он щелкнул пальцами, и из чертога вывели Беору. — Принцесса останется нашей пленницей и станет залогом безопасности. Поскольку она — добыча Скегги, до его отбытия она останется в Омрике, а затем ее передадут под мою охрану.
Беора бросила на меня напряженный взгляд. Не боялась — думала, пыталась сообразить, как поставить себя в лучшее положение в этом плену.