Прогрессор поневоле
![Прогрессор поневоле](/uploads/covers/2023-09-16/progressor-ponevole-201.jpg-205x.webp)
Читать книгу "Прогрессор поневоле"
Глава 12
Утром позавтракав и умывшись, я отправился обратно в город. В этот раз градоправителя мы не задействовали, но представитель от него всё равно присутствовал, служа переводчиком между мной и мастерами. Оказалось, что этой ночью они не спали, а готовились. Так что первое, что они показали, готовую заливную матрицу из гипса, которая успела просохнуть стоя рядом с костром. Пробовать решили для начала на одноразовой, ведь им важно было изготовить всё, как я хотел. Бронзы у них было немного, так что пришлось посылать за своей и тут же я подсмотрел, что они добавляют свинец в этот расплав. Используя для нагнетания воздуха в земляной горн уже знакомые мне ножные меха.
— Спроси их, зачем они свинец добавляют в бронзу, — удивлённо обратился я к переводчику и когда тот узнал, перевёл обратно мне ответ мастеров.
— Твоё величество, главный ремесленник говорит, что так нужна меньше температура для плавления бронзы и сам расплав становится более текучим и хорошо заполняет форму, — ответил он.
Это вызвало у меня искреннее удивление, подобного я не знал.
— Спроси, а где они берут бронзу? Я знаю, что олово редко в Египте.
На что я получил следующий ответ.
— Его величество прав, чужеземцы с Речену не хотят завозить чистое олово, всегда привозят уже готовую бронзу в слитках, — посетовал мастер, — к сожалению мы зависимы от этих поставок и даже сейчас, если бы не запасы Его величества, мы бы не смогли обеспечить его запросы этим металлом.
Своим ответом они только подтвердили мои знания о том, что в Египте всё крайне плохо было с оловом, хотя оно где-то всё же было и его использовали ближе к Средним векам. Вот только где, этого я не помнил. Хорошо ещё я точно знал, где находятся богатейшие залежи железа, поскольку лично бывал в оазисе Бахария по рабочим делам отца. Он поставлял горнорудное оборудование из Китая в Египет по хорошим ценам и в тот раз взял меня в поездку, хотя я не сильно этого хотел. Пришлось тогда подчиниться и как становилось понятно сейчас — это знание мне здорово сократило время на поиск железа в этом времени. Хотя торопиться я не собирался по многим причинам: во-первых, я был пока никем в местных раскладах власти, чтобы затевать такие масштабные экспедиции и разработки, во-вторых, это был совершенно иной технологический процесс, к которому местным мастерам нужно было ещё созреть, ну и самое главное, для моих текущих целей вполне подходила и бронза. Все процессы были известны, мастера могли с ней работать, вон даже меня смогли научить новому, так что пока я решил сосредоточить своё внимание именно на ней.
— Хорошо, пусть делают первую заливку, — разрешил я, осмотрев ещё раз матрицу для металлической части пилума. Всё как я и хотел: длинный толстый штырь с гранёным наконечником с одной стороны и плоским концевиком с двумя отверстиями под шпильки с другой.
Мастера с явно видной сноровкой всё это сделали за пару часов и пока металл остывал, мне выточили из дерева древко, снабдив его пирамидкой на вершине, куда в пропил можно было вставить концевик металлической части пилума и закрепить его в ней шпильками. Закончив с этим, следом мне принесли готовую клеёную льняную ткань плотного плетения и я показал, что хочу в итоге. Конский волос оказался невероятно дорог, поскольку кони в Нубии не были сильно распространены, поэтому пришлось заменить набивку на овечью шерсть, которой было тут полно и стоила она практически ничего. Я помнил, что шерсть была очень сильно гигроскопична, но мы же были в Египте, так что я решил, что для удешевления процесса это будет самое то. На этом первый день моего пребывания у ремесленников закончился и я вернулся в лагерь, чтобы следующим утром снова быть у них с самым восходом солнца.
Утром опять оказалось, что спали ночью не все мастера, так что мне показали пример будущего гамбезона, прошитого продольными стежками. Подтвердив ремесленникам, что это именно то, что нужно, я вернулся к металлообработчикам, которые при мне разбили гипсовую форму и вытащили металлический наконечник пилума практически без рытвин. Всё же опыта у них было не занимать. Зачистив его с помощью камней и знакомой мне уже технологии с мелким толчёным кремнием, его вставили в древко и закрепили медными шпильками. Приказав одному из своих охранников поставить щит, я взял получившееся оружие и отойдя на метров десять, кинул его. С тяжёлым тупым звуком тот пробил щит целиком и повиснув, как и должно древком вниз, мешал освободить щит от себя. Лица моих воинов побледнели, они представили себя за щитом, когда в них прилетит нечто подобное.
— Отлично! — похвалил я мастеров, — то, что и было нужно. Вы пока на наковальне изготовьте бронзовую пластину, я потом покажу вам как из неё сделать выпуклую часть.
Тут меня заверили, что справятся без сопливых, поскольку для ремесленников эта операция не представляла проблем. Разумеется, они не так мне сказали, но суть была передана верна. Ремесленники Египта и Нубии отлично владели работой со знакомыми металлами, моего участия в простых и знакомых им процессах не требовалось совсем.
Видя, что работы по гамбезону и подшлемнику, ну или в данном случае защите головы под парик продолжались весьма успешно, там было дело только во времени, я обратился к тем, кто пытался сделать скутум. Там дело было совсем печально. Мастера и помощники занимались нудным и долгим делом — распиловкой бронзовыми полотнами с треугольными зубьями небольших сосновых чурбачков, поскольку готовых дощечек у них не было.
Поняв, что этим они будут заниматься недели, я попросил просто скупить готовые рейки у всех мастерских в городе, чтобы мне не ждать тут столько времени. Выдав им золотые монеты, весьма удивившие мастеров, они тем не менее через четыре часа привезли повозку, полную реек из самого разнообразного дерева. На мой вопрос — на фига столько разного, мне ответили предельно просто. Дерево очень дорого, так что мастера с давних пор делают фанеру, то есть на деревянную основу из простого дерева кладут рейки вдоль, потом поперёк, а уже последний слой, который и будет внешним, делали из дорогих пород дерева, в основном чёрного, привезённого с юга. Такие шкатулки, столы и сундуки я неоднократно видел ранее, просто не придавал значение тому, что они оказывается сделаны из подобной фанеры, а не цельного куска дерева.
Так что скутум мне делали из всего, что привезли, довольно быстро сделав выпуклый деревянный каркас-основу, на которую стали набирать рейки, склеивая их сначала между собой, а затем слоями знакомым мне клеем, сваренным из костей и жил животных. Поскольку работа была так же небыстрой, как и шитьё гамбезона, то я решил подождать пару дней, чтобы не стоять над душой у людей. Собственно и оказался прав, когда по прошествии этого времени я вернулся, мне вручили полностью готовые предметы, именно такие, какие я и хотел. Скутум ещё после проклейки реек обтянули тканью, а затем кожей, так что передо мной оказался ровно тот же предмет, какой я видел на картинках, всё остальное также отлично было пошито, показывая качество работы местных мастеров. Обрадовавшись, я всех наградил золотыми монетами, черпая их горстями. Так сильно я был рад тому, что создание универсального комплекта для моих будущих легионеров не отняло много времени. Про гладиус я вообще молчу, его производство не составило абсолютно никаких проблем, для городской стражи они постоянно делали мечи, как и наконечники для копий, так что всего спустя неделю, я получил то, что заказывал и в том виде, каком хотел. Это очень меня порадовало, поэтому я был без меры щедр, шокируя ремесленников осыпанием их золотом с головы до ног.
Когда моя радость немного спала, я приказал Меримаату и Бенермеруту погрузить всё на колесницы и ещё раз простившись с мастерами, вернулся в лагерь. Теперь можно было составить окончательную ведомость для предоставления её фиванским послам.