Вечные вопросы
![Вечные вопросы](/uploads/covers/2023-08-31/vechnye-voprosy-201.jpg-205x.webp)
- Автор: Игорь Чесебиев
- Жанр: Философия
- Дата выхода: 2023
Читать книгу "Вечные вопросы"
Социалистический строй будущего
Из всех существующих форм социализма анархизм оказывается полностью нежизнеспособен, синдикальный и коммунальный социализм — жизнеспособны отчасти на нижнем уровне (видимо, профсоюзы и что-то вроде колхозов, кооперативов или кибуцев). Посему основой социализма будущего должен являться государственный социализм. Впрочем, государств не является максимальной по объему общественной единицей, в будущем должны существовать наднациональные социалистические образования (возможно, что-то вроде Интернационалов или Совета Экономической Взаимопомощи), а сами государственные границы должны устанавливаться с точки зрения мировой социалистической экономической целесообразности. Те границы, что есть сейчас, по определению Тугана-Барановского есть продукт не рациональной разумной деятельности людей, а во многом стихийных процессов.
По мнению ТБ, социализм исключит причины для военных конфликтов между государствами, поскольку будет устранена их причина: если целью общества становится благополучие его граждан, а не получение прибыли, оно не станет нападать на другое государство. Также постепенно исчезнет и преступность, так как исчезнут экономические (бедность) и социальные (неравенство) предпосылки для нее. Это вполне соответствует “материалистическому” тезису “бытие определяет сознание” и посему верно лишь наполовину, так как сознание тоже определяет бытие. Люди, получившие возможность не думать о выживании могут совершать преступления из стремления к власти или признанию. Как мы знаем, преступность в Советском Союзе была несколько ниже, чем в царской России, но она не исчезла полностью. Также различные социалистические государства могут конфликтовать друг с другом и по экономическим причинам и по причинам стремления к доминированию (то есть власти и признанию). Китай в 60–70 годы XX века имел напряженные отношения с СССР, доходящие даже до вооруженных столкновений. Для того, чтобы общество пришло к тому идеалу, который описывает Туган-Барановский, оно должно пройти много итераций, и переход к социализму является только первой из них. На каждой итерации должны совершенствоваться и социально-экономическая структура общества и происходить целенаправленные изменения в психологии и мировоззрении людей. И необходимым условием для этого является то, что уровень управления и людей его осуществляющих должен расти и, во всяком случае, не должен деградировать.
Более интересными представляются воззрения автора на экономическое обустройство будущего социалистического общества. Во-первых, оно безусловно должно быть плановым, поскольку такое хозяйство наиболее эффективно. Но оно должно сохранить определенные рыночные элементы. Центральным в системе автора становится понятие полезности продукции. Оно соответствует тому, что Маркс называл “потребительской стоимостью” и, как и в случае рынка, определяется как объективной необходимостью продукта для человека, так и его субъективными предпочтениями, а также тем, каков спрос и предложение на этот продукт. Цена продукта есть денежное выражение его полезности. В то время как другие социалистические системы в основном предлагали определять стоимость продукции как сумму трудовых затрат на его производство, Туган-Барановский предлагает использовать цену, которая определяется как затратами труда, так и соотношением спроса и предложения. Это позволит не производить ненужный товар, тратя впустую общественный труд и подрывая к нему уважение, в то же время повысить цену на дефицитный товар (например, модную одежду), тем самым, по мнению ТБ, добиться более справедливого распределения (дефицит получит не тот, кто первым успел, а тот, кому он нужнее).
Пропорциональность стоимости товара затраченному труду должен достигаться правильным распределением труда. А именно: товара нужно производить столько, чтобы его полезность (потребительская стоимость) была бы пропорциональна трудозатратам на его производства. То есть, если при некотором количестве производства товаров А и Б, полезность товаров для населения будет, например, соотноситься как 1 к 2, то количество труда, направленного на их производство будет, например, соответственно 2 и 4 условных единицы. Такое плановое распределение трудовых ресурсов позволит добится того, что рыночные цены товаров будут пропорциональны трудовым затратам. Но это означает и то, что цена на дефицитные по факту товары должна повышаться, а на непопулярные — снижаться, но не с целью получения максимальной прибыли, как это происходит при капитализме, а с целью максимального удовлетворения потребностей населения.
Тут следует напомнить о законе убывающей предельной полезности: по мере роста производства какого-то товара (при условии фиксации количества других товаров) полезность каждого следующего товара будет все ниже, пока, наконец, не станет равна нулю, когда спрос будет полностью удовлетворен. У разных товаров кривые снижения выглядят немного по-разному, поэтому всегда или почти всегда можно найти такую точку на оси абсцисс (количество товаров), что уровни полезности товаров в этой точке будут соответствовать трудовым затратам на производство этого количества товаров. Такой точки нет только если полезность одного товара настолько выше полезности второго, что нет смысла производить второй пока полностью не удовлетворена потребность в первом.
У денег при социализме, по мнению ТБ, “существенно иная природа” и поэтому иные функции, чем при капитализме. Деньги утратят функцию товара, всеобщего эквивалента для обмена, а будут служить лишь единицей измерения ценности товаров. В 1917 году еще существовал золотой стандарт, подразумевавший, что бумажные деньги должны свободно обмениваться на золото, являясь просто символом для золота. Уже в те времена необходимость привязки к золоту вызывала существенные трудности в экономике (например, нехватка золота ограничивала количество денег в экономике), так что возникла потребность отказаться от золотого стандарта. Лучшего эквивалента никто предложить не мог, поэтому возникала идея просто отказаться от воззрения на деньги как на символ какого-то количества товаров. На наш взгляд, это воззрение, являющееся в наше время весьма популярным, непродуктивно, ведет к образованию необеспеченных ничем денег, повышает вероятность финансовых кризисов (и в большинстве случаев служит их причиной), усложняет и запутывает понимание процессов, происходящих в экономике. Еще Адам Смит предлагал считать всеобщим эквивалентом обмена пшеницу или другие злаки, а деньги в этом случае могли бы служить знаком, который бы означал право на получение какого-то количества пшеницы. Развивая эту идею, можно было бы предложить набор обязательных товаров, входящих в определенной пропорции в потребительскую корзину (с учетом биологической потребности в них), а денежную единицу считать эквивалентом определенного количества таких “корзинок”. При этом, очевидно, устанавливая такой эквивалент, государство фиксирует цены на эти социально значимые товары.
Сами же идеи необеспеченных никаким товаром денег и развития безналичных расчетов, которые ТБ считал атрибутами социалистической экономики, в наше время господствуют во вполне себе капиталистических экономиках (или т. н.”смешанной экономике”, так как современная капиталистическая экономика — это не экономика Англии времен Адама Смита).
Если верить ТБ, общество переходит от одной социально-экономической формации к другой, когда вторая начинает обеспечивать большую производительность. Посему, переход к социализму обусловливается тем, что он позволяет достичь большей производительности, чем капитализм. На самом деле, это не так или не всегда так в случае перехода от капитализма к социализму, но это не отменяет вопроса: какие экономические преимущества дает социализм и дает ли он их вообще.
Во-первых, капитализм децентрализован, поэтому с одной стороны не позволяет где-то достигать экономии на масштабах производства, а где-то усилия, которые могли бы идти на повышение производительности, приходится тратить на конкуренцию. Во-вторых, капитализм предполагает наличие прибавочной стоимости — то есть часть средств вместо того, чтобы вкладываться в производство, извлекается из него, но хуже того, прибавочная стоимость ведет к эксплуатации рабочих, рабочие являются не целью производства, а средствами, осознание этого ведет к ленности рабочих, не говоря уже о их, если можно так выразиться, повышенном износе. Человек, избавленный от необходимости день и ночь трудиться на нелюбимой работе, имеющий досуг и достаточно средств для отдыха и саморазвития, за 5–6 часов сделает больше. чем рабочий на капиталистическом производстве за 12. В капиталистическом производстве работник — это издержка производства, которую можно сократить. уменьшив ему зарплату или заменив его машиной. Посему рабочие на таком производстве становятся врагами технического прогресса — он лишает их работы и средств к существованию. Технический прогресс при социализме — средство сократить рабочий день рабочему, оставив ему возможности для досуга или другой деятельности на его выбор.
Построение социализма, по мнению ТБ, возможно только тогда, когда переход к нему может обеспечить рост производительности, то есть там, где есть высоко развитое капиталистическое производство, которого на момент написанию книги (в 1917 году) в России не было. Кроме того, должен вырасти и образовательный уровень и уровень сознательности простых людей до той условной отметки, которой на тот момент достигнуто не было. ТБ очевидно отрицает тезис о необходимости диктатуры пролетариата, то есть периода, когда социалистические институты создаются в стране под вооруженным контролем трудящихся: иначе при капитализме этим структурам просто не дадут возникнуть. ТБ вскоре после написания книги умер и не мог наблюдать, как развивались события в России, не мог знать, что именно диктатура пролетариата привела страну к индустриализации, а затем к действительному построению социализма.