Так и было
![Так и было](/uploads/covers/2023-05-24/tak-i-bylo-201.jpg-205x.webp)
- Автор: Вера Карасёва
- Жанр: Детская проза
- Дата выхода: 1985
Читать книгу "Так и было"
ШЛИ СОЛДАТЫ, ШЛИ СОЛДАТЫ — ПОБЕЖДАТЬ!
Однажды, в начале осени, к нам зашёл колхозный председатель и сказал маме:
— Предупреди, Люба, своих огородниц, что у нас трое суток будет стоять полк. Скажи подругам, чтобы всё было как надо!
— Будет как надо, — сказала мама. Повязалась полушалком и пошла объявлять новость по селу.
На другое утро, — а пришлось оно на воскресенье, — мы услышали на улице шум. Первая выскочила на крыльцо Доська и заорала:
— Ой, солдаты! Полная улица!
Тявкнул Дружок, и к нам в избу вошли трое. Двое — совсем молодые, а третий — пожилой, даже седой: мы сразу догадались, что это старшина.
Старшина сказал маме:
— Здравия желаем, хозяйка! Не обидишься, если к тебе на квартиру двух кавалеров поставим? У тебя невесты, у меня женихи: может, какую сосватаем.
Мама ещё слова пригласительного сказать не успела, а уж выскочила наша Доська и закричала:
— А я не буду невестой! Я не хочу жениться! Я ещё маленькая!
— Маленькая, да, видать, удаленькая, бедовая! — засмеялся старшина. — Не хочешь невестой, будь моим ребятам сестрицей. Согласна?
Доська кивнула головой, а мама сказала:
— Здравствуйте, дорогие гости, садитесь и отдыхайте. Сейчас мы вам баню затопим, щи в печку уже поставлены.
Старшина поблагодарил и пошёл устраивать на квартиру других солдат.
Тёте Гране тоже двоих поставили, и теперь у нас стало четверо гостей.
Наших звали Федя и Женя. Федя был черномазый, черноглазый, красивый и, наверно, самый высокий в полку, а Женя — маленький, худенький, светловолосый, сероглазый и тихий. У нас такие в восьмом классе учатся, только побойчей. А у Вовки поселились сибиряки — братья-близнецы по семнадцати с половиной лет, Георгий и Иннокентий. Товарищи звали их Гоша и Кеша. Оба русые, статные, кудрявые, но не так уж похожи, как бывают иногда близнецы.
Бани наши стоят у речки. Я сразу — за вёдра! Но солдаты с Вовкой почти ничего не давали мне делать. Было как в сказке про сороку-ворону: Гоша с Кешей воду таскают, Федя с Вовкой хворост рубят, Женя печку топит, а я только полок помыла да за веником на погребицу сходила.
Солдаты вынули из мешков своих чистое бельё, а то, что было на них, сложили в предбаннике: «Потом постираем». Но мама ждать не стала, всё бельё забрала и выстирала. А пока мылила, тёрла, слёзы у неё в корыто капали. Я ей воду горячую носила, но ничего не спрашивала, потому что знала, отчего она плачет… Оттого, что такие молодые, такие хорошие ребята — и через неделю в бой идут! Вот сердце и разрывается, и слёзы текут ручьями. Не выдержала я, удрала на огород и там разревелась. О папе вспомнила и о нём тоже поплакала. Там и нашёл меня Вовка.
— Зря ревёшь, — сказал он. — Эх, был бы я постарше!..
Я знала, что бы он тогда сделал: ушёл бы на фронт воевать! А сейчас и годы не позволяют, да и маму уж очень жалко ему одну оставить. Про моего друга Вовку я всё знала.
После бани солдаты были румяные, весёлые и словно ещё на год или на два помолодели. За обедом Доська сидела у Феди на руках и говорила:
— Вы смотрите, какой у меня братик! Самый лучший! Самый красивый на свете!
Я боялась, что она ему здорово надоест, но он терпел.
Весь день солдаты были свободны, и мы ходили с ними на речку, гуляли по селу и даже на качелях немножко покачались.
Вечером мама достала из сундука полотняные простыни и наволочки и голубое наполовину шёлковое одеяло, которое ей родители дали в приданое, когда она выходила за папу замуж, и постелила солдатам в спальне на постели. Пожелала им спать крепко и увидеть во сне свой родной дом.
Два дня прожили у нас дорогие гости, а на третий день полк поднялся и ушёл. Провожали его всем селом. Плакали, не стесняясь, и обнимали всех подряд: и командиров, и солдат. Желали им счастья в бою и возвращенья с победой. А мы с Вовкой просили Федю с Женей и Гошу с Кешей, чтоб, когда будут они возвращаться с войны домой, непременно заехали к нам и тогда погостили бы уже подольше.