Дом у реки
![Дом у реки](/uploads/covers/2024-02-19/dom-u-reki-0.jpg-205x.webp)
- Автор: Ханна Ричел
- Жанр: Современная проза / Семейный роман/Семейная сага
- Дата выхода: 2021
Читать книгу "Дом у реки"
4
Ева переступает порог дома, мысленно повторяя список гостей и меню на субботу. И замирает. В кухне за длинным дубовым столом сидят Люси и Марго, склонив головы друг к дружке — длинные непослушные светлые локоны и бритвенно острое темное каре.
Марго вернулась.
Несколько секунд они не замечают ее, и она просто наблюдает. Впервые за многие годы они сидят вместе за столом, где провели столько часов в детстве. Где обедали, заплетали волосы, делали уроки, ссорились из-за игрушек, одежды и домашних дел. Кажется, будто призраки тех маленьких девочек парят над головами этих, уже взрослых, женщин. Взбалмошная Люси, непредсказуемая оптимистка, которая через несколько дней выйдет замуж. И Марго, самая младшая из них, когда-то яркая и полная драматизма, а теперь — совершенно неведомая и непонятная. Четкое геометрическое каре, на узких плечах потрепанная кожаная куртка. Две сестры. Свет и тьма. Небо и земля.
Ева физически ощущает тянущую, болезненную любовь, нутряную привязанность, подобную гой что накрывает ее всякий раз, когда она заглядывает в комнату дочек поздним вечером, когда они уже спят, подтянув кулачки к подбородку и приоткрыв во сне рот. Но сейчас к этой боли примешивается ностальгия по времени, когда они с сестрами всё делили на троих и были неразлучны.
Люси говорит что-то Марго, что именно — Ева не слышит, и смех младшей сестры звонко катится по комнате, разом знакомый и чуждый, словно бубенчик, который потерялся на много лет и сейчас вдруг снова появился неизвестно откуда. Ей ужасно хочется присоединиться к ним, влиться в их круг.
— Над чем смеетесь? — спрашивает она, просто чтобы ее заметили, хотя вопрос, сорвавшийся с языка, звучит резковато и даже как будто обвинительно.
— Ева! — Марго вскидывает голову. — А мы как раз о тебе говорили.
Ева внимательно смотрит на лицо Марго, ища намек на насмешку, но карие глаза сестры остаются непроницаемыми. Она стала старше, острее и тверже, чем Ева помнила ее. Стоя в дверях, в полосатой футболке и свободных джинсах, она чувствует себя рядом с ними, как и раньше, скучной, чувствительной, надежной, простой. Чересчур рано повзрослевшей. Слишком часто она ощущала свою чужеродность, словно была не из их, из иного мира. Наверное, дело все в том, что она первенец — на три года старше Люси, на семь — Марго. Она всегда была самой ответственной рядом с их детской беззаботностью.
— Люси рассказывала мне, как здорово ты ей со всем помогаешь.
Ева улыбается:
— Когда ты приехала?
— Полчаса назад. Девочки с тобой? — спрашивает Марго, глядя на дверь.
— Нет. Они в школе.
— В школе. Боже, я все еще думаю о них как о малышках.
— Хлоя уже в четвертом классе. Мэй в подготовительном, — снова этот обвинительный тон. — Вы увидитесь на семейном ужине. — И уже мягче: — Если не раньше.
— На семейном ужине? — Марго чуть прищуривается.
— Да, в пятницу, — весело говорит Люси. — Я хотела, чтобы мы все собрались перед свадьбой.
— Все мы?
Люси как будто не замечает обеспокоенный взгляд Марго.
— Да, все, — так же радостно отвечает она и тут же спрашивает у Евы: — Как идут дела? У них есть подходящий шатер?
— Судя по всему. Я оставила маму с представителем компании, чтобы они обсудили последние детали.
— Бедный парень, — замечает Люси.
— Ну, под «обсудили детали» я подразумевала, что полуголая мама мечтательно фланирует по саду, пощипывая веточки в живой изгороди, а он мучительно старается не слишком таращиться на нее.
— Прозрачный халат? — уточняет Марго.
— И ночнушка.
— Могло быть хуже. Помнишь, как она загорала голышом?
Люси смеется:
— Поэтому я никогда не приглашала друзей из школы!
Они смеются уже все вместе, когда дверь с грохотом распахивается и Кит влетает на кухню, держа в руках ветку, усыпанную красными ягодами. Увидев троих дочерей, она замирает. Оглядывает по очереди каждую и останавливает взгляд на Марго:
— Ты приехала.
— Привет, мам.
Кит швыряет ветку в раковину и отряхивает ладони. Красные ягоды срываются и прыгают по полу, точно стеклянные шарики.
— Ты почему не предупредила, что приедешь? — спрашивает мать. — Тебя бы встретили на станции. — Серебряные браслеты на ее запястьях громко звенят, она берет Марго за плечи и пристально смотрит на нее.
Та слишком напряжена, поэтому вся съеживается и старательно отводит взгляд, отвечая:
— Не хотелось тревожить вас.
— Тревожить! Ты бы нас никак не потревожила. — Кит смеется неестественно громко и обнимает дочь неловко и быстро, на самом деле едва касаясь ее.
Ева смотрит на Люси, но та увлеченно дергает нитку, вытягивая ее из скатерти.
— Может, чаю? — с деланой непринужденностью предлагает Ева, заметив, что Марго пытается освободиться от материнских объятий. — Я сейчас заварю.
— Да, — подхватывает Люси, — давайте выпьем чаю.
— Ну разве это не чудесно — наконец-то снова все вместе! — с наигранной радостью восклицает Кит, обводя дочерей взглядом.
— Да, — снова соглашается Люси.
— Ты же останешься на свадьбу? — поворачивается мать к Марго.
— А ты не будешь против?
Кит кивает:
— Разумеется, нет. И у тебя здесь еще есть комната… в точности как ты ее оставила.
Ева откашливается, пытаясь нарушить тишину и хоть как-то смягчить повисшее в кухне напряжение.
— Знаешь, мне понадобится твоя помощь, — наконец находится она, решив убить сразу двух зайцев. — Шатер установят к четвергу, с ним все нормально, но есть еще целая куча всяких мелочей, с которыми надо бы разобраться до субботы. Ты же поможешь мне?.. — Люси осекается и обводит всех взглядом. — Что? Что такое?
— Ты хоть когда-нибудь расслабляешься? — спрашивает ее Люси.
— Я сегодня посчитала ответы на приглашения. Ты в курсе, что приедет шестьдесят пять человек?
— Вообще-то, человек семьдесят, — неловко замечает Люси. — Кажется, кто-то прознал о свадьбе через фейсбук. И я не могла отказать им.
Ева хмурится:
— Понятно. Через три дня в Уиндфолз съедется больше семидесяти человек. Их всех нужно будет накормить, напоить и развлечь.
— Я не думаю, что они будут ждать чего-то особенного…
— Люси! Поверь мне, они будут ждать как минимум еду. И выпивку. Выпивка вообще понадобится всем. Особенно нам, — добавила она еле слышно. — Гости будут ходить в туалет… Боже, я забыла включить туалетную бумагу в список покупок! Мама, пожалуйста, запиши это куда-нибудь, — просит она Кит, которая снова подошла к раковине. — Они захотят танцевать и веселиться. Это же свадьба. И мы делаем ее для тебя. — Ева ставит на стол чашки и возвращается к пустому заварочному чайнику, бросает туда горсть заварки из большой жестяной банки и заливает кипятком.
Люси пожимает плечами:
— Ева, честное слово, спасибо тебе за все, правда. Но не думаю, что надо так зацикливаться на каждой мелочи. Райан из паба займется и едой, и выпивкой. А все остальное… ну должна же быть какая-то… Спонтанность? Это ведь ничего не испортит? Я хотела, чтобы все прошло как можно более непринужденно. И чтобы все, кого я люблю, просто приятно провели время. Все вместе.
Ева, стиснув зубы и поставив чайник на стол, пытается зайти с другой стороны:
— Я видела в Сети несколько очень симпатичных платьев. Если закажем сегодня, их привезут быстро. И они очень понравятся Хлое и Мэй. Девочки могут понести корзинки с лепестками роз.
— Лепестки? Фотографии?
Ева смотрит на Марго в поисках поддержки:
— Попробуй убедить Люси, что девочки с корзинками лепестков необходимы.
Люси вздыхает:
— Я тебе уже говорила, Ева, на церемонии будем только мы с Томом, родители и свидетели. И никакой шумихи. А девочки могут надеть все, что им захочется, потом, на вечеринку. Вплести цветы в волосы, влезть в туфли с блестками, держать букеты, да вообще что угодно.
— Но если они не будут ничего делать, то не станут настоящими подружками невесты! А с ними выйдут такие милые фотографии! Но вообще-то, — хмурится Ева, — раз уж зашел разговор, мы могли бы распределить гостей на группы для фотографий. — Она подходит к расписному ящику, где лежат чайные ложки.
— Зачем вообще нужны эти фотографии? Я не хочу тратить время на позирование. Главное, чтобы все насладились праздником. К тому же у всех теперь телефоны с камерами.
Ева снова закатывает глаза:
— Свадьба символизирует начало вашей с Томом совместной жизни. Неужели ты думаешь, что его родители не захотят повесить у себя красивый портрет сына с чудесной невестой? Это останется для потомков. Ты будешь показывать его внукам и правнукам, когда совсем состаришься и поседеешь.
Люси вдруг никнет, закрывает глаза и вздыхает.
По лицу ее пробегает гримаса.
— Я не хочу никакого модного фотографа на свадьбе.
Ева хмурится:
— Думаю, ты потом будешь жалеть об этом.
Люси снова болезненно морщится:
— Ева, пожалуйста…
— Хорошо, а что насчет девочек? — не сдается Ева.
— Ладно, — вскидывает руки Люси, — ладно, мне плевать, во что они будут одеты.
— Значит, я могу им сказать, что они будут подружками невесты?
В поисках поддержки Люси обводит взглядом всех. Ева снова вздыхает:
— Ты хочешь сказать, что я вот сейчас вернусь домой и разрушу их мечту?
— Прости, Ева, я никогда не говорила, что…
— Нет уж, — перебивает ее Ева, — ты ничего не говорила. Ты никогда ничего не решала. А я просто пытаюсь тебе помочь, понимаешь, Лу?
Лицо Люси заливает краска.
— А я не просила тебя ни о чем. Ты всегда решаешь сама.
Ева замирает и с открытым ртом смотрит на Люси. Решает сама? Краем глаза она отмечает, что Марго взялась разливать чай. Мама, копаясь в холодильнике, внезапно зачитывается надписями на молочной бутылке. Кажется, никто из них не собирается ее хоть немного поддержать.
— Мы с Томом хотим все сделать немного иначе, — мягко говорит Люси.
Ева пожимает плечами:
— Значит, я тут сама себе злая буратина. — Она кладет на стол чайные ложки, которые до сих пор стискивала в руках, и тянется к сумке, висящей на спинке стула: — Раз тебе моя помощь не нужна, разбирайся со всем сама.
— А как же чай? — Кит болтает в воздухе бутылкой молока.
— Прости, мам, у меня совсем нет времени. — Ева понимает, что все это выглядит сейчас слишком по-детски, но ничего не может с собой поделать.
Она выскакивает на улицу, громко хлопнув дверью.
В машине Ева поднимает стекло и роняет голову на руль, не в силах включить зажигание и поехать. Почему Люси так злится на нее? Неужели и правда не понимает, что она просто пытается ей помочь?
Руль совсем потрескался и выцвел. Ева закрывает глаза. Удивительно, сколько боли может причинять семья. Почему она ничему не учится? Почему не уступит им место на этих граблях, на которые все только и делают, что наступают. И ведь никто из них ничему не учится! А она вечно по своей старой дурацкой привычке помогает им выпутываться из сетей, которые они сами же себе с завидной регулярностью и расставляют. Она их не переставая опекает так, точно они все ее дети. Опекает, защищает и стремится все сделать вместо них. Понятно, почему они ничему не учатся. Им это ни к чему.
Она поднимает голову и смотрит на время. Девочек нужно забирать из школы через час. Огромный дом отражается в зеркале заднего вида. Ей хочется вернуться назад. Она представляет, как все сидят за столом, пьют чай и посмеиваются над ней, над ее хлопотами и излишним беспокойством. Представляет Марго и Кит, и все те сложности, что разделили их когда-то. Вспоминает о списке дел, которые необходимо сделать до субботы, и о списке важных покупок. Он так и остался лежать на столике в гостиной. Ева тяжело вздыхает. На пассажирском сиденье жужжит мобильник. Она проводит пальцем по экрану и читает сообщение, чувствуя, как кровь приливает к щекам. Читает еще раз, запоминая каждое слово. И удаляет его навсегда. Вздохнув, она заводит двигатель и выезжает на подъездную дорожку. Нельзя отвлекаться. Осталось еще столько неразрешенных вопросов и столько несделанного.