Дом у реки
![Дом у реки](/uploads/covers/2024-02-19/dom-u-reki-0.jpg-205x.webp)
- Автор: Ханна Ричел
- Жанр: Современная проза / Семейный роман/Семейная сага
- Дата выхода: 2021
Читать книгу "Дом у реки"
29
Тед никак не может остановиться. Еще столько всего нужно сделать. Начистить ботинки. Погладить рубашку. Распаковать вино и бокалы. Собрать костер.
Столы в шатре он уже разместил и теперь стоял в нижнем саду, глядя на кучу дров, собранных для вечернего костра. Все-таки недостаточно большой получается. Надо больше. Поэтому последние сорок минут он перетаскивает старые ветки и бревна из-под огромного навеса, построенного прошлой зимой.
Тед чувствует, как капли пота выступают у него на лбу, а в ладони то и дело вонзаются мелкие ветки и обломки древесины. Но он упорно продолжает носить бревна, уверенный, что чем больше будет костер, тем лучше он сможет удержать под контролем ситуацию, о которой даже думать невыносимо. Еще одна ветка, еще одно бревно, говорит он себе, еще одно — и все станет еще лучше.
Сибелла пыталась поговорить с ним сегодня утром. Они лежали в постели, слушая пение птиц за окном, когда она начала аккуратно расспрашивать Теда о Люси и его чувствах. Но он не мог говорить. Он даже думать не хотел об этом. Сказал ей что-то резкое в ответ. Он собирался сделать именно то, о чем просила Люси, — отпраздновать этот день на полную катушку и не зацикливаться ни на чем грустном, ни на чем, что он не мог контролировать. Забыть об этом. Вот что он собирался сделать.
— Не думаю, что она именно это имела в виду, — мягко заметила Сибелла.
— Не надо, Сиб. Не дави на меня.
Она увидела страх и гнев и согласилась, нежно сжав его руку.
— Пойду приготовлю чай.
Он отбрасывает огромный кусок гнилого дерева и вдруг замечает Кит, которая идет по высокой траве к шатру. Даже на расстоянии он видит, как она сгорбилась, какое бледное у нее лицо и резкие тени вокруг глаз. Она осторожно несет поднос с бокалами, ступая по неровной земле, и исчезает в шатре.
Сибелла рассказала ему о раннем визите, когда он ненадолго вернулся домой, расставив столы.
— Чего она хотела? — встревоженно спросил он. Ему не нравилась даже сама мысль о том, что они о чем-то говорили наедине, две его женщины, пока он вдруг не осознал: как же, должно быть, одинока Кит, раз пришла к ним в дом.
Он смотрит на огромную кучу дров, которые собрал, со вздохом бросает в нее последнее бревно, вытирает руки о рубашку и отправляется к шатру.
Кит в самом дальнем углу расставляет бокалы. Она не слышит шагов Теда и испуганно оборачивается, только когда он уже почти вплотную приблизился к ней.
— А, это ты.
— Пришел взглянуть, как ты тут.
Кит пожимает плечами:
— Я прекрасно, — и настороженно смотрит на него: — А ты?
— Хорошо. Все время занят. Сегодня еще много дел.
— Да.
Они молчат. Тяжесть всего, что они так и не сказали друг другу, висит между ними. В конце концов Кит не выдерживает и всхлипывает:
— О, Тед.
Тед, желая избавить ее от боли, притягивает Кит к себе:
— Я знаю, Китти, знаю.
Такое знакомое ощущение — он держит ее в объятиях, чувствует аромат ее волос. Ностальгия по этому месту и этой женщине вдруг охватывает его.
— Все это неправильно.
— Да.
— Как мы могли так ошибиться? Как оказались там, где оказались?
Тед прикрывает глаза, удивляясь ощущению тепла и связи с этой женщиной — резкой, неоднозначной, невероятно сложной женщиной.
— Не знаю, Китти. Я не знаю.
Он провожает ее к тюку сена, и они тихо сидят там, пока Кит приходит в себя, а Тед отряхивает рубашку от кусочков коры и пыли.
— Мы должны быть сильными, Кит, — наконец говорит он. — Мы ей понадобимся. Мы им всем понадобимся.
— Я знаю.
Кит вытягивает соломинки из тюка. Он смотрит на нее, уставшую, потерянную, и вспоминает другую картину: совсем молодую изможденную женщину с плачущим младенцем на руках. Ева, думает он. Это была Ева. Кит совсем вымоталась от ее плача, но потом нашла облегчение и успокоение в писательстве. Это воспоминание, точно игла, пронзает его сердце. Тед чувствует, как на дне его души вскипает и рвется наружу невысказанная правда, и прежде чем он успевает сообразить, слова сами слетают с его губ:
— Знаешь, а ты была права.
— Ты о чем?
— Я и вправду завидовал твоему успеху, той легкости, с которой выходили из тебя слова. Тому, как взлетела твоя карьера. И чем сильнее и успешнее ты становилась, тем более опустошенным и оглушенным я чувствовал себя.
— Но это же никогда не было соревнованием, Тед. Я никогда не хотела, чтобы ты так себя чувствовал. Я хотела, чтобы моя работа облегчала твою жизнь, а не усложняла ее.
Тед кивает и сухо усмехается:
— Я знаю. Но все равно — успех моей партнерши обессиливал меня как мужчину.
— Правда? — улыбается Кит. — Нет. Не может быть.
Тед смеется:
— Ты всегда была откровенным человеком.
— Не так уж много хорошего это принесло мне, — она прикусывает губу. — Мне так страшно, Тед. Мне кажется, что все от меня ускользает, исчезает. Вначале ты. Потом Марго. Теперь Люси.
Он сжимает ее руку, не в силах утешить как-то еще. Кит вздыхает:
— Ты ведь знаешь, я долго старалась закрывать глаза на Сибеллу. Почти четыре года я позволяла тебе ходить к ней. Никаких вопросов. Никаких условий. Я же всегда знала тебя. Знала, что чем крепче я буду держать тебя, тем больше ты будешь искать освобождения. Что тебе нужно не только внимание, но и восхищение. И точно так же знала, что ты совсем не удовлетворен своей работой. Я думала, если дам тебе все это, если позволю получить все это, ты в конце концов снова вернешься ко мне. — Она вздыхает и смотрит на Теда с такой тоской, что он чувствует, как внутри у него что-то обрывается. — Может, я просто плохо боролась?
Тед сглатывает. Всем сердцем он чувствует нечеловеческую тяжесть, которую почти невозможно вынести.
— Больше всего в жизни я жалею о том, что ты наверняка не знал, насколько сильно я любила тебя.
— Прости меня, Кит.
Она кивает.
— Теперь я понимаю, как это жестоко. Я не должен был позволять тянуться этому так долго. Сибелла никогда не просила меня выбирать. Она все прекрасно понимала. Понимала, что у нас девочки, что у меня есть обязанности. Мне кажется, это я достиг той точки, когда понял, что всем будет лучше, если мы наконец покончим с этой неопределенностью. И вот тогда я сделал этот выбор. Тяжелый выбор. Для каждого из нас.
Кит кивает.
— Но ты же сам его сделал, — тихо говорит она. — Ты выбрал ее.
От ее голоса, полного боли, он чувствует укол вины.
— А знаешь, что еще хуже? — произносит она после долгой паузы.
— Что? — спрашивает Тед, хотя совсем не уверен, что хочет знать ответ.
— Она мне нравится. Черт, она и правда мне нравится.
— Прости меня, Кит. Я так сожалею обо всем, что случилось.
Она пожимает плечами:
— Мы там, где мы есть. Так что давай сосредоточимся на сегодняшнем празднике, как просила Люси.
Тед кивает:
— Это такое же хорошее место для начала, как и любое другое.
Кит похлопывает его по руке, затем, глубоко вздохнув, поднимается с тюка сена.
— Ладно, хватит. Ты прав. Сегодня еще столько всего надо сделать. И в первую очередь тебе нужно принять душ и переодеться. А то прямо сейчас ты совсем не похож на отца невесты, скорее на чучело огородное.