Два брата-психопата
![Два брата-психопата](/uploads/covers/2022-12-10/dva-brata-psixopata-201.jpg-205x.webp)
- Автор: Айс Элби
- Жанр: Любовные романы
Читать книгу "Два брата-психопата"
19. Стабилизатор
Я не знала, почему согласилась зайти, но уже было поздно, и я сидела в кресле Минсу, ожидая, когда Джунён оденется. Ему не пришлось долго упрашивать меня зайти в квартиру, чтобы нормально поговорить, и я понимала, что нам предстоит заново знакомиться. У меня было много вопросов, и все они были связаны с его психозом.
— Выпьешь чего-нибудь? — спросил он, входя в гостиную, и я лишь робко покачала головой. — Соник, расслабься, — сказал он, садясь на подлокотник моего кресла, а я даже не повернула к нему голову, всем телом напрягаясь от его близкого присутствия. Я жалела о том, что решила зайти, ведь не знала, как пройдёт наш разговор, что сильно пугало меня. — Квон Сонхи, — позвал он меня.
— А? — я резко подняла на него голову, и он, воспользовавшись моей реакцией, крепко поцеловал меня в губы, сильно сжимая пальцами мой подбородок.
Я определённо была напряжена, что даже не смогла закрыть глаза, чтобы хотя бы телом принять то, что это тот самый парень, с которым встречаюсь.
— Ты всё ещё боишься меня? — спросил он, отстраняясь от меня и медленно поднимаясь на ноги.
Я отрицательно покачала головой, хотя не знала, правда ли это.
— Мне просто… непривычно, — ответила я, замечая его обиженный взгляд.
— Мне нравилось то, как ты относилась ко мне, — проговорил он, ходя из стороны в стороны.
— Как к соседу? — предположила я, мысленно пытаясь расслабиться, ведь Джунён и раньше был таким.
Просто тогда я считала его поведение инфантильностью, а сейчас связывала каждую его странность с психозом, который он, по его словам, уже излечил.
— Как к нормальному парню. Ты улыбалась моим глупостям, а иногда и поддерживала их, — говорил он куда-то в сторону, уставившись взглядом в пол. — Ещё вчера ты призналась мне в том, что хоч…
— Ещё вчера ты был Квон Боёном! — прикрикнула я, вставая на ноги, и заливалась краской. А ведь я и забыла про свои слова и надеялась, что он не будет их вспоминать.
Джунён остановился и посмотрел на меня, прищурив глаза.
— Значит, мой брат нравится тебе больше, чем я? — спросил он с хитрой ухмылкой.
— Я не это имела в виду, — промямлила я, совсем не ожидая такой интерпретации моих слов.
— Знаешь, я бываю очень ревнивым, — сказал он, широко улыбаясь, что не могло не настораживать.
— И поэтому ты избил своих однокурсников? — вырвалось у меня, и я быстро закрыла ладонью рот, но было уже поздно.
Улыбка парня быстро сменилась хмурым взглядом. Он засунул руки в карман шортов, и сквозь тонкую ткань я заметила, как они сжимались в кулаки.
— Вот, что тебе рассказал Боён, — проговорил он, скрежеща зубами.
Я молча смотрела на него, понимая, что должна сказать что-то, но ожидала, что он сделает это первым. Джунён уставился на меня задумчивым взглядом и громко стучал зубами. И лишь через несколько минут мучительного молчания, сделал глубокий вдох.
— Хорошо. Было такое дело. И я сильно жалею об этом. Будь у меня шанс, я бы сразу извинился перед ними. Но весь остаток своего выпускного вечера я провёл в холодной камере полицейского участка, а следующим утром был отправлен в частную клинику для психически больных. А знаешь, что обидно? Те люди, которые меня туда отправили, были виноваты в том, что я достиг этого состояния, — каждое его слово отдавало холодом.
Он говорил медленно с презрительными нотками в голосе, что я могла ощутить всю обиду и ненависть, накопившуюся у него за целый год.
— То есть, твой отец и брат? — спросила я, не до конца веря в то, что его семья могла так поступить.
— Боён тебе случайно не рассказывал о нашем детстве? Нет? — поинтересовался он, подтверждая мои догадки о том, что у этих братьев было непростое прошлое.
Я еле покачала головой, садясь на подлокотник дивана в ожидании, что он, наконец-то, выложит мне источник своей проблемы, но парень лишь отмахнулся.
— Спасибо ему. Надо его лично поблагодарить, — иронизировал он, легонько захлопав в ладони, и взял с журнального столика пачку сигарет.
— Ты не хочешь сейчас спуститься к нему? — неуверенно поинтересовалась я, пока он делал длинные затяжки сигареты, выдыхая дым в открытое окно.
— А почему бы ему не подняться ко мне? — ответил он, ухмыляясь в сторону улицы, которая уже была заполнена людьми, спешащими по своим делам в будний день. — Я каждый день ждал его в больнице, могу и здесь подождать, — он пожал плечами, и я могла понять его обиду.
Несмотря на свои непонятные чувства к происходящему и неуверенности в том, приняла ли я Джунёна, мне почему-то сейчас захотелось помирить братьев.
— Ты собираешься жить у Минсу? — спросила я, скрестив руки на груди, и только сейчас вспомнила о том, зачем вообще поднималась к соседу.
— Если только ты не хочешь приютить меня у себя, — он игриво хихикнул, задвигав бровями, а я быстро отрицательно закачала головой, не уверенная в настоящей причине своего отказа: в том, чтобы жить в квартире с парнем, или в том, чтобы жить именно с Джунёном, который может оказаться опасным.
— Скажи, Джунён, — мне всё ещё непривычно было произносить его имя, но я всё равно заставляла себя почаще прокручивать его в голове, чтобы не обманывать саму себя, — ты же ведь не полностью вылечился, да?
— С чего ты взяла? — испуганно спросил он, выбрасывая сигарету из окна, и окинул меня недоверчивым взглядом.
— Не ври мне и самому себе. То, как ты вёл себя в Сокчо; лекарство, что ты пьёшь; голоса в голове; бессонница; факт того, что ты несколько дней притворялся своим братом, — это всё ненормально, — я старалась говорить спокойным тоном, так как парень сейчас выглядел, как дикий зверёк, загнанный в угол и которого опять хотят посадить в клетку.
— Это временно, Соник, — говорил он с мольбой в голосе и быстро зашагал ко мне, заставляя меня сжиматься под натиском своего взгляда. — Я знаю, ты не доверяешь мне и… боишься, но ведь до сегодняшнего утра всё было хорошо, разве не так? — он смотрел на меня, ожидая положительного ответа, но я не могла его дать и даже не могла соврать.
— Непросто забыть то, что ты не тот Боён, каким я тебя знала, — ответила я, опуская виноватый взгляд. — Как теперь просыпаться каждое утро, зная, что мой сосед напротив, не ты? А что, если… — я не смогла договорить своих слов, так как, произнеся их вслух, я бы признала свой страх перед ним.
Мне не хотелось думать о том, что и я когда-нибудь окажусь на месте той девушки, которую он избил. Одна только мысль о ней заставляла меня покрываться мурашками, а внутренний голос кричал бежать подальше от этого парня, ведь он уже не раз удивлял меня своей спонтанностью и необъяснимыми поступками.
— Соник, забудь всё, что узнала сегодня, — проговорил он, крепко сжав мои ладони, и пристально уставился в мои глаза, начиная говорить слишком быстро, что я еле улавливала смысл его слов. — Давай всё вернём, как было. Я опять буду Квон Боёном, твоим соседом напротив. Я займу место моего брата, я могу.
— Джунён, — пробормотала я, не веря собственным ушам, и никак не могла отцепить руки от крепкой хватки парня, смотрящего на меня сумасшедшим взглядом.
Я не хотела спрашивать, как он это сделает, боясь услышать что-то нехорошее. Сейчас он полностью соответствовал своему диагнозу, и страх, который, как я думала, смогла унять, возвращался, заставляя меня дрожать.
— Пусти, пожалуйста, — прошептала я, а парень продолжал строить нереальные планы, в которых он был Боёном.
Я не знала, насколько далеко могли зайти его желания, и не хотела узнавать, что ещё он может придумать. Мне не хотелось всё время жить в страхе, что Джунён сделает какую-то глупость, и уже начинала задыхаться, словно клаустрофобик в закрытом помещении.
— Я хочу домой, — говорила я сквозь его уже неслышный мне лепет.
Я по-настоящему боялась его и готова была закричать, чтобы выбежать из квартиры, но не могла сделать этого, зная, что это может разозлить его и обидеть. Мои чувства не позволяли мне ранить его правдой, что я испытываю страх к его психозу, хоть и оправдываю его тем, что это не Джунён, что это не зависит от него.
— Останься. Со. Мной, — отчётливо произнёс он каждое слово, не выпуская моих ладоней, и, чтобы хоть как-то успокоить его, я быстро закивала, стараясь не заплакать от страха.
— Всё хорошо, Джунён. Я с тобой. Я никуда не уйду, — я старалась звучать успокаивающе, хотя мне самой нужен был кто-то, кто утихомирил бы моё быстро стучащееся сердце и учащённое дыхание.
— Я не Джунён. Я Боён, — сердито буркнул он, но постепенно ослаблял хватку рук.
Я чувствовала жуткую боль в пальцах, однако всё равно подняла трясущуюся ладонь, с опаской погладив его щёку.
— Да, я знаю. Ты Боён, — кивала я, понимая, что уже не смогу оставаться с ним наедине.
Парень лежал в кровати, укутавшись в тонкое одеяло, и изредка воротился из стороны в сторону. Найдя на одном из столиков знакомую пачку лекарств, я смогла убедить Джунёна выпить её, после чего он быстро заснул, не переставая что-то бормотать себе под нос. Я сидела на краю кровати, продолжая сжимать пальцами его лекарства. В инструкции по применению препарата было написано, что это лекарство относится к группе стабилизаторов, которые помогают контролировать эмоции и устраняют бессонницу.
— А ведь не соврал же, — усмехнулась я, ощущая солёный привкус слёз на губах.
Моё лицо, кажется, сегодня ещё не высыхало от слёз, и я знала, что так будет каждый день, если я приму Джунёна. Посмотрев на розовую макушку парня, я легонько прикоснулась до мягких волос и опустила голову к его лицу, вытирая влажные глаза и внимательно присматриваясь. Невесомыми прикосновениями пальцев я ощущала мелкие шрамики на его лице, и хотела узнать, откуда они у него. Связано ли это с его детством? Почему из двух братьев-близнецов только у него психоз? И какого чёрта я влюбилась именно в этого?
Но я решила оставить все свои вопросы без ответов, так как боялась опять увидеть его маньяческий взгляд и бредовые идеи о том, чтобы занять место своего брата. Убедившись в том, что Джунён спит крепким сном, я поспешила покинуть квартиру Минсу, так и не дождавшись самого хозяина. Мне уже не важно было говорить с соседом сверху. Сейчас мне совсем ничего не было важно, я не знала, как мне быть дальше. Но я была уверена в одном — Джунёну определённо нужно вернуться в больницу. Мне не хотелось, чтобы его упекли туда насильно, поэтому надо сделать так, чтобы он решил вернуться туда по собственному желанию.
Придя в свою квартиру, я постаралась лечь в кровать и продолжала думать обо всём, что было и что может произойти. Но мне всё ещё было сложно заснуть. Я чувствовала, как страх изъедает меня изнутри, а совесть, мучившая меня из-за этого, лишь усиливая мои страдания. Мне не хотелось сидеть в омрачающей своей пустотой квартире, и я, отнекиваясь от подсознательного утверждения, что просто боюсь оставаться одна, без приглашения пошла в съёмную квартиру Кэти, в которой она жила со своим парнем.
Подруга была сильно удивлена, ведь в последний раз я приходила к ней три месяца назад и ни в коем случае не пришла бы без звонка. Но мне срочно необходимо поговорить с кем-то о сегодняшнем утре, и Кэти, конечно же, это поняла, ведь я стояла на пороге в жаркий июньский полдень в тёплом жакете и дрожала. Она без слов пропустила меня внутрь и крикнула в сторону единственной комнаты: