Пороховой погреб Европы
![Пороховой погреб Европы](/uploads/covers/2023-01-29/poroxovoj-pogreb-evropy-201.jpg-205x.webp)
- Автор: Андрей Низовский
- Жанр: История: прочее
- Дата выхода: 2000
Читать книгу "Пороховой погреб Европы"
ТЕРРИТОРИАЛЬНЫЙ ВОПРОС НА БАЛКАНАХ
Проблема национального меньшинства на Балканах тесно связана с вопросом о территориальных границах балканских государств. Последние являются не только пространством власти тех или иных балканских элит и режимов, но и отождествляются народами с определенными опасностями и несправедливым к ним отношением в прошлом и настоящем. Иначе говоря, являются важнейшей системой самоидентификации и фактором их этнической мобилизации. Острота территориального вопроса определяется еще и тем, какие государства и народы он затрагивает, чью этническую память возбуждает. Государственные границы на Балканах перекраивались неоднократно, так же, как неоднократно менялся состав населения тех или иных районов. В связи с этим возникло много спорных территориальных вопросов. Кроме того, границы проводились еще и с учетом интересов великих держав, которые видели в том или ином балканском государстве или своего союзника или союзника своего противника. Иначе говоря, на Балканах нет ни одной государственной границы, которую два соседних государства могли бы считать справедливой. Скорее всего, все границы являются или компромиссом сторон, или результатом отсутствия выбора у одной из них.
Следует выделить три района Балкан, с которыми связаны взаимные территориальные претензии и споры, в конечном итоге приводившие или к войнам, или к конфликтам. Это — Западная Фракия, Македония и Косово. Все эти территории имеют важное геополитическое значение, одновременно представляя собой зону контакта народов и культур. Здесь пересекаются интересы великих держав и балканских государств. И здесь, где проживает смешанное в этническом плане население, сталкиваются ценности балканских народов и мировых цивилизаций.
Территории Западной Фракии и острова Эгейского моря стали камнем преткновения как в ввиду их геополитической значимости, так и из-за того, что в разное время здесь преобладало славянское, греческое и турецкой население. Спор этот, в общем-то, так и не закончился. Во всяком случае, если не за столом официальных переговоров, то в умах ученых историков и политиков, в чувствах и переживаниях национальной интеллигенции он продолжается.
В момент государственно-территориального размежевания Турции с Болгарией и Грецией в начале XX столетия было крайне сложно определиться с будущей принадлежностью территорий Западной Фракии, ибо население этого района Балкан представляло собой конгломерат народов различных национальностей и религий, история появления которых уходила корнями в далекое прошлое. Так как в основу создания государств на Балканах были положены этнический принцип и принцип их исторической преемственности, процедура демаркации границ столкнулась с большими трудностями. Прежде всего необходимо было определить национальный состав населения, но до 1912 года точных статистических данных об этом не собиралось — турецкие переписи фиксировали лишь религиозную принадлежность населения. Поэтому в 1919 году французская военная администрация провела свои исследования, чтобы определить национальную принадлежность групп населения, проживающих в Западной Фракии. По французским данным выходило, что население на оккупированной территории Западной Фракии насчитывало 219 723 человека. Из них: 77 276 турок, 101 776 болгар, 81 457 христиан и 29 309 мусульман, 32 553 грека, 3066 евреев, 3369 армян и более 2000 жителей других национальностей.[62] Согласно исследованию болгарских специалистов по Западной Фракии П. Милетича, Ст. Н. Шишкова и Т. Карайовова, до начала первой Балканской войны здесь жили: 120 тысяч турок, 180 тысяч болгар, из которых 100 тысяч христиан и 80 тысяч мусульман, около 63 тысяч греков. В 1914 году болгарские власти подготовили подробные статистические данные о Западной Фракии: всего — 351 221 человек, из них 170 285 турок, 149 503 болгарина, 86 363 христианина и 63 167 мусульман, 32 319 греков, 1763 еврея и 3319 жителей других национальностей.[63] Некоторые турецкие исследователи территориальных проблем Западной Фракии считают, что накануне Лозаннской мирной конференции в этой области жили 129 120 турок, которые владели 84 % земли, 33 910 греков, владевших 5 % земли и 26 226 болгар, владевших 10 % земли.[64]
Расхождение в цифрах и такой, вплоть до единицы, скрупулезный подсчет населения свидетельствуют, что вопрос о принадлежности территории решался далеко не просто. Не говоря уже о том, что численность населения и его соотношение по национальным группам менялись в зависимости от военно-политической обстановки в регионе и его отдельных районах. Так, после отхода Западной Фракии к Греции начинается выселение (или принуждение к нему) болгар и турок. В этот период Греция стремится изменить демографический состав в свою пользу. Александр Люцканов, представитель болгарского правительства в арбитражном суде в Лондоне, сообщает в своем письме, адресованном мировому сообществу, что только в мае 1920 года, когда из Западной Фракии уходили французские оккупационные войска, в Болгарию и Турцию переселились 35 000 человек. А. Люцканов также отмечает, что «положение в мае 1920 года уже с трудом могло контролироваться. Бегством болгар и турок воспользовались греческие и армянские спекулянты, которые покупали у беженцев дома и домашний скот за бесценок», а «греческие вооруженные банды нападали на караваны беженцев и грабили их, устраивали вооруженные налеты на болгарские и турецкие поселения».[65] Так возникли встречные потоки беженцев и переселенцев, которые крайне запутали этнодемографическую ситуацию Балкан.
Собственно говоря, никто из держав-победительниц в Первой мировой войне не захотел считаться со статистическими данными и сделать политические выводы в связи с действиями Афин, очевидно, жаждавших восстановления «исторической справедливости». На Лозаннской мирной конференции 1923 года турецкая сторона внесла предложение о проведении референдума в Западной Фракии по вопросу о самоопределении области. Великие силы категорически отвергли это предложение.
Тот факт, что территории Западной Фракии по решению Антанты отошли к Греции, не означал, что с этим согласились Болгария и Турция. И если на официальном уровне проблема спорных территорий Восточных Балкан как международная была закрыта, то в памяти народов и политиков война за эти земли продолжалась. Жертвами этой войны стали национальные меньшинства, о чем говорилось выше.
По другому сценарию продолжался спор между Грецией и Турцией по поводу принадлежности целого ряда островов в Эгейском море. Здесь переплелись проблемы безопасности и экономические интересы, сочувствие и солидарность по отношению к греческому или турецкому населению островов, болезненные воспоминания о прошлом. Поводом для ухудшения отношений могло быть и то, что турки, по мнению греческой стороны, не достаточно уважительно или бережно относятся к памятникам античной культуры и распродают их в зарубежные коллекции.
С тех пор как Греция провозгласила свою независимость, в повестку дня греко-турецких отношений непрерывно ставился вопрос о разделении морских пространств Эгейского моря. Согласно Лондонскому протоколу от 3 февраля 1830 года, подписанному Францией, Великобританией и Россией, с одной стороны, и Оттоманской империей — с другой, острова, расположенные в восточной части Эгейского моря, принадлежат Греции.
В конце XIX — начале XX века Турция теряет одну за другой свои провинции, а вместе с ними и контроль над Эгейскими островами. Во время первой Балканской войны Греция оккупирует множество островов в северо-восточной и центральной части Эгейского моря. Первая попытка узаконить это положение выразилась в подписании Лондонского договора 1913 года, согласно которому Турция уступала остров Крит, а вопрос о других турецких островах в Эгейском море передавался на рассмотрение великих держав. Афинский мирный договор 1914 года, предотвративший едва не возникшую войну между Грецией и Турцией из-за Эгейских островов, подтвердил статью 5 Лондонского договора 1913 года, по которой вопрос о принадлежности спорных островов передавался на рассмотрение великих держав. Поражение Турции в Первой мировой войне и ее тяжелое экономическое, политическое и военное положение были использованы державами Антанты для окончательного раздела бывшей Оттоманской империи.
Согласно Севрскому мирному договору 1920 года, Восточная Фракия с Эдирне (Адрианополем), европейский берег Дарданелл и весь Галлипольский полуостров, а также Измир (Смирна) отходили к Греции. Успехи турецких национально-освободительных сил в борьбе с англо-греческой интервенцией и упрочение международного положения Турции вынудили ряд держав Антанты согласиться на пересмотр договора. Вопрос о разделении островов и морского пространства Эгейского моря частично был решен Лозаннским мирным договором 1923 года.
Греции в настоящее время принадлежат около 2500 островов, а под суверенитетом Турции находятся около шестидесяти островов, расположенных в шести милях от Анатолийского берега. Такое распределение островов Эгейского моря является одной из причин греко-турецкого конфликта, в котором можно выделить четыре основных предмета спора: морское пространство; континентальный шельф; воздушное пространство; юридический статус островов.
Напряженный характер греко-турецких отношений обострил вопрос о демилитаризации восточных островов Эгейского моря и в соответствии с Лозаннским договором 1923 года эти острова были демилитаризованы. В статье 13 этого договора говорится, что «в видах обеспечения сохранения мира, Эллинское правительство обязуется соблюдать следующие меры на островах Митилена, Хиос, Самос и Никерия:
1. Никакие морские базы и никакие укрепления не будут устраиваться на названных островах.
2. Греческой военной авиации будет воспрещено летать над территорией Анатолийского побережья, а турецкое правительство воспретит своей военной авиации летать над названными островами.
3. Эллинские военные силы на названных островах будут ограничены призванным для военной службы нормальным контингентом, который может обучаться на месте, а также численным составом жандармерии и полиции, пропорциональным численному составу жандармерии и полиции, существующему на всей в целом эллинской территории».
На основании статьи 12 принцип демилитаризации распространяется на все греческие острова — Лемнос, Самофракия, Митилена, Хиос, Самос и Никерия. В соответствии со статьями 4 и 6, касающимися проливов, устанавливается демилитаризованный статус островов, расположенных у входа в Дарданеллы. После Второй мировой войны юго-восточные острова Эгейского моря Додеканезские, в силу Парижского договора 1947 года отошли к Греции, и для них был устанавлен режим демилитаризации. Однако в начале 1960-х годов Греция постепенно приступила к ремилитаризации своих восточных островов. Турция с беспокойством следила за нарушениями международных договоров. Только за период 1970–1980 годов турецкая сторона направила более пятидесяти нот протеста по этому поводу, обеспокоенная безопасностью своих восточных границ. Первоначально греческая сторона отрицала тот факт, что проводится милитаризация. С середины 1970-х годов Греция заявила, что она имеет право укреплять в военном отношении свою восточную границу, поскольку обстоятельства, при которых были подписаны Лозаннский и Парижский договоры, изменились коренным образом. По мнению Афин, существует несколько причин, которые не позволяют Греции соблюдать эти договоры.