Майская ночь, или Утопленницы
![Майская ночь, или Утопленницы](/uploads/covers/2023-10-17/majskaya-noch-ili-utoplennicy-201.jpg-205x.webp)
- Автор: Евгений Юрьевич Лукин
- Жанр: Героическая фантастика / Юмористическая фантастика
Читать книгу "Майская ночь, или Утопленницы"
* * *
Подобно большинству душегубов, строителем Стенька был неважнецким. Персональная землянка его представляла собой так называемый холодный шиш — просто яма, укрытая жердями и плетнем, а сверху — земляной намет. Копал ее Стенька, припеваючи: «Ай, пороем, братцы, ямушки… Ай, поделаем балаганушки…»
В дождь там лило чуть ли не пуще, чем снаружи, еще и с грязью (а вот не припевки играть надо было, а шиш земляной повыше нагрести!). Впрочем, в ту пору, когда они с Ураковым слезли внутрь и убедились в отсутствии Настиной головы, деньки над волжским крутым бережком стояли подряд самые что ни на есть солнечные — пологий бугорок над ямой пропекся до звона, да и глинистое донышко подсыхало помаленьку.
— Котел-то — почистить не грех… — не зная уже, к чему придраться, проворчал напоследок атаман — и вылез вон.
Молодой разбойничек хмуро посмотрел ему вослед и, присев со вздохом на кошму, подтянул поближе вместительный медный казан. Чистил, а сам разглядывал три земляные ступеньки, смекая, как же это она сподобилась по ним вскатиться. Скакала, что ли, с одной на другую?
Разумеется, Стеньке и в голову не могло прийти, чем отзовется его пригорелая каша в двадцать первом столетии, когда внезапно оказаченные особи превратят «кашевара» в «кошевара» (того же, считай, кошевого), а закопченный казан его станет символом единства и удали новоявленных станичников. Так и будут молвить: Казачий Вар. Или Казачий Котел. Все, дескать, вместе варимся.
— Что, дуралей? — послышалось из того угла, где лежал плат. — Думал, умней Уракова?
Вздрогнул, обернулся. Вход в землянку был достаточно широк — и дневного света вполне хватало, чтобы разглядеть все в подробностях. Настина голова смотрела на Стеньку из плата не мигая. Личико — сурово.
Стало быть, никуда не укатывалась — просто из виду пропадала.
— Боись его таперича, — недобро предостерегла она. — Таперича он глаз с тобе не спустит…
— Да и шел бы он лесом!
— Да он-то пойдеть… А с тобой-то чаво?
— Да, може, я и не хочу в атаманы! — взъерепенился Стенька.
Усмехнулась голова.
— Куды ж ты денисси? — ласково-зловеще спросила она. — Думашь, я перва твоя встреча? Энто ты моя перва встреча… — Внезапно девичье личико выразило крайнюю досаду. — Дернуло ж меня связаться! Не мог на разбой другой дорогой пойтить? Да и я тоже… Нянькайся с тобой таперича!
— Вернуть тя, что ли? — осерчав, спросил Стенька.
— А и верни! — последовал ответ. — Завтра пошлеть тобе Ураков на промысел — в три стороны велит ходить, а в четвертую не велит…
— Да он завсегда так!
— А завтра, слышь, как раз в четвертую и ступай. Со мною вместе…
— А тобе куды деть?
— В плат сверни да в котомку сунь.
— А спросит, чаво в котомке?
— А ты ему с котомкой-то не показывайси.
Призадумался Стенька.
— Сабельку точить?
— Точи…