Серая мышка для босса
![Серая мышка для босса](/uploads/covers/2024-02-22/seraya-myshka-dlya-bossa-201.jpg-205x.webp)
- Автор: Саша Кей
- Жанр: Любовные романы
Читать книгу "Серая мышка для босса"
Глава 35. Повторенье мать ученья
— Я и так по твоей милости остался без секретарши.
Прямо из-за моей? Вовсе не потому, что у кого-то шашка задымилась? Моему возмущению нет предела, но высказаться я не решаюсь. Подожду удобного момента.
— Я даже кофе не могу нормальный получить.
Закусываю губу, чтобы не засмеяться. То есть кофе на работе мы пьем только из этой кофемашины, но разобраться, как она работает, мы не можем. Так-то!
— Я заметил, Лиза, что ты хорошо запоминаешь только то, что я тебе говорю, пока хоть какая-то часть меня находится в тебе. Все остальное ты пропускаешь мимо ушей. А вот, если тебя насадить на член, то ты начинаешь внимательно слушать, и даже, самому не верится в то, что говорю, слушаться. Значит, будем использовать рабочий инструмент.
Я краснею, слушая эти пошлости. И в то же время они задевают что-то темное внутри меня заставляют рисовать в воображении картины того, как Князь, а сейчас это не Егор и не Раевский, а именно Князь, раз за разом насаживает меня… В чем-то он прав, тут я буду слушаться беспрекословно.
— Вот сейчас и проверим, как ты усваиваешь новые установки. Начнем, пожалуй, с кофе.
Я обалдела, когда Князь выпустил меня из рук. Я рассчитывала, как минимум, на горячий поцелуй, а он отправляет меня варить кофе? Серьезно?
Но он и впрямь подталкивает меня к барной зоне, где установлена, кстати вполне человеческая кофеварка.
— Ну же, Елизавета Валерьевна, долго мне ждать?
Это что? Ролевые игры? Все внутри меня сладко сжимается при воспоминании о прошлых приказах.
«В локтевую, Елизавета Валерьевна».
Что ж, я принимаю правила игры.
Пожав плечами, начинаю готовить кофе.
Пока я вожусь, Князь тискает, гладит сжимает меня за разные части тела, всячески мешая приготовлению кофе. Но стоит мне только отвлечься или остановиться, как я получаю увесистый шлепок по мягкому месту.
— Не забудьте сахар, — напоминает он.
Наклоняюсь и тянусь за сахаром. К выставленной попке тут же Князь тут же прижимается пахом. Сквозь двойной слой ткани я чувствую его стояк, которым он об меня трется.
— Что же вы замерли? Орешки положите, они, кажется в нижнем ящике.
Наклоняюсь еще ниже, чтобы достать кедровые орешки, а Князь тем временем развлекается с моей одеждой.
— Мечтаю это сделать с тех пор, как встретил вас сегодня, Елизавета Валерьевна, — он подцепляет провокационную молнию на моей юбке-карандаш, расстегивающуюся снизу вверх и регулирующую разрез. Он распахивает юбку почти до самого верха, оголяя мои ягодицы, прикрытые тонкими трусиками.
— Как же так? Разве вы не знаете, что согласно принятому у нас дресс коду, голые ноги недопустимы. Это влечет за собой штраф. Надо носить чулки, Елизавета Валерьевна, — не откладывая в долгий ящик, мне выписывают штраф: сквозь ткань трусиков Князь прихватывает половые губы и начинает их слегка пощипывать. — Повторите, что вы должны делать?
— Я должна носить чулки, — послушно повторяю я, чувствуя, как становлюсь влажной.
— Хорошая девочка. Меня радует ваша обучаемость.
Он вклинивается коленом между моих ног, прижимаясь ко мне, обнимает и задирает шелковую рубашечку. Горячими ладонями мнет чувствительные полушария, перекатывает между пальцами соски.
— Елизавета Валерьевна, кофе так совсем остынет. Пора его подавать. Поставьте, пожалуйста, его на стол.
При слове «стол» меня накрывают воспоминания, и колени становятся ватными. Мне живо припоминается, как Князь без всяких сантиментов засадил мне на этом столе. Подхватив поднос, я нетвердой походкой подошла к столу.
— Видите, я подготовил для вас задание.
На краю столика и впрямь лежит стопка чистой бумаги. Князь походит ко мне и протягивает ручку:
— Сейчас мы закрепим ваши успехи. Будем писать правила под диктовку. Пишите: "Я, Елизавета Валерьевна Морозова…"
Сесть он мне не предлагает, поэтому чтобы выполнить задание, мне приходится снова принять ту самую позу, открывая Князю доступ к моей киске, чем он незамедлительно пользуется.
Пока я пишу я рука пробирается в трусики и начинает свою завоевательную компанию, не давая мне сосредоточиться.
— Мокрая горячая дырочка, — хвалит он меня и, заглядывая через плечо в мою писанину, поправляет. — Нет, не надо писать, что Елизавета Валерьевна Морозова — мокрая горячая дырочка. Сосредоточьтесь!
С этими словами он просовывает в меня два пальца.
— Берите новый лист. Будем писать на чистовую. Повторенье мать ученья. "Я, Елизавета Валерьевна Морозова, должна всегда давать…"
Еще один палец минует преграду плотного колечка над текущей дырочкой.
— Растягивать попку Елизаветы Валерьевны — отдельное удовольствие. Но вы опять допустили ошибку, и хотя «должна всегда давать растягивать попку Елизаветы Валерьевны» звучит просто прекрасно, но это официальный документ. Я имел в виду всегда давать информацию о своем место положении в рабочее время. Новый лист. Пока не напишем правильно, не остановимся.
Его палец добирается до клитора, к которому уже прилила кровь и от умелых действий Князя, и от его развратных речей.
Он продолжает мне диктовать, истязая меня ласками. Я уже не понимаю, что пишу, но Князь не останавливается. Жалобно поскуливаю, мечтая или о разрядке от его пальцев, или о его члене внутри, но он меня не слушает.
К тому моменту, когда я заканчиваю писать этот проклятый документ, я лишаюсь всей одежды, смазкой из моей щелки испачканы внутренние стороны бедра, соски горят огнем, все, о чем я мечтаю, чтобы он позволил насадиться на его пальцы.
— Ну, вот вы и справились, Елизавета Валерьевна. Всего каких-то двадцать минут, и вы закончили полстранички текста. Прогресс на лицо.
За эти двадцать минут Князь довел меня до умопомрачительной грани желания.
— А теперь, мы проверим.
Я слышу щелканье расстегиваемой пряжки. Кажется, теперь это мой любимый звук. Князь поднимает меня, устанавливая широко раздвинутыми коленями на стол, ладонью надавливает на спину, чтобы я приняла нужную позу.
Дразня он водит головкой по моим складочкам.
— Возьмите документ в руки, Елизавета Валерьевна.
Я беру, не совсем понимая зачем, да и мне сейчас все равно. Я жажду другого.
Князь плавно входит в меня, я так этого жду, что тут же начинаю дрожать.
— А теперь читаем вслух. Я буду двигаться только пока вы читаете. Мы прочитаем ровно столько раз, сколько потребуется, чтобы вы все хорошо запомнили.
Это настоящая пытка.
Он действительно не приступает к сладкому, пока я не начинаю читать. И он на самом деле останавливается каждый раз, когда я сбиваюсь. Мне приходится начинать снова и снова. Я не могу кончить, потому что не могу до конца сосредоточиться на ощущениях тела, вынужденная вчитываться в бумагу.
Когда мне наконец удается прочитать обязательство целиком, пусть и перемежая стонами, в награду я получаю два пальца в попке и приказ:
— А теперь по памяти.
Князь увеличивает темп и резкость погружений, и я поскуливая действительно произношу по памяти без ошибки весь текст.
Как только я заканчиваю, он обхватывает меня под грудью, поднимает вертикально, пальцами другой руки находит клитор и требует:
— Посмотри в зеркало.
Я покорно перевожу взгляд и смотрю на то, как Князь владеет моим телом. Вижу свое искаженное страстью лицо, вздрагивающие груди с острыми сосками, как его пальцы натирают мой клитор и даже как мне в киску входит блестящий от моей смазки член.
Предчувствуя приближение долгожданного оргазма, ловлю себя на мысли, что я это обязательство будут помнить всю жизнь.