Авантюрист на поводке
![Авантюрист на поводке](/uploads/covers/2023-12-25/avantyurist-na-povodke-0.jpg-205x.webp)
- Автор: Лена Тулинова
- Жанр: Любовная фантастика / Детективная фантастика
- Дата выхода: 2023
Читать книгу "Авантюрист на поводке"
ГЛАВА 12. Дела важнее круассанов
Отпивая маленькими глотками горячий кофе, Макс тщательно записывала то, что сказал младший сын Орабель Соврю. И надо же, кто появился на пороге кабинета – сам Жерар Мильфей, собственной персоной.
– Макс, – заявил он, прислонившись к дверному косяку, – ты же понимаешь, что перед тобой разворачивают мошенническую схему, может быть, даже сложную, и ты в ней ничего не понимаешь? И лучшего специалиста, чем я, тебе не сыскать.
– Так я и не ищу, – спокойно ответила Максис и поставила в блокноте такую жирную точку, что едва не порвала бумагу. – Всё, я закончила. Ты, как ни странно, мне нужен. Я не хочу одна ехать с этим извращенцем, составишь мне компанию. Потом заедем за твоими вещами, а потом ещё на всякий случай съездим к паре-тройке фотографов, которые…
– Макс, – голосом великого терпеливца произнёс Мильфей, – фотографы тебе не помогут. Тебе просто надо выяснить сейчас, какая из готовых схем используется. Очень мала вероятность, что кто-то придумал новую.
– А ещё я бы поговорила с другими детьми, – не слушая Жерара, продолжила Макс. – С Арминой Бальзе и Мари-Жанной Крутон.
– И не забудь позавтракать, – напомнил Жерар. – Пока ты тут беседовала с этим мсье Соврю, я выслушал ряд жалоб на тебя. Ролан просит ему посодействовать и приучить тебя к порядку. Повлиять на тебя с положительной стороны, так сказать.
– Копать мои артишоки, что? – Макс поперхнулась кофе, и Жерар не преминул похлопать её по спине. – Ролан просил тебя учить… меня… порядку?
– Ну да! Знаешь, завтракать и обедать вовремя, мыть перед едой ручки, чистить зубки, читать молитвы на сон грядущий и всё такое, – Жерар вдруг сделал такое постное лицо, что Макс не выдержала и расхохоталась.
– Я ему задам, – сказала она, отсмеявшись, – но и ты хорош. Смотри, как втираешься в доверие.
– Да? Я ещё и не пытался, – сказал Жерар. – Ну что? Ты ведь все-таки позавтракаешь?
– Я уже выпила кофе, – сказала Макс, опечаленно глядя в чашку.
Там, кроме небольшого количества гущи, увы, ничего не осталось.
– Мсье Соврю просит передать вам, что пора ехать, – сообщил Ролан с выражением крайнего осуждения. – Мадемуазель, вы бы хоть круассан съели!
Но Макс оставила ему денег на хозяйство и поспешила уйти. У неё, в конце концов, были дела поважнее круассанов!
Предосторожность с Жераром сначала показалась Макс излишней. Гаспар Соврю сидел за рулем – у него не было личного водителя. Мильфея Гаспар окинул недовольным взглядом и тихо засопел. Жерар открыл перед Макс дверцу, помог ей сесть на скрипучее кожаное сиденье, зашёл с другой стороны и удобно устроился справа от детектива.
– Мы не представлены, – сказал Гаспар, не оборачиваясь.
– Я напарник мадемуазель д`Обер, меня зовут Жерар, – сказал «хороший мальчик».
Посмотреть на него – так прямо паинька, заинька, даже как будто выглядеть стал младше. Макс даже заподозрила, что у парня плохо работает антимагический ошейник, сейчас тщательно прикрытый шелковым кашне. Но магией вроде как и не пахло, да и глаза у Жерара были такие чистые, такие честные, что даже вечное недоверие Макс решило в кои-то веки заткнуться.
– Напарник, значит, – сказал Гаспар и слегка обмяк, приуныл.
Стало быть, Макс не зря озаботилась, чтобы взять с собою Мильфея! Впрочем, куда ещё ей было девать это сокровище? Бросать его на Ролана, который постепенно начинал подпадать под обаяние этого жулика, было бы неправильно.
– Вы же не думали, что в наше-то неспокойное время какая-нибудь мадемуазель сумеет вот так запросто, в одиночку, вести своё дело, да ещё управляться с детективным агентством? – небрежно спросил Жерар.
– Не зли меня, – предупредила Макс тихо.
– Мадемуазель не производит впечатление слабой женщины, – взял её сторону Гаспар.
– Я и не говорил, что мадемуазель слабая, – сказал Жерар, – но уж разумеется, окружать её должны только те, кому она доверяет. И конечно уж, это должны быть сильные и достойные люди. А не те, которыми она может помыкать, в остальном презирая их, потому что они перед нею пресмыкаются.
«Ну-ну, – подумала Макс, подавляя раздражение, – кажется, негодник выводит Гаспара на откровенность. Хочет его слегка подразнить или собирается выудить что-то полезное?»
На самом деле она сомневалась, что в Гаспаре содержатся какие-нибудь полезные сведения, но чем черт не шутит? К тому же наблюдать за словесной пикировкой двух мужчин, которых терпеть не можешь – это же просто праздник!
– А почему это вы так уверены в том, что мадемуазель нужны вокруг одни только сильные люди? Надо же на ком-то отдохнуть, над кем-то всласть поиз… покомандовать! Может, мадемуазель получает удовольствие, когда перед нею, гм, пресмыкаются? – заспорил Гаспар.
Он, конечно, очень старался придать своей речи снисходительные и даже насмешливые интонации, но не вышло! В голосе мсье Соврю слышались похоть и, пожалуй, именно желание попресмыкаться.
– Потому что пресмыкающиеся женщинам противны, – сказал Жерар.
Вот он как раз это очень даже насмешливо сказал – правда, насмешка была слишком тонкой для толстяка Гаспара. Но мсье Соврю решил зайти с козырей.
– Давайте спросим у мадемуазель, в конце концов, последнее слово всегда за женщиной, – неожиданно сказал он.
– Мадемуазель д`Обер, вы любите, когда перед вами пресмыкаются? Или мужчина должен быть сильнее женщины? – игриво спросил Жерар.
– Мсье Соврю лучше смотреть вперёд на дорогу, а не на меня в зеркало, – рыкнула Макс, – а мсье Мильфею лучше вообще заткнуться, пока его не вернули назад, откуда он вчера вышел. Полоть мои артишоки, господа, помолчите! Давайте посерьёзнее!
– Мадемуазель любит серьезных мужчин, – хмыкнул Жерар.
Он и не думал угомониться!
– Мадемуазель любит послушных, – начал Гаспар.
– Мадемуазель любит молчаливых мужчин! – взревела Макс.
И, когда Гаспар затормозил у обширного крыльца Соврю-мэнор, выскочила из авто пулей, лишь бы не задерживаться в этом порочном обществе. Впрочем, общество всё равно последовало за нею.
Едва дворецкий открыл дверь, как навстречу Макс ринулось несколько человек. Двери как будто бы только и сдерживали эту волну! Детективу удалось увернуться от объятий Жильбера и от рук Рузанны, простертых в безмолвной мольбе. Сегодня народу в доме Орабель было поменьше, чем в прошлый раз, и у Макс чесались руки насчет блокнота, который лежал в кармане жакета – достать и проверить присутствующих.
Впрочем, когда суета с приветствиями улеглась и все повалили в гостиную, а там расселись на свои места, Максис вычислила, кого нет. Не было близнецов Константэна и Констанс. Отсутствовала старшая племянница Орабель Мадлен, приемная мать той самой бунтарки Мари-Жанны. Куда-то запропастился молодой человек по имени Лоран Бальзе – муж Армины, дочери Жильбера. Ха! Да у неё, у Макс, превосходная память. Она даже вспомнила стрелочку, проведённую от Лорана к Мадлен – хотя увы, что детектив хотела запомнить, рисуя эту стрелку для памяти, было уже подзабыто. Но стрелочка была. И то, что эти двое куда-то ушли, поврозь или вместе, вызывало подозрения.
Макс пока не спешила никого списывать со счетов. Слишком рано! Окинув строгим взглядом собравшихся и для солидности прокашлявшись, она спросила у дворецкого:
– Мэтр Брюно, новой фотографии сегодня не было?
Из груди Брюно вырвался горестный вздох. А затем, как по команде, вздохнуло и остальное семейство, включая маленького Люсьена.
– Что такое? – удивилась Макс.
Фото было. Да какое! Мадам Орабель Соврю изволила сфотографироваться в ритуальном салоне на фоне гробов, венков и бумажных цветов, гирлянд из хвойных ветвей и драпировок из белого и чёрного шёлка. Черно-белое фото поражало чёткостью и обилием деталей. На их фоне старушка в кресле, с котом на коленях, казалась чересчур живой и весёлой.
– Хорошо хоть, не в гробу, – заметил Жерар, дыша в ухо и шею Макс.
– Не заглядывайте так через плечо, это неприлично, – прошептала та.
– Да? Ну что поделать. Поглядите на кота, – тоже шёпотом ответил ловкач.
Кот удался. У фотографа была на редкость хорошая камера. Выпуклые глаза, скорее всего желтые или светло-зеленые, выражали тревогу. Уши кот слегка прижал, и бабуля Орабель даже придерживала кота на коленях обеими руками, тогда как на всех прошлых фото он спокойно лежал сам, а ладони старушки лежали на колёсах инвалидного кресла.
– Что за салон? – спросила Макс, переворачивая карточку, чтобы найти там штамп фотографа.
Надо же, совсем забыла ведь, что фото могут делать ещё и в других мастерских, к примеру, салонах красоты или вот… в ритуальных конторах. На штампе значилось «Ритуальный салон ля Роз Нуар». И Макс медленно осознавала, что пытаться ловить бабулю по всем частным фотомастерам, по ритуальным конторам и ателье попросту невозможно. Она же и на второй круг может пойти!
Ладно, сейчас она пришла в этот дом вовсе не за порцией отчаяния.
– Попробуем зайти с другого конца, – сказала детектив. – Мсье Гаспар сказал мне, что молодой человек Люсьен кое-что слышал… Мадам Моник, я могу побеседовать с Люсьеном? Можно в вашем присутствии, если вы вдруг изволите за него беспокоиться.
Но Моник, кажется, не было дела до сына: она смотрела на Гаспара, вжавшегося в кресло. Словно только что осознала, что вот он, коварный изменщик, где-то шатавшийся всю ночь и явившийся с утра как ни в чем не бывало.
– Мадам Моник, – сказала Макс, понимая, что бесполезно: её не слышат. – Мсье Гаспар? Мсье Жильбер? Мадам Гойи? Вы же разрешите мне поговорить с Люсьеном?
– Конечно, моя дорогая, конечно, – сказал Жильбер. – Я могу поприсутствовать, если желаете.
– Будет достаточно присутствия Брюно или Жюли, если мадам Моник занята, – увильнула Макс, – просто кто-то, в чьём присутствии ребёнок чувствует себя спокойно. Затем мне бы хотелось поговорить кое с кем ещё, так что не расходитесь, будьте добры.
Она нарочно не посмотрела ни на Мари-Жанну, ни на Армину – которых навещала Орабель перед тем, как исчезнуть. А могла бы! Ведь позавчера спрашивала, кто с нею последний разговаривал и кто последний видел! И девушки не изволили сообщить о вечерних поцелуях своей бабули.