Зелёная дева и алый дракон
![Зелёная дева и алый дракон](/uploads/covers/2023-10-11/zelyonaya-deva-i-alyj-drakon-201.jpg-205x.webp)
Читать книгу "Зелёная дева и алый дракон"
— Тише, — напомнил принц, поднимаясь на ноги. — Я никуда не иду. Этой ночью я — твой.
Алисента расслабилась лишь тогда, когда поняла, что он просто снимает броню. Ожерелье, наплечники, налокотники, наручи… Закусив палец, девушка ощущала мелкую дрожь, бегущую по телу. Смотря, как слабые лучи лениво играют на его нагрудной пластине, Алисента гадала, не сон ли это всё.
Золотой плащ с алым драконом лег поверх вороненой брони. Деймон начал развязывать ремни, удерживающие набедренные щитки и поножи. Во рту пересохло, когда он остался в одной рубахе и простых штанах. Не испытывая сомнений, принц оголил торс.
Свет луны, льющийся через окно, серебрил его кожу так же, как и волосы. Алисенте даже почудилось, что Деймон был отлит из ожившего металла. Шумно сглотнув, она неотрывно наблюдала за тем, как принц начинает возиться с завязками на поясе.
Девушка примерно представляла себе, как это происходит между мужчиной и женщиной. Ещё когда их семья навещала дядю в Староместе, Алисента как-то наблюдала, как жеребец покрывает кобылу. И позже мама рассказала ей про обязанности жены, едва у девушки первый раз пошли крови. Но всё же Алисенте стало страшно. Ей вновь вспомнились наставления септы Марлоу: девицы, совокупляющиеся вне священного брака, суть отверженные изгои, которым неведомо благословение Семерых. Горе для Матери и позор для Отца, изгнанницы для Девы и блудницы для Воина. Старица отвернет от развратниц свой лик. Не осветит своей лампадой их жизненный путь, и лишь Неведомый раскроет для них свои объятья, куда раньше отмеренного судьбой срока.
Алисента качнула головой, отгоняя занудный голос наставницы. И не смогла отвести взора от плоского живота принца, покрытого пониже пупка густой белой порослью. Завязки поддались и штаны Деймона упали к лодыжкам, обнажив вздыбленную плоть. Она оказалась куда больше, чем Алисента себе представляла.
Глаза девушки распахнулись шире. Любопытство и страх слились воедино. Деймон шагнул к ней, берясь за подол её длинной сорочки и тяня её вверх.
— Сними, хочу насладиться твоей красотой.
Алисента покорно подняла руки, не сводя взгляд с его пениса. Мать говорила, что мужчина должен проникнуть им в тело женщины. В то место, откуда в особые дни истекает лунная кровь. Но ведь это невозможно! Он просто не поместится в ней!
Когда ткань оказалось отброшенной, принц лег к ней, обвил руками голые плечи и вновь прильнул к приоткрытым губам. Его плоть, твердая и горячая, прижалась к её бедру. Любопытство побороло стыд и Алисента коснулась его там. Кожа на его мужском естестве оказалась бархатистой и подвижной.
— Прикоснись, если любопытно. Это приятно, — прошептал принц. В темноте его лиловые глаза чернели углями. Губы переместились на шею, оттуда к груди. Перед тем, как жадно втянуть в рот затвердевший сосок, принц прошептал: — Проведи рукой, вверх и вниз. Доставь мне удовольствие и я доставлю его тебе.
«Удовольствие», — подумала Алисента, даря ему новую для себя ласку и ощущая, как Деймон начинает посасывать её соски, обдавая их дыханием перед тем как переключиться с одного на второй. Его пальцы вновь легли на чувствительный комочек плоти между ног, пропустив его между пальцев. Это действо принесло ей одновременно и боль и наслаждение.
Вскоре внизу у неё стало так мокро, что девушка смутилась. Но движений своей ладони не остановила. Прогнувшись в спине, она развела ноги. Его ласки ускорились. Её кисть, следуя этому риму, тоже заскользила по его члену быстрее. Гладкая головка касалась мягкой ладошки, исчезая под капюшоном из плоти, но едва это случалось, как Алисента сдвигала кожу вниз и скользила пальцами до густых волос на лобке.
Соски стали такими чувствительными, что она стала слабо вскрикивать, ощущая, как его губы вновь втягивают их поочередно в рот вместе с ареолой. Как пальцы принца, поглаживая её внизу, начинают дарить наслаждение, накапливающееся, словно капли дождя в изогнутом чашей листе. Ещё немного, и она…
Свободная рука Деймона легла на её губы. Пальцы раздвинули их и задвигались во рту, в ритме, повторяющем движения второй кисти между ног. Алисента более не ощущала привкус крови на его коже. Закрыв глаза, она просто позволила своей мягкой ладошке, губам, бедрам… всему телу отозваться на его ласки и прикосновения.
То, что они делали, уже не казалось ей неправильным. Пальцы Деймона резко выскользнули из её рта. Принц перехватил её запястье.
— Алисента, постой.
— Что-то не так? — хрипло спросила девушка, поднимая лицо и открывая глаза.
— Нет. Всё хорошо. Причём так, что я могу не дотерпеть.
— Дотерпеть до чего?
— Сейчас увидишь, — в голосе принца отчётливо проступили озорные нотки. — Леди Хайтауэр, перед тем как мы приступим к главному, должен напомнить тебе, что крики призовут стражу, поэтому не шуми.
— А? — Вопрос быстро перешел в возмущенное шипение, когда она ощутила, как его пальцы, оставив привычные ласки, вошли в её тело, и задвигались уже внутри.
Новое чувство оказалось приятным, Алисента не смогла сдержать вздох. Из любопытства она порой касалась себя там, гадая, как вообще происходит всё то, что описала ей мать. Но сейчас всё было иначе. Потому что она была с ним.
— Ты уже такая влажная, — шепот Деймона смутил Алисенту.
Девушка прикусила губу, но не посмела сжать бедра. Наоборот, ей хотелось раздвинуть их шире. Почувствовать… то самое… вторжение… этой его штуки. Она ведь куда длиннее и толще пальцев.
— Деймон, — выдохнула она.
— Хочешь этого?
— Да, — без колебаний ответила Алисента.
Принц приподнялся. Мокрые пальцы, выскользнув наружу, погладили внутреннюю сторону её бедра, раздвигая ноги шире. Девушка прикусила губу, когда он склонился к ней. Длинные серебряные волосы почти коснулись её лица. В их тени она не могла разобрать выражение, с каким он смотрел на неё.
— Нет ничего слаще, чем брать деву в первый раз, Алисента.
Опираясь на локоть, Деймон склонился ниже. Их губы почти соприкоснулись. Вторая рука принца скользнула по её животу. Глаза его блестели, словно гагаты.
— Будет больно, — предупредил принц, когда она вздрогнула от прикосновения его гладкой головки к входу в её лоно. — Но лишь вначале. Потом придёт наслаждение.
Он надавил, Алисента беззвучно охнула от необычного ощущения и тут же почувствовала ту самую боль.
— Это твоё девичество, — твердо произнёс Деймон, верно, ощутив, как она сжимается. — И теперь оно моё.
Толчок. Её крик заглушили его губы. Алисента изогнулась, ощущая, как он вошёл в неё до основания. Боль заставила её оцепенеть. Едва крик девушки смолк в глубине его рта, как Деймон прикоснулся к её руке и положил её поверх груди.
— Ласкай свои соски. Боль быстрее отступит и не будет такой острой.
Девушка исполнила его волю. Его бедра медленно задвигались, даря странное ощущение, похожее на пляску мучения и услады. Алисента положила вторую кисть на свободную грудь. Сжала оба соска и закусила губу. От этой уловки боль и правда немного отступила. Жар тела Деймона, его запах вскружили ей голову. Необычное чувство наполненности изгнало из головы все мысли. Их влажные тела, соприкасаясь, порождали тихие, но непристойные шлепки. Деймон глушил её стоны поцелуями и медленно ускорял толчки. Алисента облизнула его подбородок.
— Мой принц, — прошептала она, расслабляясь и отдавая себя ему полностью.
— Обхвати мою талию ногами, — хрипло велел он в ответ.
Алисента сделала это и почти сразу утратила ощущение времени. Опомнилась девушка лишь тогда, когда Деймон прогнул спину и, прижавшись пахом к её лону, наполнил её горячим семенем.
Когда плоть Деймона покинула её тело, Алисента ощущала не боль, а желание ощутить его внутри себя снова. И снова.
Они молчали. Деймон лежал рядом и смотрел в потолок. В воздухе витал запах пота и их соков. Алисента дрожала и не решалась нарушить эту тишину. Осознание того, что свершилось непоправимое, постепенно подкрадывалось к ней. Правильная Алисента, смастерив из крох стыда и страха оружие, готовилась поднять восстание и вернуть себе власть над сознанием и телом.
«Я стала женщиной, — сказала сама себе Алисента, робко прикоснувшись к обнаженному ноющему животу. Кончики пальцев скользнув вдоль пупка, опустились до влажного треугольника волос. — Теперь я принадлежу Деймону? Он ведь пришел ко мне. Отомстил за меня».
— Я рада, что это были вы, — тихонько произнесла девушка, поворачивая лицо к принцу, разметавшему свои серебряные волосы по её подушке. — Тому, что выбрала вас своим… первым мужчиной.
— Выбрала?
Деймон резко поднялся и сел на край кровати. Свесив голову, он обдумывал что-то или тоже… жалел. Прижав руку к саднящему животу, девушка подалась к нему, прижавшись чувствительной от ласк грудью к спине.
— Деймон, — прошептала она, обвивая руками его плечи. Густые кудри плащом окутали его обнаженный торс. Теплая струйка семени, смешанного с кровью, стекала по её бедру. — Мой принц.
— В благодарность завтра я выиграю этот турнир для тебя, — отозвался он опустошенно.
Но не эти слова девушка жаждала услышать от возлюбленного после того, что произошло. Новый поток страха обдал тело холодом. В её объятьях принц казался скованным. Чуждым.
«Кто я для него теперь?»
Задать вслух этот вопрос Алисента не решилась.
— Так что не спеши отдавать знак своего расположения кому-то другому, — продолжил принц, а потом просто зевнул. — Нужно поспать.
Он взялся за её руки и расцепил их. Встал и поднял с пола рубаху. Ошибки не было — Деймон уходил. Прикусив губу, Алисента с горечью наблюдала за его сборами.
— Отвернись, — холодно велел Деймон, нацепив свой плащ с алым драконом. — Не хочу раскрывать перед тобой все наши таргариеновские секреты.
Его тон причинил ей боль, но Алисента сделала то, что он просил. Когда она повернулась обратно, Деймона в спальне уже не было. Если бы не боль и не розовая лужица, пропитывающая лен простыни, можно было бы подумать, что случившееся было миражом.
Остаток ночи Алисента провела в постели без сна. Глядя на светлеющий краешек неба, виднеющийся в окно, она гадала, как ей быть. И как будет вести себя с нею принц теперь.
* * *
— Лунные крови, — соврала Алисента встревоженной служанке замершей с простыней в руках.
— В этот раз куда раньше, чем положено, — опасливо отметила женщина.
Алисента сжалась. Ей прислуживали уроженцы Простора — люди её отца. Что, если служанка догадается и доложит обо всём деснице? От мысли об этом ноги подкосились. Всё, что могла сделать Алисента сейчас — это молиться о том, чтобы Отто не узнал, что его собственность отдала невинность его злейшему врагу.
* * *
— Милосердная Мать, прояви снисхождение к дочери своей, — шептала Алисента, смиренно склонив голову перед алтарем. — Не отвернись от меня. Прости мой проступок, ибо совершен он по любви. Отец, не суди меня строго. Кузнец, дай мне силы, чтобы вынести бремя моего поступка. Воин, дай мне отваги не отвести взгляд от истины. Старица, освети мне верную дорогу. Дева… наполни его сердце тем же чувством, что и моё. Пусть сегодня он посмотрит на меня и больше не сможет отвести свой взор. Пусть полюбит меня так же сильно, как я люблю его!