Зелёная дева и алый дракон
![Зелёная дева и алый дракон](/uploads/covers/2023-10-11/zelyonaya-deva-i-alyj-drakon-201.jpg-205x.webp)
Читать книгу "Зелёная дева и алый дракон"
— Вы очень похожи на свою мать, Алисента.
Одна лишь фраза, банальный комплимент, заставила её голову стать такой легкой. Уголок губ принца пополз вверх.
«Я должна что-то сказать», — спохватилась девушка.
— Мне говорили.
— При дворе, оказывается, остались не только слепые ослы, — удивление принца было таким искренним, что Алисента невольно прыснула. — И долго вам ждать Рейниру?
— Она проводит в небе много времени последние дни. Волнуется за мать, — девушка вновь мысленно упрекнула себя за болтливость. — Принцесса грозится взять в полет и меня, когда Серакс подрастет настолько, что сможет выдержать вес двоих.
— Ждать не обязательно, — улыбка принца блеснула перламутром. — Если вы хотите испытать что-то новое, то с удовольствием прокачу вас на своём драконе.
«Недопустимо», — хором крикнули в её голове всё знакомые септы во главе с суровой Марлоу. Девушка быстро замотала головой, выражая несогласие.
— Отчего же? Вас пугает нрав моего дракона? — Принц хитро сощурил глаза. — Или, может быть, характер его наездника?
— Принц Деймон, прошу, не смущайте меня.
— Никогда не осмелился бы даже замыслить подобное, — уверил принц и тут же окинул девушку долгим задумчивым взглядом. — Завтра, в это же время, я познакомлю вас с Караксесом. Общество столь юной и прекрасной девы пойдёт ему на пользу. Впрочем, вернее будет сказать, что оно станет благом для нас обоих.
— Я не…
— Я приду за вами, едва Рейнира поднимется в воздух. Можете ждать меня здесь же, — Деймон даже не стал слушать её робкие возражения. — И не говорите племяннице о моём приглашении. Она почувствует себя обделенной, если узнает, что я пригласил вас, а не её.
Алисента знала, что Деймон прав: Рейнира была ревнива. В их паре принцесса была бриллиантом, а её наперсница — лишь оправой для него. Ведомой. Гуляя с Рейнирой, Алисента не могла даже надеть траур по матери. Должна была улыбаться, когда душу разрывало на части от горя потери. Должна была стоять позади, чинно сцепив руки внизу живота и потупив взор. Раздирать пальцы от боли, пожирающей тело изнутри.
«И всё же я не должна соглашаться!» — сказала себе Алисента, отмахнувшись от горьких мыслей. Вот только вслух произнести это не смогла.
Кивнув ей, Деймон зашагал прочь, отбивая четкий шаг по камню дворика. Алисента приказала себе не смотреть ему вслед, но не удержалась.
* * *
— Какой горячий, — восторженно крикнула девушка, едва коснувшись алой, как кровь, чешуи. — Будто жидкое пламя под тонкой коркой.
— Очень точное описание сути дракона, Алисента, — рука Деймона легла поверх её. Без перчатки кожа принца была лишь немногим прохладней плоти зверя перед ней.
«Таргариены не просто владыки драконов, они сами несут в себе кровь этих великих существ. Они ближе к богам, чем к людям».
Алисента как-то вычитала это в одной из книг матери. Девушка сглотнула, но не выдернула руку.
— Он пахнет иначе, чем Серакс, — выдавила из себя девушка.
— Караксес — самец. Даже у людей так повелось, что мы — мужчины — пахнем не так сладко, как вы — женщины.
Алисента потеряла дар речи от такой откровенности. Девушке показалось, что Деймон обнюхивает её. Но нет! Наверное, она ошиблась! Разве она могла разобрать столь тихий звук, как вдох принца, сквозь шум могучего дыхания дракона?
— Не такой уж он и страшный, — это было утверждение, но Алисента кивнула. — Тогда завтра поможете мне почистить ему зубы?
— Что? — охнула девушка, подавшись назад и невольно уперевшись лопаткой в панцирь на груди принца. Она хотела было отпрянуть, но дракон, словно следуя за лаской её маленькой ручки, чуть сильнее изогнул свою длинную шею. Алисента невольно оказалась буквально прижатой к Деймону. Но принц этого будто и не заметил.
— Иногда в зубах дракона застревают кости. Особенно если они взрослые и проглатывают свою жертву большими кусками, — как ни в чём не бывало, пояснил Деймон, не отпуская её ладонь из плена своей. — Обычно этой работы занимаются хранители, но Караксес своенравен. Он не принимает заботу от кого попало.
— Тогда мою он тоже не признает, — разумно предположила Алисента.
— Говорю же, вам не придётся лезть к нему в пасть, — в голосе Деймона прозвучали озорные нотки. — Вы будете мне подпевать. И не удивляйтесь, Алисента, пение успокаивает драконов. В этом они очень похожи на людей.
Девушка качнула головой. Нет, она не может… А вдруг Рейнира спустится с небес раньше и узнает, что подруга втайне проводит время с её обожаемым дядей? Или, что ещё хуже, про это узнает отец?
Недовольное… нет, даже яростное лицо сира Отто предстало перед Алисентой будто вживую.
«Нет, я не могу проводить время с принцем. Если отец узнает…»
Алисента даже не могла представить себе, что сделает с нею десница, и это пугало.
* * *
Деймон не упомянул, что петь нужно было на валирийском. Алисента совершенно не знала этот язык и могла лишь мычать в такт мелодии. Но принц остался доволен её «помощью». Выкорчевав из зубов дракона обломанную бедренную кость козы, мужчина с благодарностью кивнул леди Хайтауэр.
* * *
Рейнира несомненно что-нибудь бы заподозрила в другое время, но принцессу куда больше занимали иные думы. Её мать-королева более не выходила из своих покоев, строго следуя рекомендациям мейстеров.
Жаркое лето было в самом разгаре. Алисента им наслаждалась. Хоть девушка и не признавалась в этом самой себе, но такая погода была отличным поводом, чтобы надеть одно из платьев матери — взрослого покроя, с открытыми плечами. Деймон отметил, что ей очень идёт этот фасон.
* * *
— Рейнира, неужели сегодня ты не посетишь Драконье Логово? — не выдержала Алисента.
Принцесса отложила кремовое пирожное и мотнула головой.
«Нет? Неужели она прознала про наши с Деймоном встречи?» — Кожа Алисенты покрылась колючими мурашками. Но принцесса немного развеяла её страхи: схватив подругу за руку, она потащила её из богорощи.
— На турнир в столицу стягиваются все рыцари королевства! — объявила Рейнира. Утром королева сказала дочери, что ей намного лучше. Алисента радовалась этому вместе с подругой. — Не хочу пропустить прибытие хоть кого-то из достойных. И симпатичных.
— Рейнира!
* * *
На следующий день Алисента спешила из септы в Драконье Логово, когда дорогу ей преградили двое мужчин. Поросшие щетиной и провонявшие застарелым потом, они напоминали скорей медведей, обряженных в засаленные рубахи из домотканки, нежели людей.
— И что тут за птичка спешит в своё гнёздышко? — начал один из них, пытаясь заглянуть под капюшон и обдавая девушку гнилостным дыханием.
— Да она не иначе как из Красного замка, — гнусаво подхватил второй. — Глянь, какая ладная да гладкая. Явно леди, а не служанка. А коль благородная, то и золотишко при себе имеет. Так ведь, красавица?
— У меня ничего нет, — ответила Алисента, стараясь укрыть от неизвестных дрожь в голосе. Так близко к Красному замку отребье прежде не решалось приближаться. Но, верно, пользуясь предтурнирной суетой, двое бродяг из Блошиного конца подобрались вплотную к обители короля.
Алисента огляделась. Сегодня она улизнула от охраны отца, чтобы наконец увидеть Деймона. Но не успела пройти и двух узких кварталов, как попала в неприятности.
— А леди не лжет? — рука обладателя гнилостного дыхания, легла на её капюшон и сдернула его. Раздался треск ткани. Густые каштановые локоны рассыпались по плечам. — Одлиг, ты глянь, какая красота!
Алисента попятилась назад и только тогда поняла, что Одлингом звали вовсе не гнусавого — мерзавцев оказалось трое. Кряжистые и сильные руки обхватили девушку и потащили куда-то вбок.
— Спасите! Во имя Матери, спасите меня! — закричала Алисента, когда поняла, что ее тащат в сторону приоткрытой двери какого-то здания, обмазанного облупившейся глиной.
«Они меня изнасилуют!» — жуткая мысль обожгла мозг жаром драконьего пламени.
— Отец, Мать, Воин…
— Бесполезно взывать к богам, девчонка, — руки гнусавого легли на её грудь, сжимая мягкую плоть и одновременно подталкивая жертву к распахнутой двери. — Они уже давно покинули этот город. Не брыкайся ты так, мы лишь заберем твои ценности и твоё девичество. В замке тебя наверняка выдадут за какого-нибудь отживающего свой век старика, так что ещё спасибо нам скажешь. Потому как…
Гнусавый продолжал болтать, но Алисента не вслушивалась в его слова. Она билась. Боролась из последних сил. Кричала, срывая голос, но никто не приходил на помощь.
Казалось, весь мир превратился в один сплошной вопль, но насильники едва ли слушали его. Предвкушая потеху, они жадно вглядывались в покрасневшее и оплывшее от слёз, но всё ещё миловидное лицо. Ощупывали гибкое юное тело. Темный потолок простерся над головой Алисенты, когда громила с гнилостным дыханием пошатнулся и, привалившись к стене, с хлюпающим звуком сполз по ней. Из его виска, под растрепанной серой шапкой, торчали зубья моргенштерна.
Рывок и металлическая звезда покинула плоть, потянув за собой алые рубины из крови. Покачиваясь на цепи, снаряд устремился к голове её следующего обидчика.
Так быстро двигается? На миг крик Алисенты и попытки вырваться замерли. Она смотрела на своего спасителя — рыцаря, одетого в простые, несущие на себе явные следы починки доспехи. Совсем юный, но уже успевший мастерски овладеть искусством убивать, он показался Алисенте воплощением Воина, посланного Матерью на защиту своей дщери.
Девушка видела только курчавые черные волосы и полоску по-дорнийски смуглой кожи в зазоре между шеей и закрытым шлемом. Слышала проклятия третьего насильника, отпустившего её и потянувшегося к поясу за ножом. Гнусавый, закатив глаза и быстро дергая веками, открыл рот в агонии. Смертоносные шипы проломили его макушку, словно яичную скорлупу. Рыцарь выдернул оружие, и Алисента увидела в проломе что-то розовое и трясущееся, будто плохо застывшее желе. К горлу подступила тошнота, и девушка осела на порог. Закрыла рот рукой. Она не успела сделать и пары вздохов, как на её подол упали капли крови. Неизвестный рыцарь расправился с последним из злоумышленников.
Алисента хотела, как и положено, подняться на ноги и по-картинному скромно поблагодарить воина. Но, едва встав, девушка согнулась в три погибели и простилась с завтраком.
* * *
— О чём ты думала?!
Казалось, крики отца заполнили собой все пространство Башни десницы. Побагровев, Отто Хайтауэр навис над дрожащей дочерью. Не утешал, а обвинял. Алисенте казалось, что десница больше боялся за вред, который происшествие могло нанести их имени, чем её телу.
— Почему ты была без охраны?
— Так близко к Красному замку… Я и не могла подумать, отец, что случится что-то дурное.
Казалось, что сейчас Отто ударит её. Десница поднял руку, словно готовясь отвесить зареванной дочери звонкую пощёчину.
— Это ваше с Лилианой упрямство, — ядовито выплюнул мужчина и отступил. — Золотые плащи способствуют спокойствию в городе?! Дрянь… И её бесполезный сукин сын.
Отступив к столу, десница тяжело опёрся о заваленную пергаментами столешницу. Мужчину трясло от гнева. Алисенте стало ещё страшнее. Она не понимала, о чём говорит отец. Дрянь? Он назвал так её саму? Или кого? Но прежде чем девушка успела сделать выводы, Отто Хайтауэр вновь обратился к ней: