Зажигая звезды
![Зажигая звезды](/uploads/covers/2023-09-29/zazhigaya-zvezdy-201.jpg-205x.webp)
- Автор: Мари Милас
- Жанр: Современные любовные романы / Эротика
- Дата выхода: 2023
Читать книгу "Зажигая звезды"
Глава 44
Аннабель
Мне кажется, уровень моей тревожности достигает апогея в день благотворительного вечера. И нет, я даже не переживаю за свое колено или за то, как мы выступим с Лиамом. Мое волнение целиком и полностью сосредоточено на каждом ребенке, находящемся под моим крылом. Они так верят и доверяют мне, что я обязана дать им самую лучшую поддержку. Безусловно, есть некоторый трепет из-за того, что наконец-то сцена примет меня. Пускай ненадолго, всего на одно выступление, но это то, о чем я даже мечтать не могла шесть лет назад, когда лежала с раздробленной ногой.
Да и вообще все детство балет казался таким близким и таким далеким одновременно. Я каждый день танцевала, но представить свое будущие на сцене не могла. И вот я здесь, вдыхаю воздух, пропитанный историей, стою на сцене и повторяю последнюю партию. Не последнюю, а крайнюю. Потому что балет не уйдет из моей жизни никогда, я просто буду в новом его амплуа.
— Аннабель, прости меня, я ужасная вредина. — Валери обнимает меня за талию со спины, когда мы стоим за кулисами. Шум в зале постепенно стихает, зрители уже сидят на своих местах.
— Я не обижалась на тебя. Мне показалось, тебе нужно время. Я люблю тебя и очень переживаю. Не делай так больше, договорились? — шепчу я, обнимая ее руки на своей талии.
Она целует меня в щеку и перед тем, как занять свою позицию, шепчет:
— Иногда другие люди имеют слишком сильную власть над нами. Ты знаешь это лучше других.
Я киваю, потому что это правда. Почему-то мы позволяем руководить собой, позволяем токсичности и агрессии, которых мы не заслуживаем, уничтожать нас изнутри. Стараемся до последнего верить в лучшее. Любить без оглядки. Но кому от этого лучше? Точно не нам.
Я благодарна жизни за все. За все уроки, ошибки и травмы. Я с улыбкой встречаю слово «недостаточно», потому что его больше нет в моем списке триггеров. Потому что он больше не влияет на меня.
Кулисы открываются, и сердце уходит в пятки. Софиты ослепляют, но я знаю, где находится моя точка силы, которую я не должна терять. Прямо по центру, в ложе, которая стала для нас новым началом.
Случайность или судьба? На этот вопрос я никогда не смогу ответить. Но мне точно известно, что ни одна история любви не идеальна. Не одинакова. И не без потерь и сожалений. Наша история получилась по своему прекрасной. И мы будем помнить ее всегда.
На свете так мало людей, которые как ключ подходят к нашему замку. Ни одна копия или второй экземпляр не смогут заменить оригинал и повернуть механизм с легкостью. Если вы потеряли ключ, то найдите его — чего бы вам это ни стоило.
Леви Кеннет не отрывает от меня глаз на протяжении всего балета «Дон Кихот». А я не теряю его.
Все студенты отлично отыгрывают свои роли. Моя улыбка не сходит во время партии Валери: она прекрасна со своими яркими волосами, которые освещают зал лучше, чем софиты.
Лиам заканчивает свою одиночную партию, и остаются считанные секунды до моего выхода с финальными фуэте. Из оркестровой ямы звучит Людвиг Минкус, запуская адреналин по всем телу, начиная с кончиков волос и заканчивая пальцами.
Первые десять вращений совершаются с легкостью пера. Я удерживаю взгляд Леви, и новый приток силы вливается вены. Вторые десять вращений кажутся приливом эндорфинов. Я смотрю ему в глаза и вижу восхищение, выстреливающее мне в солнечное сплетение. Любить этого мужчину подобно идеальному фуэте — кружит голову с неимоверной силой, но ты продолжаешь твердо стоять на ногах с энергией в каждой клетке.
Тридцать вращений, и мой взгляд притягивает другая всепоглощающая сила. Овации звучат в зале на каждый мой взмах ногой, заглушая простреливающую боль в колене. Глаза находят источник магнетизма в конце зала.
Моя семья. В полном составе.
Слезы наворачиваются на глаза, смываемые вихрем воздуха вокруг. Я должна была дрогнуть, ослабнуть, но выполненное тридцать второе вращение ошеломляет даже меня. Овации не прекращаются, но я слышу лишь единственные из них. Моего отца, папы. На его лице выражение, которое мне не приходилось видеть никогда. Гордость.
Но не слишком ли поздно? Думаю, с этим мы разберемся со временем.
А пока что мне нужно быть той, кто гордится своими детьми независимо от того, насколько они хороши.
Сцена заполняется малышами в костюмах разных цветов. Оливия рядом со мной. Я знаю, что за музыкой зрители не услышат моих слов, поэтому говорю только для детей:
— Танцуйте и любите так сильно, чтобы зажглись звезды.
***
Благотворительный вечер подходит к концу, и Леви встречает меня с букетом гортензий моего любимого цвета.
— Ты была неотразима. Думаю, какой-то более респектабельный архитектор может тебя увести. — Он подхватывает меня за талию, утыкаясь носом в шею.
— Нейт здесь?
— Эй, я пошутил.
— Ты лучший для меня, потому что ты — архитектор моего сердца.
Леви притягивает меня за затылок, завладевая губами. Его пальцы портят всю прическу, выбивая пряди волос. Мы встречаемся языками, не заботясь о приличиях. Я готова целовать его вечно, не теряя никогда. Но обстоятельства требуют отстраниться. Покашливание за моей спиной выводит нас из транса.
— Поговори с ними. Я буду рядом, — шепчет Леви, разворачивая меня лицом к семье.
Аврора сразу же бросается ко мне на шею, чуть не сбивая с ног. Боже, я все еще не могу привыкнуть, что она такая взрослая. Еще недавно она обнимала меня только за талию.
— Щечка к щечке, Анна.
— Щечка к щечке, Рора.
Я закрываю глаза, впитывая тепло родного тела. Голос, который был моим спасением многие годы.
— Я люблю тебя и очень скучаю, — произношу я сквозь ком эмоций в горле.
— Я тоже. Так сильно. — Аврора отступает, вставая за мою спину рядом с Леви.
Я слышу их бормотания и что-то про Диснейленд, про который Леви, по словам моей сестры, обязан не забыть. Понятия не имею, о чем они.
— Детка, ты была прекрасна, — шепчет мама, утирая уголки глаз платком. — Мне так жаль, что мы не видели этого раньше.
Мама подходит и целует меня в щеку, заключая в самые крепкие объятия, на которые способна хрупкая женщина. Но она каким-то образом чуть ли не ломает мне ребра.
— Я рада, что вы смогли приехать. Как тебе мои дети?
— Они такие… искренние. Как и ты.
— Они были лучшим украшением этого вечера, — с улыбкой говорю я.
Мама отстраняется, и наступает точка невозврата. Юг и север каким-то образом сходятся на одном полушарии в попытке не разрушить мир. Глаза папа осматривают меня с головы до пят. Но мое тело не совершает ни единого импульса в ответ. Сердце бьется в здоровом ритме.
— Привет, папа.
— Аннабель, — кивает он, и я встречаюсь с глазами, любимыми мной с самого рождения. — Ты была… очень хороша. Я горжусь тобой.
Раньше я бы отдала все деньги мира, чтобы услышать от него эти слова. Как мелочны мы иногда в своих проблемах и желаниях.
— Рада, что ты здесь, — склоняю я голову.
— Приезжай домой, мы скучаем по тебе. И… — Он откашливается и подходит ко мне, неловко обнимая. — Я люблю тебя.
Мне приходится закрыть свои веки так сильно, что появляются искры. Вот теперь сердце начинает ускорять свой темп. Что мне ответить? Конечно же, я все еще его люблю, но…
— Ты всегда будешь моим папой, но не всегда я буду любить тебя безответной любовью.
Папа отстраняется и, кивнув мне на прощание, выходит из академии. Мы общаемся с мамой и Авророй, которая не отрывает взгляда от другого угла вестибюля. Повернувшись, я вижу Лиама в окружении, наверное, половины женского населения нашей планеты. Ну или как минимум академии. Чужие руки находятся на всех частях его тела, а он с довольным видом чуть ли не раздает автографы. Взгляд друга медленно скользит в нашу сторону, и Аврора прячется за мою спину.
— Не расскажешь мне, что происходит? И не забудь о том, что я слышала твой голос в доме Лиама. — Я поворачиваюсь к ней лицом.
— Тут не о чем говорить. Мы встретились с ним случайно, когда он был в Бристоле. Он предложил помощь с экзаменами. Я ее приняла. Конец истории, — вздыхает Аврора. — Его самого не тошнит от всех этих прикосновений? Серьезно, он словно какая-то статуя, которую нужно потереть на удачу. Надеюсь, место, которое ему больше всего натирают, отвалится.
Я открываю и закрываю рот, но смех все равно сотрясает мою грудь.
— Не стоит переживать об его местах. Тебе всего восемнадцать, Рора. — Я касаюсь ее щеки.
— Боже упаси. Меня это вообще не волнует. Он слишком стар для меня, — ухмыляется она. — И мне не всего, а уже восемнадцать.
Должна ли я переживать о том, что моя сестра очень импульсивно пытается скрыть свою симпатию? Да, черт возьми. Но я стараюсь не показывать тревожность, улыбаясь в ответ.
— Да, тебе подойдут парни… из Диснейленда, полагаю.
— Ты всегда будешь считать меня маленькой?
— Я помню, как меняла тебе подгузники, Рора.
Она толкает меня в бок, но сразу же обнимает. Держа ее в своих рука, я понимаю, что все мы взрослеем, но некоторые люди всегда остаются в нашей душе в одном возрасте. Сколько бы лет нам ни было, я буду старшей сестрой, а она — маленькой Ророй, прикасающейся к моей щеке.
После того, как мы проводили мою семью, Леви начинает вести себя очень странно. Он почти ничего не говорит, лишь беспрестанно прикасается ко мне, словно я мягкий антистресс, успокаивающий его нервы.
— Что с тобой? — спрашиваю я, когда мы направляемся к машине.
Леви останавливается и смотрит на меня с высоты своего роста. Я поднимаю взгляд к нему, пытаясь увидеть в его глазах ответ на вопрос.
— Ты доверяешь мне? — тихо спрашивает он, протягиваю свою руку к моей.
— Да, — не задумываясь, отвечаю я.
Леви достает из кармана маску для сна. Она фиолетовая, с мультяшными глазками.
Что?
Я ожидала чего угодно, но не этого.
— Тебе нужно надеть это. Я помогу. — Он поправляет резинку маски на волосах и натягивает ее мне на глаза.
Приятный холодок начинает распространяться вокруг век. После ярких софитов и тонны макияжа это настоящие блаженство.
— Она с охлаждающим эффектом. Круто? — Я слышу в его голосе нотки детского восхищения.
— Круто, — смеюсь я. — Мне кажется, я засну прямо на тротуаре.
Леви подхватывает меня на руки, и я обвиваю его за талию ногами. Хорошо, что я переоделась в джинсы, иначе еще одно платье разошлось бы по швам. У меня в руках букет гортензий, которые утыкаются ему в ухо. Он извивается от щекочущих ощущений.
— По мне как будто кто-то ползет, — ворчит он и ускоряет шаг. — Не снимай маску до конца поездки, поспи. — Леви усаживает меня в машину и пристегивает.
— Куда мы едем?
— Серьезно? Ты думаешь, я закрыл твои глаза просто так? Я не скажу, куда мы едем. Спи.
— Такой скрытный.
Я поправляю маску, когда мы трогаемся с места.
— Не снимай!
От его команды мои руки резко опускаются вниз. Боже, он действительно очень нервный.
— Эй, расслабься. Я просто поправила ее.
— Хорошо, — со вздохом произносит он.
По пути мы слушаем музыку и его нервный стук пальцев по рулю. Я так устала, что действительно засыпаю под этот странный ремикс звуков. Но даже сквозь сон не прекращаю перебирать варианты мест, куда мы направляемся. Не знаю, сколько проходит времени, когда свежий воздух начинает щекотать нос и развивать волосы. Я понимаю, что Леви опять держит меня на руках, потому что тепло его тела проникает глубоко в сердце. Щетина нежно царапает щеку, еще больше возвращая меня в реальность после сна.