Феномен пропаганды
![Феномен пропаганды](/uploads/covers/2023-11-13/fenomen-propagandy-201.jpg-205x.webp)
- Автор: Жак Эллюль
- Жанр: Публицистика / Социология / Культурология
- Дата выхода: 2023
Читать книгу "Феномен пропаганды"
Глава III Необходимость пропаганды
Расхожее мнение приводит нас к мысли о том, что пропаганда – это злой умысел некоего злобного вождя, который, будучи властным и жестоким тираном, стремящимся любой ценой удержаться у власти, держит в узде свой народ, обманывая его и соблазняя обещаниями, которые и не собирается исполнять. Подразумевается, что в ее основе лежит волюнтаристское решение: то ли человек думает: «А не заняться ли мне пропагандой», то ли государство учреждает Министерство пропаганды, и с этого все и начинается. Население с этих пор воспринимается, как пассивная толпа, состоящая из людей, которыми можно манипулировать и использовать в своих целях. В этом в равной степени убеждены и те, кто думает, что управляет толпой, а также те, кто уверен, что эффективность пропаганды ничтожна мала, и человек может не поддаваться ее влиянию.
Согласно этой концепции в этой игре существуют два лагеря: с одной стороны – активный участник, пропагандист, с другой – пассивная сторона, толпа, масса, человек[158]. Можно понять реакцию моралиста, ярого противника пропаганды: человек ни в чем не виноват, он – несчастная жертва, это пропагандист подтолкнул его к плохим поступкам. Все в порядке – человек оправдан, его ввели в заблуждение, он тут ни при чем. Нацист или коммунист – они невинные жертвы, не надо их обвинять, напротив, необходимо их освободить от тлетворного влияния пропагандиста, вырвать из психологических оков, вновь приучить мыслить самостоятельно, а может быть даже попросить их сказать всю правду. В любом случае пропагандируемый воспринимается как несчастный человек, не имеющий ни сил, ни средств, чтобы защититься от зловредного пропагандиста, который как хищная птица кружит над ним, клюет и пьет его кровушку. Однако вспомним об исследованиях по рекламе, разве там покупателя сравнивают с жертвой? А вот пропагандируемый никогда не несет ответственности за пропаганду, ведь она воспринимается как нечто, существующее вне его.
На мой взгляд, это совершенно неправильная точка зрения. Если внимательно посмотреть, что происходит сегодня в этой сфере, то стоит, по крайней мере, задаться таким вопросом: пропаганда в жизни общества теперь присутствует практически повсеместно. Психологический фактор в этом играет решающую роль (напомним, что он предполагает включенность индивидуума в жизнь сообщества и участие в совместной деятельности, а не только внешнее на него воздействие): уже недостаточно изложить на бумаге план проекта, разработать последовательность действий, выбрать политический метод, создать институты; нужно, чтобы каждый индивидуум принял в этом участие от всего сердца, по доброй воле, с радостью, получая искреннее удовлетворение от своего участия в общем деле: проект введения НДС стал успешным исключительно благодаря пропаганде. В период формирования Общего Рынка был создан специальный отдел по психологической подготовке к Общему Рынку (1958), так как было понятно, что без этого никак не обойтись, что создаваемые институты ничего не стоят сами по себе без поддержки со стороны общества. Североатлантический Союз также нуждается в пропаганде среди своих союзников: идея А. Де Гаспери в 1950-е годы о том, чтобы учредить объединение демократических стран, что-то вроде Демформа, в ответ на образование Коминформа – очень яркий тому пример. Создание организации Политическая война (Political Warfare) пришлось кстати, но этого недостаточно; можно сказать, что в 1959 г. экономический спад в бóльшей мере был обусловлен психологическими проблемами, чем техническими или экономическими трудностями[159]: чтобы добиться успеха реформ и экономического подъема, необходимо было сначала убедить французскую публику в том, что ни о какой рецессии речь не идет, что бояться нечего: дело не только в методе самовнушения Эмиля Куэ, надо было добиться активного участия народа в подъеме экономики.
Все знают, что реновации в сельскохозяйственной отрасли без психологической подготовки идут очень туго. Сначала следует создать контору под названием «Служба популяризации», включить туда технический совет, а главное – агентов по психологической обработке по типу знаменитых агентов из Комитета США или консультантов, как в Скандинавских странах. Они действуют в двух направлениях: просвещают и убеждают. Разумеется, СССР обогнал всех в этом плане: там есть прекрасно организованная аграрная пропаганда: в период сбора урожая сотни миллионов специальных агентов объезжают деревни с целью привлечь на сбор сельскохозяйственной продукции, снимают кино и делают радиопередачи с агитационной целью, каждый день, как во время чемпионата мира по спорту, информируют население о трудовых победах. В этой кампании принимают участие местные СМИ, привлекаются Комсомол и транспортные компании. К этому можно добавить «Праздники урожая» с песнями и танцами на музыку фольклорного характера, а в конце – денежные компенсации и национальные награды победителям. Но не только в сельском хозяйстве пропаганда играет роль, она также действует и в рабочей среде. Весь мир знает, что творится в этом плане в СССР: знаменитые пятилетки, Стахановское движение и ему подобные. Лозунги типа «Производительность труда – дело рук Партии и народа» объясняют все[160]. Тут важно, чтобы рабочие прониклись духом экономического роста, поняли, что в их руках – благополучие страны, участвовали в повышении производительности труда, соглашались с инновациями, сами придумывали рационализаторские предложения, участвовали в жизни Профсоюза, находили призвание в труде и т. д. К этому можно прийти путем психологического воздействия, с помощью правильно организованной пропаганды, проводимой долго и планомерно.
Пропаганда и среди военных играет важную роль. Отличный пример – немецкая армия: в современной немецкой армии каждый солдат точно знает, что именно он защищает, твердо убежден в том, что патриотизм – это готовность защищать не только границы своего отечества, но и идеологию своего государства (такие ценности как права и свободы немецкой нации так, как он их понимает, как с детства ему это внушили[161]). Посредством психологического внушения этих принципов в армии его приучают к личной дисциплине, воспитывают умение принимать решение, делать выбор. Обучить пользоваться военной техникой – теперь в современной армии этого мало. Все это – чистая пропаганда, в том числе и умение принимать решение, так как с того момента, как солдат убежден в том, что есть истинная правда, он примет решение «спонтанно», как бы самостоятельно, но именно то, которого от него ждут. Заметим, что пропаганда в гитлеровской армии всегда стремилась к тому же (в 1940 г. превосходным считался немецкий солдат, умеющий проявить инициативу).
Вот пример из другой области[162]: перед очередной переписью населения в СССР (1959 г.) развернулась масштабная пропагандистская кампания, т. к. ее успех всегда зависит от двух факторов, во-первых, необходимо добровольное участие в кампании всех граждан, иначе она может затянуться на продолжительное время, во-вторых, для получения аутентичных результатов опроса нужно, чтобы они искренне отвечали на вопросы анкеты. Чтобы этого добиться, власти организовали кампанию по обработке общественного мнения: пропагандистскую работу вели в прессе, в общественных организациях, повсюду; пропагандисты разъехались по всей стране, чтобы объяснить гражданам, в каких целях проводится перепись, убедить их принять участие, разрушить предрассудки и рассеять подозрения.
Мы предоставили примеры из совершенно разных областей общественной жизни, чтобы доказать, что сфера применения пропаганды есть везде. Чтобы она оказалась полезна, надо, чтобы она отвечала потребностям. Примеры доказывают, и нам это также очевидно, что для власти верховной, как и на местах, пропаганда представляет собой необходимый инструмент, но даже если с помощью этого утверждения можно доказать, что пропаганда безвредна, нам все равно не удается выйти за рамки представления, сделанного в начале этой главы: власть активна, применяя пропагандистское оружие в своих целях, а масса инертна и беззащитна перед лицом пропаганды. Поэтому пойдем дальше и докажем: если пропаганда имеет успех среди массы населения, если достигает своих целей, значит каждый член этой массы нуждается в пропаганде. Нельзя заставить осла напиться, если он не испытывает жажды. Невозможно поймать в сети пропаганды того, кто не нуждается в том, что она ему предлагает. Пропагандируемый ни в коем случае не невинная жертва. Он сам идет навстречу пропагандистскому влиянию, он не просто к нему готов, он ищет в нем удовлетворения. Разумеется, на него оказывают влияние, конечно, им манипулируют, но его в полной мере можно считать соучастником пропаганды, даже если он делает это неумышленно, не отдавая себе отчета. Пропаганда не могла бы так прочно укорениться во всех сферах жизни, если бы не молчаливое согласие на то, и даже более того – потребность, идущая из глубины души каждого члена нашего современного технократического общества. Нет никакого злобного пропагандиста, мечтающего завладеть сознанием невинного гражданина. Есть гражданин, все существо которого требует пропаганды, а пропагандист просто отзывается на этот призыв. Не было бы никакого пропагандиста, если бы не жаждущий пропаганды потенциальный пропагандируемый. Вот почему так важно понимать, что пропаганда – это не произвольное желание какого-то самодура от власти, это в прямом смысле слова социальное явление, уходящее корнями в потребности общества и отвечающее его ожиданиям. Таким образом, мы находим для наличия пропаганды двойное обоснование: исходящее от Власти и от пропагандируемого. Они взаимодополняют друг друга и с обеих сторон влияют на развитие пропаганды.