Меняю колоду!
![Меняю колоду!](/uploads/covers/2024-02-23/menyayu-kolodu-201.jpg-205x.webp)
- Автор: Александр Сухов
- Жанр: Попаданцы / Самиздат, сетевая литература / Магическое фэнтези
- Дата выхода: 2023
Читать книгу "Меняю колоду!"
Глава 10
После скандала, связанного с наследником влиятельного российского рода Демидовых, наступило затишье. Народ каким-то образом прознав о случившемся начал обходить нашу четверку по кругу максимально допустимого радиуса. Даже на лекциях вокруг нас образовывалось пустое пространство. Обидно немного, ощущать себя эдакими париями, однако человеческая натура так устроена опасаться гнева сильных мира сего и тех, кто на тебя может этот гнев вызвать хотя бы ненароком. Ну и бог с ними, мы ни к кому не лезем и нас никто не беспокоит.
На всякий случай, в университетской библиотеке я взял книгу с описанием Великих Боярских родов. В процессе прочтения толстенного фолианта выяснилось, что основатель рода Демидовых был выходцем из купеческого сословия. В этой реальности они заявили о себе вначале семнадцатого века. Негоциант средней руки Петр Андреевич Демидов во главе нанятой ватаги сорвиголов, своего рода ЧВК, отправился на Каменный Пояс (так в прежние времена именовали Уральские горы). Пройдясь огнем и мечом по улусам аборигенов, Демидову удалось взять под свою руку обширные территории, богатые рудами, каменным углем, поваренной солью и прочими минеральными ресурсами. Богатели Демидовы, богатела казна царей российских, за что Анисиму Петровичу сыну Петра Андреевича было пожаловано боярство и право основать свой род. А еще через полвека этот род был именован Великим. В настоящее время Демидовы владеют не только горнодобывающими, металлургическими, машиностроительными и прочими предприятиями на Урале, их финансовое влияние распространяется едва ли не на половину мира. Вот такая незамысловатая история.
Я, конечно, понимаю желание нашего ректора прихватить Демидовых, грубо говоря, «за яйца», поимев компромат на их отпрыска, претендующего со временем стать главой рода. Но лишь теперь я осознал масштабы «коровьей лепешки», в которую вляпался. Ладно бы только я, еще и друг мой Колька, да и девчонки как свидетели неблаговидной выходки Олега.
М-да, трабла. Если захотят, отловят и прикопают так, что никто не узнает, где могилка моя. Впрочем, чуйка настоятельно подсказывала, что, пока я нахожусь в стенах университета, меня и моих друзей никто не тронет, дабы в очередной раз не кинуть тень на первого по списку наследника главы рода. Даже оберегать будут. К тому же, месть блюдо холодное, чем дальше по времени от события, тем оно вкуснее, ибо жертва успеет пережить все стадии кошмара, именуемого «страх ожидания» и к моменту решающего удара будет окончательно сломлена морально и психологически.
А вот и хер вам, по всей вашей самодовольной роже, господа магнаты. Если пораскинуть мозгами, Жом и наши подруги вряд ли подвергнутся мести со стороны Демидовых, ибо слишком мелкие сошки для этого, да и непосредственного участия в мордобитии лица Олега не принимали. За четыре с лишним года нашего обучения в стенах МУМ про них просто забудут. А вот мне, как главному обидчику наследника, а, значит, и всего их мерзкого рода уж точно не поздоровится. Почему мерзкого? А потому что таких козлов как Олежка плодят. Ну и ладно, хрен с ними, как-нибудь выкручусь. Проанализировав ситуацию, решил вообще ничего не говорить Николаю и подругам, дабы лишний раз их не волновать.
А что касаемо отношения одногруппников, еще раз повторяю — плевать на них. Пусть игнорируют, нам от этого ни жарко ни холодно.
А через неделю последовал вполне ожидаемый вызов к ректору, на этот раз исключительно для меня.
— Проходи, Зубов, присаживайся, — Константин Константинович как всегда был спокоен, что тот мамонт, пролежавший в вечной мерзлоте пару тысячелетий. — Рассказывай.
— Что рассказывать, Ваше Высокопревосходительство?
— Ты лаптем-то не прикидывайся, студент, — показушно возмутился ректор, — доложи-та, братец, самым подробнейшим образом, как именно был учинен мордобой Олега Демидова.
Деваться некуда пришлось колоться по полной:
— Мы сидели с девчонками в нашей комнате, занимались преобразованиями заданных преподавателем магоматических функций в матрично-руническую форму…
— Так уж и науками?! — скептически посмотрел на меня архимаг.
— Могу поклясться чем угодно, ваша милость.
— Ладно, продолжай дальше, — примирительно махнул рукой хозяин кабинета.
Ну я и рассказал как тройка незнакомых студентов вломилась без спросу в нашу комнату и о том, как Олег Демидов в приказной форме потребовал, чтобы я пел для него и его собутыльников. Сам факт избиения наглецов осветил мельком, мол, удачно заехал по носу и с предельной осторожностью выставил зачинщика ссоры в коридор. Точно также поступил с одним из его товарищей мой друг Николай Жомов. То есть обошлись с гаденышами с предельным вежеством, то есть за грубость те отделались малой кровью, в Бобровке за менее значимые провинности наказывают куда как сильнее. И насчет оставленной в комнате гитары все объяснил.
— Так что, господин ректор, получается, мы тут и не при делах вовсе, — закончил я свой рассказ.
— Ну да, совсем не при делах, — покачал головой Блинов, — наследнику рода свернули нос на бок, его приятелю в трех местах челюсть сломали. Однако ловко ты, Зубов, с гитарой всё провернул. Ведь если бы инструмент был найден в вашей комнате… Ну ты понимаешь.
— Понимаю Ваше Высокопревосходительство, еще с малых лет умные люди разъяснили. Поэтому законы государства Российского изучал и продолжаю изучать весьма и весьма досконально.
— Интересно, кто же эти «умные люди»? — скептически хмыкнул ректор.
Ответ на этот вопрос у меня был заранее подготовлен:
— Жил у нас в Бобровке Селифан Елистратович Онищенко, годков двадцать провел на Сахалине за какую-то ерундовую провинность. Подробностей не рассказывал, но, когда бухал в компании с моим родителем, частенько повторял: «Учи законы российские, Вовка, когда-нить, да пригодится». Ну я и учил. А еще вы сами говорили на вводной лекции: «Ignorantia legis neminem excusat».
— Памятливый — это хорошо, — заулыбался мой собеседник. — Не скрою, своим поступком ты мне здорово помог, но об этом знать никому не следует. Однако, обидев Олега, ты в его лице замахнулся на честь уважаемого в нашем государстве рода. Российские законы, конечно, суровы и справедливы, вот только, к великому сожалению, их исполнение не для всех обязательно, особенно когда дело касается высших сфер власти. Я тут поинтересовался списком затребованной тобой литературы в нашей библиотеке. Молодец, ознакомился с деяниями Демидовых и вполне оценил их влияние. Позволь поинтересоваться, какие выводы ты сделал?
Ну что же, вы хочете выводов, их есть у меня:
— Друзей моих с вероятностью девяносто процентов не тронут вообще, господин ректор. На меня же непременно будет объявлена охота. Вряд ли в ближайшее время и в стенах МУМ, скорее всего, попытаются ликвидировать после окончания ВУЗа.
Константин Константинович посмотрел на меня то ли сочувственно, то ли осуждающе. Непонятно.
— Если, Владимир, ты считаешь, что Демидовым достанет терпежу, ждать годами, ты глубоко заблуждаешься. Для них негоже, чтобы обидчик их рода слишком долго ходил по земле и дышал одним с ними воздухом, или вообще дышал. В одном ты прав — в стенах университета ты в полной безопасности, а вот во время прогулок по столице, я за твою голову медного гроша не дам. Подскочит какой забулдыга, ткнет ножичком в печень и был таков. Или пуля из-за угла прилетит. Для полиции банальная история, а те, кто в курсе, тут же сообразят что к чему и сделают правильные выводы. Посему, — он протянул мне серебристый кругляш размером с золотой червонец с ушком для ремешка или веревочки, — это защитный амулет, выдержит два десятка выстрелов из армейской винтовки, сотню ножевых или штыковых ударов, иже с этим разовый урон от стихийной магии уровня архимага. Не будешь хлопать ушами, успеешь убраться куда подальше от своих недоброжелателей, ну или преподнести им пренеприятный сюрприз. Также отныне при выходе за пределы территории университета ты обязан иметь при себе штатное оружие. Соответствующие распоряжения кем надо уже получены. Еще один момент, поскольку один в город ты не пойдешь, это для твоего друга и ваших подруг. — С этими словами архимаг положил передо мной еще три точно таких же амулета. — Артефакты именные, потом разберетесь, какой кому полагается. А теперь свободен, студент Зубов, и удачи тебе.
Перед тем, как покинуть кабинет, я все-таки обратился к его хозяину:
— Ваше Высокопревосходительство, разрешите поблагодарить вас за подаренную гитару. Признаться, инструмент преотличный, такой искать замучаешься.
— И не найдешь, инструменты Антонио Страдивари просто так в купеческих лавках не валяются.
Ёпрст, гитара самого Страдивари! Ну и мудило этот Олег! На хрена столь ценную вещь было тащить из дома? Пижон, однако! Первым моим желанием стало запереть раритет в каком-нибудь пуленепробиваемом и несгораемом сейфе и доставать оттуда только по великим праздникам, а для игры по будням приобрести что-нибудь попроще. Но тут же передумал. Инструмент живет, только в руках музыканта, а в сейфе, это будет просто красивая бесполезная вещица. А вот достойный чехол для нее нужно будет непременно заказать.
Кабинет ректора покинул весьма и весьма ошарашенным и в серьезных раздумьях. Интересно, с чего бы такая забота о нашей компашке со стороны не просто важного государственного деятеля, но одного из самых сильнейших в мире магов? Скорее всего, между ним и родом Демидовых в настоящий момент происходит нечто типа шахматной партии.
Вот бы узнать, какая роль в ней отведена скромному студенту Вовке Зубову. Явно не ферзя или хотя бы слона, скорее пешки, коей можно пожертвовать в любой момент на размен более или менее значимой фигуры. А может быть, меня прочат в проходные? Ха, ха, ха! Кто я такой, чтобы стать ферзем? От подобных мыслей на душе стало пасмурно. Вот же, сука, угораздило меня оказаться между молотом и наковальней. У господина Блинова, вне всякого сомнения, терки с Демидовыми, а страдать должен отчего-то скромный деревенский парнишка.
Обнадеживает лишь то, что в стенах университета мне и моим товарищам ничего не угрожает. За их пределы я попаду лишь после сдачи экзаменов за первый курс. То есть в запасе у меня четыре месяца. Вроде бы, срок небольшой, но если поднапрячься, то и немалый. Защитный амулет, подаренный ректором, хорош, но его действие ограничено внутренним запасом маны. Так что в первую очередь необходимо озаботиться изучением защитных заклинаний. Где взять описание магоформ? Так прямиком из амулета. Кстати, одно боевое заклинание мной уже изучено благодаря штатному магу Бобровки Кузьме Митрофановичу Зосимову, ну и моей абсолютной памяти. Теперь я могу и без огнестрела любого супостата отправить навстречу… хе-хе!.. со Страдивари. Да, еще Кольку и девчонок нужно будет обучить защищаться и обороняться. Амулет — хорошо, а безо всяких амулетов это делать намного лучше.
С тех пор ни ректор, ни куратор потока, ни учебная часть нашу четверку не беспокоили. Николай практически на постоянной основе переселился на место Исидоры, девушка, соответственно, в нашу комнату на его. Мне пришлось заказать для подруги дубликат ключа в университетской мастерской. Впрочем, мы были не оригинальны в вопросе совместного сожительства противоположных полов. Многие юноши и девушки пожелали жить вместе, и администрация охотно шла им навстречу. Чаще всего, в дальнейшем такие пары образовывали прочные семейные союзы у которых рождались, как правило, одаренные дети. То есть, прямая выгода для государства. Взять хотя бы Жома, Колька всерьез задумывался по окончании университета жениться на Валентине. По мне так нормально, совет им да любовь. У нас же с Исидорой все намного проще. Никаких матримониальных планов на будущее, только секс и ничего более. Да, мы друг другу нравимся, иначе и быть не может, но это не причина, чтобы пара амбициозных личностей отказалась от своих далеко идущих планов и скатилась к банальной бытовухе. Возможность в любой момент получить свободу от отношений грела наши души и, как это ни странно, скрепляла наши отношения.