Ты моя жена. Настоящая
![Ты моя жена. Настоящая](/uploads/covers/2023-01-22/ty-moya-zhena-nastoyashhaya-201.jpg-205x.webp)
- Автор: Лана Пиратова
- Жанр: Любовные романы
Читать книгу "Ты моя жена. Настоящая"
Глава 1. Василиса
— Ну, чего ты дрожишь? — пальцы Максима сжимают мои ладони. — И руки ледяные. Не бойся. Самое страшное уже позади. Остались формальности. Выступишь в суде и все. Свободна. И поедешь отдыхать куда-нибудь. И я с тобой с удовольствием.
— Да не на что нам ехать-то, — лишь бы поддержать разговор отвечаю я, оглядываясь по сторонам.
Мы в суде. Ради него и приехали из Питера. Я — ключевой свидетель и должна дать показания по делу «черных» риэлторов.
— Ну, не скажи, — возвращает меня в реальность Максим. — Папа твой предусмотрительный был. Некоторые квартиры так оформил, что ты теперь богатая наследница. Когда это все завершится, я расскажу тебе.
— Мне не нужны эти квартиры, — говорю холодно. — Они в крови.
— Ты не отмахивайся сразу то, — назидательно произносит Максим. — Там не квартиры. Там кое-что посущественнее.
Подмигивает мне.
Не успеваю спросить, о чем он. Хотя мне это и неинтересно. Я не собираюсь пачкаться об эти деньги. Они принесли нашей семье только несчастье.
Нас вызывают в зал суда. Внутри много народа. За решеткой сидят какие-то люди, которых я не знаю. Меня что-то спрашивают. Отвечаю, что знаю и чему научил меня Максим.
Все происходит как будто не со мной. Я как будто наблюдаю за происходящим со стороны.
Наконец, меня отпускают и я сажусь с краю, рядом с Максимом.
Но чувствую дискомфорт. Оно и понятно: столько незнакомых людей и я вынуждена им всем рассказывать о махинациях своего отца. Я не вижу, потому что сижу, опустив голову, но чувствую их взгляды. Осуждающие взгляды.
Родителей не выбирают. И я своих любила. И продолжаю любить? несмотря ни на что.
А это просто момент, который надо пережить. Все проходит. Пройдет и это.
— Ты как? — отвлекает меня от мыслей Максим.
За это время мы сблизились. Он и правда проявил заботу обо мне. Не досаждал ненужными вопросами, но все понимал. Я чувствовала это.
— Нормально, — тихонько киваю. — Долго еще? Я могу выйти?
— До перерыва нет. Скоро перерыв объявят. Тогда выйдем немного.
С нетерпением жду. Но почему бросает в жар? Спину жжет. Как будто кто-то сверлит меня взглядом. Оборачиваюсь — никого, кто бы так прямо смотрел на меня. Заправляю волосы за ухо. Опускаю взгляд и мысленно отсчитываю секунды ожидания.
Наконец, судья объявляет перерыв.
Сразу же встаю.
— Я сейчас. Переговорить кое с кем надо, — говорит Максим и я одна выхожу из зала суда.
В коридоре дышать гораздо свободнее. Иду к туалетам. Лицо горит и мне просто необходимо умыться холодной водой.
В туалете, кроме меня, еще одна женщина, но она быстро уходит. Я только собираюсь закрыть за ней дверь на защелку, потому что хочу остаться одна хотя бы на несколько минут, как в дверь ударяют. Я отскакиваю к стене. Со страхом смотрю на мужские ботинки. Боюсь поднять взгляд. Особенно после того, как слышу:
— Ну, здравствуй, Василиса. Я знал, что мы еще встретимся. Знал.
Раздается звук захлопывающейся двери.
И опять эта самодовольная улыбка на, безусловно, красивом лице. Ничего не меняется.
Беру себя в руки. Я запретила себе реагировать на него. На его фотографии в интернете, на сводки новостей о его личной жизни. Он — пройденный этап.
— Чего молчишь? — ухмыляется. — Так рада меня видеть, что дар речи потеряла?
— Не могу сказать, что меня поразила твоя прозорливость, — отвечаю, глядя прямо ему в глаза. — Как оказалось, бизнес твоего отца не так уж и чист.
— Хм, — Давид не перестает улыбаться, — а ты стала другой.
— Учителя хорошие были.
Делаю шаг в сторону двери, но тут же Давид хватает меня за руку и впечатывает в свое тело.
— Я искал тебя, — шепчет мне в волосы. — Но ты хорошо спряталась. Но я знал, что найду тебя.
— Не ты нашел, Давид, а я сама появилась. Потому что так надо, — поправляю его и упираюсь руками в грудь. Пытаюсь оттолкнуть.
— Опять споришь? — подхватывает меня за попу и усаживает на столешницу. Сам встает между ног. — Зачем сбежала? Разве мы не договорились?
— Ты серьезно, Давид? — я и правда не верю, что он говорит это все всерьез. После всего, что случилось.
— Я же объяснил тебе, что нам на тот момент нельзя было быть вместе. Формально. Но на самом деле мы же были вместе.
— Бред какой-то, — мотаю головой и пытаюсь слезть на пол. — Пусти меня. Перерыв скоро закончится, а мне надо еще с Максимом переговорить.
— Максим, — улыбается Давид. — Никогда бы на него не подумал. А вон как оказалось… Сиди!
Рукой вцепляется в мою ногу, лишая возможности сделать хоть одно движение.
— Это все было раньше. Теперь нам ничто не мешает быть вместе. К черту процесс. Ты уже все рассказала, что от тебя требовалось. Поехали домой, Василиса. Поговорим, — хищно улыбается. — Задолжала ты мне за это время.
— Чего это я задолжала? — не понимаю я. — Денег твоих я не взяла. Помощи от тебя не просила.
— Долг супружеский задолжала, — усмехается, приподняв бровь. — Там уже такие проценты.
Берет мою ладонь и кладет себе на ширинку. Господи, Давид.
— Что-то маленькие проценты-то, — усмехаюсь я, ощупываю пальцами возбужденный член Давида.
— Маленькие? — он приподнимает бровь. — Ты, похоже, забыла. Напомнить тебе?
Берется за ремень. Он что? Серьезно думает, что я вот так дам ему? Прямо в туалете? В суде? Ну уж нет, бывший муженек, я не собираюсь осквернять правосудие.
— Давид, мы в туалете, — пытаюсь образумить его. Пока словами. — Женском.
— Я в курсе, — злится он, потому что ремень не поддается.
— Пошли в кабинку, — говорю я. — Я помогу.
Давид поднимает на меня взгляд, улыбается, проводит рукой по волосам.
— Ты ж моя девочка, — произносит довольно.
Ну не козел?
— Пошли, — ставит меня на пол и шлепает по попе в направлении кабинок.
Там я ставлю его рядом с унитазом, а сама сажусь на корточки. Смотрю на него снизу вверх. На лице Давида нескрываемое счастье. Какой же примитив, все-таки.
— Надеюсь, ни на ком не тренировалась? — он вдруг резко сжимает мои волосы и тянет их вниз.
— Мне одного урока хватило, — отвечаю, пытаясь улыбаться. — Я понятливая.
— Молодец, — улыбается он. — Покажи, как усвоила материал.
Я расстегиваю ремень, замок. Член уже выпирает в боксерах. Провожу по нему пальцами. Через ткань. Твердый и горячий. Все как я помню.
Но, прежде чем спустить боксеры, дергаю брюки вниз, до самых щиколоток.
— Зачем? — спрашивает Давид.
— Ноги твои хочу увидеть, — отвечаю. — Они меня возбуждают.
Довольно хмыкает. Верит всему. Как же надо себя любить, чтобы быть таким.
Провожу руками по его ногам. Сверху вниз. И одновременно трусь носом о член в боксерах.
Давид запрокидывает голову и упирается руками в стенки кабинки.
— Продолжай.
Стягиваю с него трусы до самого низа.
А потом резко встаю и выхожу из кабинки. Стою там и поправляю одежду.
— Ты чего? — Давид изумленно смотрит то на меня, то на свой член. — На колени вставай!
— Ага, — киваю. — Сейчас за подставкой сбегаю, а то не достаю.
И с этими словами бегу к выходу.
— Сука! — слышу в спину и грохот.
Прежде чем выскочить из туалета, быстро оборачиваюсь — Давид лежит на полу, рукой сжимая свой член.
Он не сделает ни шагу. Я же застегнула ремень у него на щиколотках, когда он кайфовал, запрокинув голову.
— Стой! Сука! — хрипит он и тянется к ремню.
Так, пора.
Я выбегаю из туалета и бегу к охраннику:
— Быстрее! Там женщине в туалете плохо! Быстрее! — кричу ему и тяну за руку. — Да, не стесняйтесь! Там нет никого. Только она. У стены там.
Любезно открываю ему дверь и слегка толкаю в спину.
Блин! Что же я наделала?!
Это единственная мысль в моей голове, когда я вижу, как к туалету бегут еще двое охранников.
— Так, и чего Серый сказал-то? — доносится до меня их разговор.
— Да извращенец какой-то в бабский туалет проник! Как смог?! Сейчас всем пизды дадут! Не видать нам премии квартальной! Сейчас я его лично, суку…
Дальше следует поток предполагаемых действий в отношении Давида.
Это же его приняли за извращенца.
Блин. И жалко его. Но потом я вспоминаю, как он обманывал меня.
Поэтому пусть. Но ведь и правда извращенец? Он зашел в женский туалет! В суде!
Пусть голову включает хоть иногда.
Но встречаться с ним взглядом мне больше не охота, поэтому я быстро бегу по коридору.
— Ты чего? — ловит меня Максим. — Случилось чего?
— Живот скрутило, — обхватываю себя руками и наклоняюсь. — Тошнит. Я не досижу до конца, Максим. Точно нет.
— Ладно, поехали. Ты уже все равно показания дала.
Максим отвозит меня домой, а сам уезжает обратно в суд.
Иду на кухню. Там Вика, моя старшая сестра.
— Ну, как все прошло? — спрашивает она.
— Нормально. Быстро. Видишь, уже дома.
— А я вот сижу все и думаю, — мечтательно произносит Вика. — Ну, здорово же, что все так сложилось! — я не разделяю ее восторга, но терпеливо выслушиваю. — И Ратмира этого схватили, и денежки, считай, у нас в кармане. Ведь Давид сам развелся с тобой. Сам нарушил условия договора. Вот, пусть-ка теперь отстегивает нам неустойку.
Вика довольно потирает руки.
— Нет, Вика, — охлаждаю ее запал. — Эти деньги мы не возьмем. Пусть подавится. Или купит на них себе новую жену.
— Ты чего? Ревнуешь, что ли? — усмехается сестра. — Неужто и правда влюбилась? Ха! Тогда, сестренка, надо было крепче за яйца его держать и не отпускать. Такие мужики на дороге не валяются и отбиваются легко.
— Ну и нафиг он нужен такой? Пусть катится.
Сестра лишь хмыкает.
Вечером к нам заходит Макс.
— Когда мы возвращаемся в Питер? — спрашиваю я.
— Я хотел поговорить с тобой. Наедине, — серьезно произносит он и это настораживает. А вдруг он знает про извращенца в женском туалете? А вдруг извращенец ищет меня? Пора. Срочно пора уезжать. Почему-то на этот раз мне кажется, что Давид сильно разозлился. — Сядь.
Сажусь напротив Максима.
— Понимаешь, Василиса, все не так просто с твоим отцом.
Это пугает меня.
— Помнишь, я говорил, что он схему придумал с этими квартирами? — спрашивает у меня Максим.
Что-то было, да. Киваю.
— Твой отец гениальный мужик был. Он, похоже, предполагал, что квартиры-то ненадежны. Отнять могут или ещё что. В общем, он там так все оформил при продаже квартир отцу Давида, что юридически ты оказываешься совладелицей того самого торгового центра, ради строительства которого и покупали те квартиры.
— Подожди, — мотаю головой. — Ничего не понимаю. Какого торгового центра? О чем ты? Квартиры же изъяли. Ты сам говорил. Они отошли в доход государства, как полученные незаконным путем.
— Да, так и есть, — кивает Максим. — Но доля твоя в бизнесе осталась.
— В каком бизнесе? — я все еще ничего не понимаю. Бизнес какой-то.
— В бизнесе отца твоего бывшего мужа. Давида.
Я стою и просто хлопаю глазами. Мне ведь сейчас это снится?
— Это так, Василиса, — предупреждает мои вопросы Максим. — Это стало известно недавно. После того, как разобрались с документами у нотариуса.
— Чушь какая, — я встаю и наливаю себе воды. Выпиваю залпом целый стакан. — Это какая-то ошибка…
— Если бы, — усмехается Максим. — Поверь, многие бы хотели, чтобы это было ошибкой.