Изгиб грани
![Изгиб грани](/uploads/covers/2023-09-23/izgib-grani-201.jpg-205x.webp)
- Автор: Олег Артюхов
- Жанр: Альтернативная история / Попаданцы / Самиздат, сетевая литература
- Дата выхода: 2023
Читать книгу "Изгиб грани"
Глава 12
Солнце склонилось к вечеру, когда мы покинули место боя и разместились на более-менее ровной площадке вблизи скальной стенки. До крайности утомленные и подавленные потерями воины нуждались в отдыхе. И опять время спасло нас, уронив на землю покрывало ночи и закончив этот мучительный день.
Ребята еле стояли на ногах, и я сломал голову, не зная, кого поставить в караул. Слава богу, выручил вызвавшийся подежурить Лихур. Попросив его растолкать меня ночью, я рухнул спать прямо на землю, завернувшись в грязный плащ.
Как выяснилось, Лихур и не собирался меня будить, но я проснулся сам. Часы показывали три ночи. Я тихонько отругал Лихура, а он пожал плечами, поправил накидку и исчез в темноте.
Я подсел к угасающему костру, который едва теплился. По уголькам пробегали редкие язычки пламени, иногда под дуновением ветерка срывающиеся в искры. Я подбросил веток, раздул огонь и стал наблюдать, как всполохи света наперегонки с тенями перебегают по фигурам спящих воинов, по камням и кустарникам. Что-то послышалось. Заворочался и застонал Акти. Я подошёл к нему и взял за руку, он сжал её и успокоился. Его явно трепала лихорадка. Я осторожно освободил руку, накрыл Акти своим плащом и решил не тревожить до утра.
Туманное утро принесло всем не только боль ран, но и не менее мучительные воспоминания о погибших. С мрачным видом мужики вяло занимались какими-то делами и почти не разговаривали.
Пока на костре жарилась добытая Лихуром дичь, я обработал раны своих спутников и пленных. Слабый и бледный Акти кряхтел и стонал, но уже пытался передвигаться самостоятельно, бережно придерживая повреждённую руку. Я смотрел на этого беспомощного гиганта и надеялся, что его могучее здоровье и лекарства обязательно ему помогут.
В ожидании завтрака мы завалили остатки погребальных костров камнями, сложив их в виде пирамидок. Перекусив жареной козлятиной, все принялись приводить себя в порядок и ремонтировать изорванную одежду. И только Лихур беззаботно улёгся спать, накрывшись испятнанной кровью леопардовой накидкой.
Приглядевшись к сидящим неподалёку пленным, я увидел, что их руки и ноги свободны. На мой молчаливый вопрос Син коротко бросил:
– Они поклялись.
Возможно, для него это был достаточный аргумент. Хорошо пусть будет так. Я кивнул и предложил допросить «серых», пока их сведения ещё имели значение. Син нехотя согласился и созвал всю команду. Посадив пленных на землю, я разместил ребят вокруг, а сам подошёл к «золотогрудому» и вонзил в него холодный взгляд:
– Назови своё имя.
– Шудурмут.
– Кто твой Повелитель?
Он опустил голову, взглянул исподлобья и замолчал. Я повернулся к другому пленному с тем же вопросом, а он, сволочь, плюнул мне в лицо, грязно выругался и заржал, запрокинув голову.
Ах ты, гад! Моё сердце зашлось от гнева, и ярость затмила глаза. Мысленно я разразился пятиэтажным русским матом, но вида не подал. Стерев рукавом с лица плевок, я достал шведский нож, раскрыл, и, поворачиваясь к третьему пленнику, коротко и резко провёл справа налево поперёк горла второго негодяя.
Меня трясло от собственной леденящей душу жестокости, но я точно знал, что в пиковой ситуации щепетильность абсолютно неуместна. Поймите меня правильно. Я не убийца. Но перед боем они превосходили нас численно и не скрывали, что всем уготовили смерть, а мне сверх того плен и допросы с пристрастием. С великим трудом мы чудом победили, положив на поле боя двадцать мёртвых тел. Я ещё не избавился от запаха погребальных костров, рассеявших в пространстве тела двух моих друзей и восемнадцать врагов, которых изначально врагами не считал. Нам угрожала смертельная опасность, и я не имел права терять остальных.
Обливаясь кровью и алой пеной, с булькающим хрипом второй завалился на бок. Я вытер о его рукав нож, посмотрел в глаза третьего «серого» и ровным голосом повторил свой вопрос:
– Назови имя твоего…
– Э… Эн… лиль… Повелитель Энлиль!! – заорал он, не дождавшись конца вопроса, и его выпученные глаза забегали между мной и его затихающим соратником.
Лица моих спутников закаменели. Я понимал, что делал, и почти физически ощущал волну отрицания, исходящую от потрясённых друзей. Простите меня, если сможете. Но ещё не остыл пепел Гирсу и Нигира, и не моя вина, что на том костре сгорел не я сам или кто-то из оставшихся в живых. Неужели не понятно, что наши жизни сейчас повисли на волоске?
– Хорошо. Сказал правду и молодец. И не стоит так волноваться. Так, так. Кое-что прояснилось. Скажи-ка, Шудур, как и зачем вы сюда заявились из далёкого Двуречья? Когда назад собирались вернуться?
– На шемах Повелителя Энлиля. Нас высадили двенадцать дней назад и велели задержать опасного чужеземца по имени АН-ТИ-АН-НИ и доставить в Ниппур любой ценой.
– Тоесть вы должны были арестовать меня и моих спутников?
– Нет. Только тебя. Пленных приказано не брать.
– Ясно, что ничего не ясно. Какова общая численность десанта?
Шудур опять замолчал и насупился, изо всех сил пытаясь сохранить достоинство. Видимо придётся ещё раз его припугнуть, чтобы окончательно сломить волю, иначе предстоит долгое и бессмысленное топтание на месте.
Я медленно обошёл скрючившееся на земле тело, и демонстративно несколько раз закрыл и раскрыл нож перед глазами упрямца. Шудур как зачарованный уставился на смертоносное лезвие, крупно задрожал, затем крепко зажмурился, не скрывая животного страха, исказившего его лицо. Я кивнул головой и убрал нож в карман. Мои спутники, сидящие вокруг, облегчённо выдохнули, а третий пленный громко затараторил даже без вопроса:
– Здесь полный отряд стражи, четыре семёрки, но одну семёрку высадили где-то дальше на заход солнца, видимо у Большой реки и с ними двое ск…, – он подавился словом, испуганно посмотрел на «золотогрудого» и тут же сменил тему: – Наш лагерь в тысяче шагах отсюда у склона в гроте. Там припасы и разное снаряжение.
– Хорошо. Спасибо, ты облегчил жизнь и себе, и нам. Шудур, кто остался вместе с последней семёркой? Кто эти двое?
«Золотогрудый» смертельно побледнел, глаза его остекленели, и он шумно задышал, порываясь вскочить. Син и Рахур с трудом усадили его на землю, крепко удерживая за руки. Пленного начальника «серых» буквально переполняли страх и отчаяние, и я подумал, что он скорее откусит себе язык, чем ответит на мой вопрос.
Понимая, что дальше сжимать пружину бесполезно, я разрядил ситуацию, заведя с Сагни ничего не значащий разговор. Когда минут через пять «золотогрудый» вышел из состояния аффекта и начал соображать, я обернулся к нему и напрямую спросил:
– С последней семёркой отправилась пара «скорпионов» высокого ранга. Так?
– Д-да.
– Именно они руководили операцией. Так?
– Т-так.
– И вопреки правилам вас им подчинил лично Повелитель Энлиль, приказав слушаться беспрекословно. Правильно?
– Пра-виль-но.
– Они нас ждут на переправе у реки?
– Угу.
– Ну, видишь, как просто говорить правду, а ты только что хотел натворить глупостей. Кстати, Шудур, когда за вами должны прилететь шемы?
Поняв, что ему даётся последний шанс, Шудур угрюмо ответил:
– Через 16 дней на берегу Большой реки.
На этом я закончил допрос, и, понимая, что в тот момент пленные более всего желали убраться от меня как можно подальше, сказал:
– Ладно. Заберите тело и ступайте отсюда, только далеко не уходите, а то Лихур будет нервничать. Понятно?
– Да, – они быстро вскочили, подняли за руки и за ноги труп и потащили его к каменной осыпи.
Я смотрел им вслед, и глухая жалость сжала горло. По правде, они не виноваты в случившейся трагедии, их хладнокровно использовали в непонятной политической игре, и подставили под наши копья. Жаль. Вспомнив подходящий к случаю каламбур из своего времени, я невольно скривил губы: «добро всегда побеждает зло, ставит его на колени и зверски убивает». М-да. Я обернулся к своим друзьям и спросил напрямую:
– Что будем делать, братцы? Похоже, впереди нас ждёт засада.
– Менять маршрут нет смысла и возможности. Надо двигаться дальше, – мрачно ответил Син, глядя на лужу крови. Я догадался, что он ненавидел кровопролитие и старательно это скрывал.
– Отобьёмся, – прогудел Акти.
– Нужно подумать, – произнёс Рахур.
– Я предлагаю ещё попытать этого «золотогрудого» урода, – зло проговорил Сагни.
– Похоже, есть р-работа для меня. Схожу в р-разведку, – прорычал Лихур.
Я оглядел своих верных спутников и подвёл итог:
– В этой более-менее понятной ситуации непонятно главное: как, находясь в далёком Двуречье, Энлиль узнал о моём появлении в резиденции Повелителя Энки? И какое ему дело до меня, если он обо мне ничего и знать не знает? Ответов пока нет, но, безусловно, со временем всё разъяснится. А сейчас мы приберемся здесь, а потом отправимся в лагерь чужаков и поищем что-нибудь полезное. Если место подходящее, то устроим там короткую передышку. И не возражайте! Неужели не понятно, что в нынешних условиях даже небольшая рана может привести к заражению крови и гибели даже таких сильных воинов, как вы. Лихур, пока мы тут будем разбираться, сходи в поиск. Постарайся проникнуть по коридору как можно дальше, но не увлекайся. Ищи любые следы «серых».
Превозмогая боль и усталость, мы вернулись на место сражения, забросали землёй пятна крови, а затем несколько раз протащили по полянке сломанное дерево и накрыли погребальные пирамидки ветками. Перед уходом мы окружили могилу и, подняв копья, трижды крикнули боевой клич: «Ар-ра-а!». Трижды эхо отразилось от склона горы и улетело на простор. Простите нас ребята за всё, что мы сделали и, что не сделали. Прощайте.
Стоянка «серых» находилась примерно в километре от места боя. Среди выщербленного эрозией туфа в глубине террасной площадки темнел замаскированный ветками вход в пещеру. Над ней нависал скальный карниз, а чуть дальше пенился бегущий откуда-то с заснеженной вершины ручей. Короче говоря, мы увидели почти идеальное укрытие. Син с Рахуром сразу же полезли внутрь грота уточнить что, к чему. Сагни взялся развести костёр, а Акти, кряхтя, устроился в тенёчке.
Пока все занимались своими делами, я принялся разбирать свою укладку. Глядя на остатки лекарств, я вздохнул, понимая, что их хватит в обрез и то, если нам удастся избежать ещё одного серьёзного боя. Мечтать, конечно, не вредно. Однако семеро головорезов во главе с двумя «скорпионами» наверняка думают иначе. Значит, придётся стать хитрее врагов, чтобы победить их до боя, или без боя. Но до этого надо ещё постараться дожить. Сейчас мои спутники не смогут ни сражаться, ни идти дальше, и, если их не подлатать, дальнейшее путешествие теряет всякий смысл.
Мои размышления прервали громкие возгласы, донёсшиеся из глубины пещеры. Я немедленно бросился на шум. За мной прибежал Сагни. А следом приковылял и Акти.
Привыкнув к полумраку, я увидел отлично организованное пространство. Слева двумя рядами размещались четырнадцать спальных мест, в центре возвышался выложенный из плоских камней стол, а в углублении справа находилась кладовка. Син и Рахур стояли посредине пещеры около вороха разных вещей и вертели в руках два странных устройства.