Виктор Шендерович

Виктор Шендерович
100
10
(2 голоса)
2 0

Аннотация: Авторский сборник замечательного российского сатирика Шендеровича Виктора Анатольевича.

Книга добавлена:
20-01-2024, 00:28
0
156
235
Виктор Шендерович
Содержание

Читать книгу "Виктор Шендерович"




Театр — вот его тайна

Виктор Шендерович - мой друг, и дружба с такой знаменитостью мне льстит. Иной раз меня даже просят достать билет на его концерт, что само по себе изрядная редкость, так как институт авторского вечера, даже в любимой народом области смеха, вышел из моды. Все труднее в одиночку удержать зал, сосредоточить его внимание на одном голосе и одной фигуре. При том градусе, которого достигла жизнь в стране, камерность практически не выживает.

Секрет колоссального сегодняшнего успеха Виктора Шендеровича — в его, я бы сказала, поразительном чувстве повседневности. Тверже всех из цеха, носящего условное название «сатира и юмор», он держит «руку на пульсе».

Шендерович с одинаковым блеском может сработать «адресный» фельетон по конкретному поводу и фельетонное эссе — иронический комментарий к явлению или событию. Как профессионал, я без натяжек могу отрекомендовать Витю в качестве классного журналиста, чье перо органично вписывается в актуальный ритм и жесткий регламент газеты. Эти тексты мы еженедельно читаем в «Московских новостях».

Впрочем, и ирония как метод, и иронический комментарий как жанр в современной литературе и журналистике плодоносят довольно щедро. Личная заслуга Шендеровича в том, что он едва ли не единственный, кто хранит традиции русского фельетона: жанра, умершего вместе с последним и блистательным его представителем в советской литературе — Леонидом Лиходеевым. Он понимает ценность детали и умеет с ней работать, умеет находить и строить образ, ориентируется в общественно-культурном и историческом контексте. В результате злободневное газетное чтение оказывается гуманитарно заряженным и вызывает радостный отклик отточенностью формы. Фельетон и эссе — те жанры, которые больше всего тяготеют к литературе, но политическая ангажированность, как правило, удерживает их в пограничной зоне. Шендерович — единственный после Лиходеева мастер, чья фельетонная культура позволяет проводить эти тексты по разряду прозы.

Потому что по преимуществу Виктор Шендерович, конечно, все-таки писатель. Тем удивительнее его журналистская, я бы сказала, ловкость: тридцатилетний газетный опыт приучил меня к феноменальной писательской беспомощности в газетных жанрах. Журналисту нередко доступны прорывы в прозу. Писатель совладать с журналистикой может в исключительных случаях. Случай Шендеровича — тот самый.

Вообще этот «случай» вполне заслуживает квалификации «феномен» и достоин изучения. Но Шендеровича числят по ведомству «сатира и юмор» — как бы второсортному, шутовскому, «серьезной» критики как бы не очень достойному. Между тем, если уж говорить о русской литературе и ее традициях, Шендерович копает весьма богатую и почтенную жилу. Ее разрабатывал Дорошевич, не миновали сатириконцы, там отметились Булгаков, Олеша, не говоря уж о Зощенко.

А феномен в том, что среди, как принято говорить, «литературных учителей» у Виктора Шендеровича, наряду с Дорошевичем и, допустим, Аверченко, нетрудно обнаружить идеолога совершенно иной традиции: Хармса. Парадоксальные «пьесы» Шендеровича широко известны, он уже лет семь читает их с эстрады. Гораздо меньше он известен как серьезный прозаик. И тут мы находим следы уже совсем иной школы (кажется, третьей?). Это школа сдержанного бытописательства, без особых сюжетных и стилистических затей. Руслан Киреев, Георгий Семенов...

На стыке этих разных школ — его лучший, как принято говорить, «юмористический» рассказ «Масон Циперович» и лучшая «серьезная» новелла «Крыса» — жесткий эпизод из чудовищного армейского быта.

То, что один и тот же автор пишет — «В деревне Гадюкино — дожди» и, допустим, цикл абсурдистских миниатюр «Черные ходики», — достойно, по меньшей мере, внимания литературной критики.

Как любой пишущий мальчик, начинал Витя Шендерович, конечно, со стихов. Но своеобразие его творческой психологии проявилось в том, что рано забродившая фельетонная закваска не вытеснила в нем лирического мотива. Здоровый цинизм, который требуется фельетонисту, как шило — сапожнику, трогательным образом сочетается в Вите с самым отъявленным романтизмом, словно ему не сорок с небольшим, а все шестьдесят восемь и молодость прошла под гитару на кухне и в палатке у культового костра.

Я думаю, что в правильном сочетании двух этих качеств и рождается третье, то, что принято называть гражданственностью.

Понятие гражданственности заношено до лохмотьев, и смысл его как бы стерт. В постмодернистском мире говорить о гражданственности как-то даже глуповато или, по меньшей мере, пошло. Но беспафосность литературы (не формальная, на уровне текста, а внутренняя, на уровне задачи) в конечном итоге приводит к отрицательному пафосу, к параличу чувства, к космическому холоду самоценности и самоцельности стиля, к гуманитарной смерти. То есть к тому распаду собственно литературы, одареннейшим идеологом которого стал Владимир Сорокин.

Так сложилась профессиональная судьба, что Виктор Шендерович занял в российском литературном процессе маргинальное место. Его острое «чувство повседневности» нуждалось в реализации. И реализовать его можно было только при помощи масс-медиа. Повседневную жизнь с ее проблемами, парадоксами и характерами способно в полной мере охватить и выразить сегодня только телевидение. И как всякий, сделавший телевидение своей профессией, Шендерович стал его заложником. Та же судьба постигла Льва Новоженова, отчасти — Виктора Славкина, в некоторой степени — Игоря Иртеньева. Читающая публика знает Шендеровича-телезвезду. Оно, может, и неплохо. Но специфика телевидения — это также и специфическая шкала ценностей. Из всего творческого спектра писателя Шендеровича телевидением востребуется и оценено только его остроумие.

Остроумие, способность считывать и выражать комизм ситуации — эффективный инструмент в писательском ремесле и, бесспорно, одно из обаятельнейших свойств писательской личности. Именно — инструмент и свойство. Но никак не тайна мастерства, которая, собственно, и определяет место писателя, в том числе и фельетониста, в литературном контексте.

Телевидение определило Виктору Шендеровичу место политического пересмешника, «частушечника» от литературы. Публицистический характер обеих программ — «Кукол» и «Итого» (они и во всяких там рейтингах и конкурсах проходят по этой номинации, в отличие от «литературно-художественных» передач), — публицистика выходит на первый план и мешает разглядеть артистизм исполнения. Тот же казус едва не случился с превосходным артистом Сергеем Безруковым, которого долгое время знали и воспринимали только как голос «Кукол». Но чаша театра в случае с Безруковым все же перетянула, и актерский сюжет вошел в нормальное русло. Сюжет Шендеровича оказался драматичнее. Маска пересмешника фактически приросла к его творческому лицу. Телезритель перестал быть читателем. Ему нет дела до культурных аллюзий, на которых строятся «Куклы», у него нет времени вчитываться (вслушиваться) в словесную игру, которую ведет автор «Итого». Никому не требуется театр, который выстраивает фельетонист Шендерович в своих публицистических декорациях.

Между тем ТЕАТР — вот то главное качество, та «тайна», что определяет и одушевляет мастерство этого мастера.

Сказались, видимо, годы в «Табакерке» по ту сторону кулис и многолетний театральный энтузиазм — по эту. Виктор Шендерович — человек театральной породы и природы. Он любит сценическую форму, прекрасно чувствует диалог. Прямая речь, которой он насыщает свою прозу, была бы, что называется, по кайфу любому артисту. Удовольствие от его передач — это удовольствие от театра, от драматургической завершенности, в которую он умудряется облечь 15-минутную программу. Внутренней, природной театральностью питается и его жанровая гиб-кость. В прошлом преподаватель сценического движения (в ГИТИСе) и один из самых неустанных и затейливых танцоров, каких можно встретить в быту, Витя как бы переносит эту физическую грацию в зону сочинительства. Я не знаю никого, кто бы так легко и свободно перемещался из политической сатиры в ироническую притчу, с эстрадной площадки — на почву традиционной прозы и даже в поэзию.

Отчасти актерская же легковесность и непоседливость натуры не дают, к сожалению, Виктору Шендеровичу сосредоточиться на крупной форме — написать пьесу или роман-фельетон. А до чего было бы любопытно...

Артистизм и открытость реакций, свойства этой породы, окрашивают и его литературу, и его поведение. Как актер всегда играет, так Шендерович всегда пишет. Причем надо еще видеть, как он это делает. Мы бывали вместе в нескольких поездках, где с истинным наслаждением я могла наблюдать, как Витя строчит в своем блокнотике, пристроив его на коленке: в купе, в тамбуре, в аэропорту, пока отложен рейс, в кресле самолета... Он пишет, то улыбаясь, то посмеиваясь, а то вдруг принимаясь громко хохотать. Господи, всякий раз думаю я, какой счастливый человек наш Шендер!

Алла БОССАРТ [1]

Проза


Скачать книгу "Виктор Шендерович" - Виктор Шендерович бесплатно


100
10
Оцени книгу:
2 0
Комментарии
Минимальная длина комментария - 7 знаков.
24книги » Юмористическая проза » Виктор Шендерович
Внимание