Мимолётный Роман
![Мимолётный Роман](/uploads/covers/2024-01-06/mimolyotnyj-roman-201.jpg-205x.webp)
- Автор: Настя Джордеген
- Жанр: Современные любовные романы
Читать книгу "Мимолётный Роман"
Глава 21
Мы с Дениской работаем быстро, слаженно. Я достаю вещи из шкафа, складываю аккуратно, хотя понимаю: глобальной глажки не избежать. От части вещей решаю избавиться. Зачем до сих пор платье для беременных храню, если второй ребёнок в мои планы не входит? Или джинсы любимые, затёртые до дыр. Уже год лежат в шкафу, всё выкинуть было жалко, так почему бы не сделать это сейчас?
А может, это у меня так мало вещей? Поэтому мы управляемся быстро. Раньше, чем Рома успевает вернуться.
– Это какой-то капец, ни в одном ближайшем магазине не было коробок. Будто все резко решили переезжать и скупили все коробки.
Улыбаюсь. Рома так забавно ворчит, морщится. Выглядит безумно милым, хочется его затискать всего. Как большого плюшевого медведя, о котором мечтают многие девочки. Оглядываюсь на комнату сына, Дениски не видно, поэтому решаюсь быстро клюнуть Рому в щёку.
– Колючий.
Ласково провожу рукой, чувствую, как короткие волоски щекочут подушечки пальцев. Рома ловит мою руку и целует в раскрытую ладонь. Сотни мурашек тут же пускаются в пляс. Разум уплывает куда-то вдаль, оставляя за главного сердце, а оно предательски тянется к Роме.
– Прости, не успел побриться. – отпускает мою руку, – пойдём собираться?
Приподнимает вторую руку и показывает стопку сложенных коробок, стянутых жёсткой пластиковой лентой.
– Зачем так много? Сюда не только наши вещи влезут, но и хозяйскую мебель можно будет разобрать и вывезти.
– Ну нет, зачем нам продавленный диван, пусть сама на нём спит.
Тихо хмыкаю, а потом и вовсе громко смеюсь, правда, откуда-то в моём смехе берутся истерические нотки. Рома улыбается по-мальчишески шкодливо. Смех резко обрывается. Зависаю на его улыбку. Охренеть, какая красивуя. Настолько, что сердце пропускает удар, и взгляд не могу отвести, пока улыбка не пропадает. Только тогда поднимаю взгляд и смотрю в серые глаза. Кто сказал такую глупость, что серые глаза не бывают выразительными? В этих столько эмоций, особенно желания. Ничего ярче никогда в своей жизни не видела, словно звёзды на чистом ночном небе. В них можно вглядываться вечно. Они, так же как и звёзды, дарят покой и надежду.
Делаю шаг к Роме. Хочу быть ближе к нему. Хочу, чтобы заключил в объятия. В них нереально волшебно. Все проблемы сразу становятся глупыми и незначительными. Появляется уверенность, что справлюсь абсолютно со всем. А если с чем-то не справлюсь, то Рома поможет.
– Ма, вы где застряли?
Отрезвляет голос сына, резко оборачиваюсь. Трясу головой. Какие глупости. Не бывает такого в жизни, хотя Рома, конечно же, сильно мне помогает. Но даже он не сможет избавить меня от всех проблем. Зачем ему это?
– Идёмте, – говорит Рома, легонько подталкивая меня в сторону комнаты.
Втроём управляемся ещё быстрее. Дениска, так же, как и я, решает избавится от ненужных вещей. Рома с важным видом всё укладывает в коробки. И если я скидывала всё подряд, то он сортирует. Зимние вещи в одну коробку, книги в другую. Ещё и болтать успевает. Вечер проходит весело. Не помню, когда последний раз столько смеялась, да и Дениску тоже давно таким не видела.
Несколько часов слаженной работы, и я смотрю на коробки, что аккуратно стоят одна на другой, заполняя собой всё пространство в коридоре. Когда мы только с Дениской успели столько барахла накопить? Переезжали ведь с парой чемоданов. А это ещё сколько всего лишнего выкинули.
– Хорошо, что коробок с запасом взял, – признаю правоту Ромы.
– Их завтра утром заберём, машину уже вызвал. Сейчас берём сумки с одеждой и едем домой отдыхать.
Мы с Дениской забираем чемодан и сумку, а Рома подхватывает террариум с ящером. Жаль, его не получилось случайно забыть. Хотя нет. Хозяйке я даже этого гада бы на память не оставила.
Уже на улице сын с грустью смотрит на дом.
– Мне тут нравилось, ма.
– Мне тоже.
Это был наш маленький, не идеальный, но счастливый мирок, где мы были счастливы. До сегодняшнего дня. Когда один придурок с моей матерью решил поиграть в борцов за справедливость и всё вылилось в какое-то…
Ай, ладно, чего теперь об этом думать, только настроение себе портить.
В полной тишине доезжаем до уже знакомого подземного паркинга. Рома глушит машину и окидывает нас с сыном внимательным взглядом.
– От ваших лиц у меня ощущение, что я вас на убой привёз, – грустно усмехается, но тут же оптимистичнее добавляет, – пойдёмте. Скоро пиццу привезут.
А Рома знает, чем нас взбодрить, потому что мы с Денисом одновременно отмираем и спешим выбраться из машины.
– А с чем пицца?
– С зеленью. Ну там петрушка, укроп, сельдерей. Говорят, после шести есть вредно, вот я и забочусь о вас.
Он же шутит, да? Какая, к чёрту, пицца с сельдереем. Мне после такого дня надо мяса, и побольше. И пофиг, если это вредно, или разжирею. Но мясо я сегодня поем.
– Ма, он же шутит? – вторит моим мыслям сын, – кто портит пиццу овощами? Даже Бамблби предпочитает червяков салату.
– Да блин, Дениска!
– Это естественный процесс. – с серьёзным видом говорит Рома, Дениска подхватывает:
– Хочешь посмотреть, как мы его сегодня будем кормить?
И вот, пока я закипаю, эти двое невыносимых мужчин довольных собою переглядываются, смакуют подробности кормления ящера, пока лифт медленно поднимает нас наверх. Когда я не выдерживаю и кривлюсь, они смеются.
Спелись.
– Офигеть, мы тут жить будем?
Сын вертит головой, с интересом всё разглядывая. Даже разуться забыл.
– Дениска, обувь! Полы сам мыть будешь!
Сын кивает, но возвращаться не спешит. На самом деле я его понимаю, после всех тех тесных квартир, где мы жили, эта поражает своим простором, да и дизайном, чего уж скрывать. Хотя для статуса Ромы она, наверное, скромная.
– Пойдём, покажу твою комнату.
– А мама? Мама будет жить в твоей комнате?
– Нет, с чего ты взял? – с растерянностью смотрю на сына, а тот пожимает плечами, но отвечать не спешит.
– Ну-у, между вами явно же что-то есть. Я не маленький и не дурак.
Теряюсь ещё больше от ответа сына. Никогда не думала, что в моей жизни настанет время для таких разговоров.
– И как ты к этому относишься? – в голосе и взгляде Ромы напряжение, словно ему ответ не менее важен, чем мне.
Сын не спешит отвечать, пожимает плечами.
Для меня становиться выше моих сил ждать ответ. Поэтому решаю трусливо сбежать.
– Мы шли в комнату.
– Нет. Подожди, – резко обрывает Рома. Останавливает меня одним взмахом руки и, пока я закипаю, готовая накинуться на него за этот жест, он снова обращается к моему сыну.
– Так как ты относишься к тому, что между мной и твоей мамой отношения?
– Я тебе говорил
Рома кивает:
– Но всё равно согласился приехать ко мне.
Денис безразлично пожимает плечами, отводит взгляд в сторону, но всё-таки отвечает.
– Мама стала чаще улыбаться. – и с такой теплотой смотрит на меня. – Может, ты и не так плох.
– Но ты не хочешь, чтобы она жила в моей комнате?
– Этого я не хочу, – встреваю в странный разговор.
Теперь Рома сверлит внимательным взглядом меня. Считывает весь мой страх, уязвимость перед ним. Но мой ответ принимает, едва заметно кивая.
– Пойдёмте, покажу ваши комнаты.
Его голос пропитан сожалением, но как он не понимает, что я не готова каждое утро просыпаться с ним. Мне страшно. Потому что это будет означать, что всё гораздо серьёзнее в наших отношениях. Я и так впускаю его в свою жизнь сильнее, чем планировала. И этот переезд ошибка. Понимаю, но всё равно не смогла отказаться. Поддалась. Так иногда хочется побыть слабой, а с Ромой это так легко.
Мы доходим до первой комнаты. Рома ставит террариум на стол.
– Располагайся.
Сын осматривается. Выглядывает в окно. А когда Рома уже почти выходит из комнаты отвечает:
– Я не против. Не против, чтобы мама жила с тобой. Только со свадьбой не спешите.
Не верю собственным ушам. Стою, словно громом поражённая, не в силах пошевелиться, в то время как Рома смеётся, а Дениска смущённо улыбается.
Вот и поговорили, кто в какой комнате жить будет.
– Дениска, ты о чём? – возмущаюсь. Какая одна комната? Какая свадьба?
Сын жмёт плечами.
– Ма, я уже успел смириться, что вы встречаетесь. Так что не парься, всё нормально.
Подмигивает Роме и закрывает дверь в свою комнату. Я же стою, то открывая, то закрывая рот, а буквы отказываются формироваться в слова.
– Ну что? Свободная комната или моя?
Рома заключает меня в объятия, в которых я постепенно начинаю приходить в себя. Может, сын и смирился, что мы встречаемся, а я нет. Мне нужно время, и снова с кем-то жить я не готова.
– Отдельная комната, – выношу вердикт.
Так я смогу думать, что мы просто соседи, иногда бегающие на свидания. Боже, да какие могут быть свидания? Дениска же сразу всё поймёт, хотя он и так всё знает. От всего происходящего голова идёт кругом, а в глазах начинает темнеть.
– Тш-ш-ш, малышка, посмотри на меня, – слышу обеспокоенный голос, как сквозь воду, под которую ухожу, – ну же, Златовласка, подними глазки.
Рома не выдерживает и сам указательным пальцем приподнимает голову, заглядывая мне в глаза.
– Выбрось всё из головы, – говорит строго. – Денис не против, чтобы ты была счастлива, не забывай об этом, ладно? А пока мы никуда не будем спешить, ты будешь жить в своей комнате, а я в своей.
Слова Ромы доходят до меня медленно. Успокаивают не сразу, но всё же спустя время напряжение меня отпускает, и я согласно киваю.
– Вот и умничка. Пошли, Златовласка.
Рома выделяет мне соседнюю с сыном комнату. Быстро целует в уголок губ и уходит в свою комнату, а я обессиленно падаю на кровать и пытаюсь понять, что со мной происходит. Сегодня выдался слишком насыщенный день. В итоге не замечаю, как проваливаюсь в крепкий сон. Не слышу звонка курьера, который принёс пиццу. Не чувствую, как заботливые руки снимаю с меня одежду и удобно устраивают в кровати.
Сплю непозволительно долго, но просыпаюсь с такой лёгкостью во всём теле, и главное, в мыслях. Пока не замечаю чужую обстановку и воспоминания о прошедшем дне не накрывают лавиной.
– Ма, ты проснулась?
Сын осторожно заглядывает ко мне, спасая от ненужных переживаний. Вчера хватило.
– Ну ты и спать, – улыбается он, забираясь на кровать рядом.
– Сколько времени?
Оглядываюсь в поисках телефона, но нигде не вижу его.
– Уже обед, ма. И я есть хочу, а у Ромы ничего нет.
– Обед? Но как? Мне на работу!
Подрываюсь, придерживая одеяло на себе.
– Рома сказал, у тебя выходные до конца недели. Говорит, спокойно обжиться надо. Ма, закажем обед или ты готовить будешь?
– Закажем, – падаю обратно на кровать.
– Отлично! Давно лапши не ели.
Киваю.
– На Рому тоже закажи.
– Ага. С сельдереем.
Сначала не понимаю, а потом вспоминаю вчерашние шутки мужчины про пиццу и улыбаюсь. От мысли о пицце живот начинает громко урчать.
– Ром, а пицца осталась?
– Ма, кто долго спит…
– Поняла, – говорю с сожалением.
– Но я как самый лучший сын, оставил тебе пару кусочков. Так что вставай.
И уходит, не отрывая взгляда от телефона.