Мещанка
![Мещанка](/uploads/covers/2023-09-22/meshhanka-201.jpg-205x.webp)
- Автор: Николай Серов
- Жанр: Советская проза
- Дата выхода: 1959
Читать книгу "Мещанка"
Солнечный луч, не спеша подвигаясь по комнате, дошел до кровати и лег на лицо Павла Васильевича. Он сморщился, открыл глаза и улыбнулся. Было тихо, только с кухни доносилось приглушенное шлепанье тапок — мать не спала. Павел Васильевич осторожно сел, но кровать предательски пискнула, и он, снова улыбнувшись, махнул рукой и, уже не остерегаясь, стал одеваться. Мать сейчас же вошла. Некоторое время они молча смотрели друг на друга: мать — укоризненно, Павел Васильевич — виновато. Потом мать спросила, глазами показав на столик:
— Опять?
Он ничего не ответил. Да и что было отвечать? Вчера она попросила:
— Ты уж, Пашенька, не бери бумаг-то. Поздно ведь, Хватит тебе. Ложись да и спи.
И он обещал. Но не утерпел — работал до полуночи.
— Вот и поверь тебе, — с ласковым упреком заметила мать. — А сегодня что не спится? И будильник договорились на семь завести. Я думаю — спит, а он — на́ тебе…
— Будильник сегодня вон какой, — кивнул Павел Васильевич на яркий солнечный свет.
— Вот ведь. Ничего памяти не стало… — сокрушенно проговорила мать, и на худощавом, морщинистом лице ее выразилась виноватость. — Вчера вечером думала завесить окно…
Павел Васильевич подошел к ней, посмотрел в карие, внешне строгие глаза, дождался, когда они улыбнутся ему, и поцеловал ее.
— А ведь мы по будильнику договорились вместе встать, — сказал он, засмеявшись.
— Вот еще! Да я за день-то и высплюсь, и нахожусь, и сделаю все, а тебе ведь оглянуться некогда. Ну да что теперь говорить, хоть сейчас-то отдыхай. Гляди, день-то какой будет!
Павел Васильевич распахнул окно. Ветерок взметнул занавески, сбросил со столика лист бумаги и, не найдя, чем бы побаловаться еще, полился спокойно — свежий, приятный.
Метрах в двухстах от дома, за свежими котлованами, за фундаментами и грудами кирпича, бетонных кубов и плит, досок и железа, раскинулись яркие, росные поля. Дальше виднелись деревни и лес. Оттуда доносились запахи встретившей лето земли, ликующие голоса жаворонков и лесных птиц. Но вот где-то прошла машина, потом еще и еще… Около котлованов появились люди. Послышался гул моторов, стук топоров, звон железа, и звуки труда сотен людей властно заглушили все кругом. По просторным улицам поселка, где асфальт еще не побурел под колесами машин и деревья не дотянулись до окон вторых этажей, двинулись рабочие. Гуще и гуще становился людской поток.
«Пошли…» — ласково подумал Павел Васильевич.
Если строители были в бурых, измазанных раствором и землей, выгоревших на солнце спецовках, то теперь шли люди в черных от масел и железа халатах и комбинезонах. Шла смена на завод. Начинался новый рабочий день.
Будильник вдруг затрещал.
«Забыли тебя, а ты делаешь, что тебе положено, — подумал Павел Васильевич. — Молодец. Верно, брат, пора работать!»
Он быстро прошел в ванную, умылся и позвал:
— Мама!
— Что, Пашенька?
— Сегодня, мама, такой день, что мне надо идти пораньше.
— Да уж знаю я. Что с тобой делать… Припасла я, иди…
В кухне ждал его готовый завтрак. «Понимает, все знает, — подумал он, с благодарностью глядя на мать. — Старушка моя милая».
Позавтракав, надел неизвестно и когда выутюженные рубашку и костюм, вышел в прихожую за ботинками. Мать была там. Она держала в руках его начищенные ботинки.
— Вот уж это зря, мама, — обиженно проговорил он, — я же тебе сказал, чтобы ты этого не делала, я сам сделаю.
— Сам, — улыбнулась она. — Да когда тебе? Ты ведь не дома уж, а на заводе. Обедать придешь?
Павел Васильевич каждый раз в таких случаях испытывал неловкость перед матерью. Ему не хотелось огорчать ее, а прийти было некогда, он чаще обедал в столовой. И сейчас он только молча посмотрел на нее, и она сейчас же спросила:
— А деньги, наверное, забыл?
Он пошарил в карманах. Денег, и верно, не было.
— Возьми, да смотри — ешь как следует, — сказала она и молча глядела, пока он надевал ботинки и, спеша, уходил из дому. И Павел Васильевич знал: смотрела в окно, пока он не скрылся за углом.