Очерки из жизни одинокого студента, или Довольно странный путеводитель по Милану и окрестностям
![Очерки из жизни одинокого студента, или Довольно странный путеводитель по Милану и окрестностям](/uploads/covers/2023-12-16/ocherki-iz-zhizni-odinokogo-studenta-ili-dovolno-strannyj-putevoditel-po-milanu-i-okrestnostyam-201.jpg-205x.webp)
- Автор: Филипп Кимонт
- Жанр: Путешествия и география / Биографии и Мемуары / Приключения
- Дата выхода: 2023
Читать книгу "Очерки из жизни одинокого студента, или Довольно странный путеводитель по Милану и окрестностям"
Про эффективность
Кому знакомо чувство тоски по родине, тот поймет, почему на каникулы я всегда стремился домой, в Россию. Период каникул был весьма подвижным. Зависел он от даты сдачи последнего экзамена сессии, которую можно было закрывать как быстро, так и растягивать на месяцы и даже годы (как говорится, любой каприз за ваши деньги). После тоталитарных правил родного Московского, такая демократичная политика итальянского университета меня, конечно, устраивала.
Моя хозяйка, однако, ничуть не разделяла моего восторга от этих завоеваний европейских революций, и оплату за комнату должно было производить ровно по месяцам. Все бы ничего, если бы я платил ей так же исправно, как менял свои планы по поездкам на родину и с родины. Но дело в том, что не платить за комнату во время своего отсутствия я считал делом чести. Как молодой иждивенец, я рассуждал, что самое главное в вечном вопросе отцов и детей, а точнее вопросе, как дети расходуют средства отцов — это эффективность. Красиво жить и не отказывать себе в маленьких радостях, таких как два — три капучино с круассанами утром — это эффективно. Съездить на одно из самых красивых озер Европы в предгорьях Альп за шесть евро и гулять там целый день (конечно, не без круассанов с капучино) — это тоже эффективно. Когда же я думал о плате за пусть и красивую, но совершенно пустующую комнату, передо мной во весь рост вставал отцовский капитал, каким бы он ни был, которой можно и должно было сохранить.
Из-за этого убеждения у меня с хозяйкой нередко возникало некоторого рода недопонимание. В ее жилах, как она сама мне однажды поведала, текла удивительная смесь из итальянской, немецкой, еврейской и даже славянской крови. Прожив с ней под одной крышей какое-то время, я рассудил, что немецкой было больше всего. Но вернемся к эффективности.