Проект Re: Второй том — Плененная скукой
![Проект Re: Второй том — Плененная скукой](/uploads/covers/2024-02-07/proekt-re-vtoroj-tom-8212-plenennaya-skukoj-201.jpg-205x.webp)
- Автор: Emory Faded
- Жанр: Попаданцы / Фантастика
Читать книгу "Проект Re: Второй том — Плененная скукой"
Глава 36 — Финал второго тома
— Сегодня тоже не будешь есть? — спросил я, поднося ложку к её рту.
Как и вчера, она меня игнорирует. Уже второй день. Четвёртый, если считать с момента её заточения здесь. Первые два дня она долгое время громко кричала и была крайне агрессивной, но после надорвала горло, и наступил третий день. И на третий день, как правило, — состояние ломки доходит до максимума. Иначе говоря, то что наркоманы испытывают в первые дня ломки — даже нельзя сравнить с тем, что начинается на третий день.
С другой стороны, набрав пик, она более не будет прогрессировать, и наркозависимому остаётся выдержать порядка двадцати с лишнем дней в таком состоянии. По их же истечению сила ломки будет идти на спад, и будет уже куда проще. Хотя, как ни крути, "бывших наркоманов не бывает" — вряд ли она в своей жизни теперь испытает такое же количество эйфории, как и при употреблении наркотиков. И именно из-за этого, даже если она более никогда не примет наркотики, она всю жизнь будет думать о них.
Впрочем, для меня это не имеет никого значения, если она более не будет употреблять наркотики и будет меня слушаться…
— Хорошо, — не услышав ответа, я положил ложку в тарелку, а тарелку на поднос, стоящий на процедурном столике. — Тебе нужно справить нужду?
И снова ответа не последовало. Она всё так же сидела на стуле, откинув голову в бок. Хотя в первый раз когда я это спросил, она начала кричать, что я "чёртов извращенец", раз спрашиваю и говорю о таком девушке.
Я же в этом ничего такого не вижу. Это естественный процесс организма, без которого он попросту не сможет нормально существовать. И даже если ты девушка, то тебя он так же касается, как и парней. А если ты наркозависимый, то скорее всего у тебя разовьётся диарея, при которой сдерживаться будет уже невозможно.
Но, естественно, я это не стал ей доказывать и лишь освободил от кресла, оставляя на цепях, после чего принёс ведро, которое почти сразу полетело в меня, стоило Мияко до него добраться.
Когда же я пришёл на следующий день, то ведро всё же было использовано, а Мияко выглядела ещё более раздавленной и убитой. Она почти сразу же попросила закончить это всё и убить её, якобы потому что она ещё ни разу в своей жизни не испытывала такого унижения.
На деле же, может это и так, но дело тут в другом — желание смерти и мысли о суициде — это нормально, когда у человека ломка. Единственное, чем я мог ей помочь — это дать таблеток. Если быть точнее, то снотворное, антидепрессанты и витамины. Хоть немного, но всё это должно было ей помочь легче перенести ломку и месяц проживания в таких условиях.
— Убей меня… пожалуйста… — её голос был невероятно слабым, относительно её обычного. С виду может даже показаться, что она вот-вот умрёт, но, как я и сказал выше, это естественная реакция организма на ломку. Хотя я и думал, что она пройдёт у неё лучше, раз физической зависимости у неё нет благодаря артефактам.
— Я тебе уже говорил, что не буду этого делать.
— Убей… — проигнорировав мои слова, продолжила она. — Я не хочу жить… убей…
"А ведь прошло всего четыре дня, а она уже впала в глубокую депрессию. Хотя ещё вчера, на третий день, просила дать ей хоть немного наркотиков и давила на жалость, уже после чего стала игнорировать."
— Тебе принести книги или игры какие-нибудь?
— Убе-е-ей…
И пускай она так ответила, но я всё равно принёс ей с десяток книг в разных жанрах, поскольку не знаю её предпочтений, и портативную игровую приставку, после чего вышел из комнаты, окончательно покинув её на этот день.
На следующий день она всё же попила воды, выпив сразу три литра. Но при этом к еде так и не притронулась даже спустя ещё десять дней. К книгам и играм она, кстати, тоже не притронулась, предпочитая смотреть в стены и потолок. Примерно так и прошли первые две недели.
— Половина пережита, осталось ещё столько же, — сказал я Мияко, которая лениво подняла на меня глаза.
Ещё на девятый день, то есть ровно спустя неделю, она перестала меня игнорировать.
Но пускай она и перестала меня игнорировать, но она всё также отказывалась от еды, которую я её приносил. И, естественно, учитывая ещё её ужасное психологическое состояние из-за отказа от наркотиков, внешне она сейчас выглядела ужасно, относительно себя обычной: исхудавшая, особенно в груди — ибо грудь первой уменьшается при сбросе веса, и она при всей своей исключительности в данном случае никакое не исключение; ужасно бледная, как из-за отказа от наркотиков, так и из-за того, что уже две недели находится взаперти; на руках выступили синие вены, которые ранее никогда так не было видно; под глазами огромные синяки от постоянного недосыпа и ужасного психического состояние; а её яркие алые глаза потускнели настолько, что сейчас больше напоминали красно-чёрные.
Прошло всего две недели, а она уже не похожа на себя прошлую. Словно её блеклая копия. Трудно представить, что будет ещё через две недели.
— Я не проживу столько, мудак… — огрызнулась она. — Так что лучше не трать время и убей уже меня…
— Проживёшь. Сейчас у тебя лишь психологическая ломка, а физически тело почти не пострадало, — спокойно сказал я.
— А если это так, и я проживу, и ты меня выпустишь, то тогда уже тебе не жить…
Я проигнорировал эти слова.
— Не веришь, да? Считаешь, это чушью? Думаешь, я не сделаю это?!
— Ты довольно хорошо держишься, — перебил я её. — Вопрос в том: насколько тебя хватит? Ещё день? Два? Неделя? Сколько пройдёт прежде, чем ты начнёшь меня слёзно просить дать тебе хотя бы небольшую дозу?
— Да иди ты на хуй! — огрызнулась она, но из-за слабости в теле выглядело это по-детски.
— Радует, что ты и сама понимаешь, что этот момент настанет.
"Если бы не понимала, то не послала бы меня, а сказала, что такого не будет."
На мои слова она вновь начала что-то кричать, но я уже не слушал и выходил из комнаты. Этот разговор ничего не стоит, лучше вместо него буду заниматься, как и во все остальные дни.
Вообще, что до распорядка моего дня, то он состоит из пробуждения, душа, завтрака, готовки завтрака для Мияко, уходом за ней, после тренировок и иногда ответам с её телефона родственикам, которые ничего не замечают, а после снова готовка и уход за Мияко. И только после всего этого я могу позволить себе сон, на который благодаря регенерации уходит всего лишь порядка четырёх часов.
Кстати говоря, живу я сейчас в доме Мияко, куда перенёс и котёнка ещё в первый же день.
Момент, о котором я говорил Мияко, наступил через три дня. На семнадцатый день заточения.
Она слёзно просила у меня хотя бы маленькую дозу, за что предлагала всё возможное — начиная со своего тела, продолжая тем, что имеет сейчас, и заканчивая тем, что будет у неё в будущем. Она буквально была готова отдать всё, что имеет и всю себя за маленькую дозу, чтобы хотя бы ненадолго снять эффект ломки.
И самое обидное для неё — она всё это осознавала и знала, что к этому всё придёт в любом случае, но повлиять на это никак не могла. А учитывая её самолюбие, без которого лично я её не представляю, у неё в голове сейчас наверняка идёт маленькая битва между желанием получить дозу и нежеланием лишний раз принижаться и позориться. И в этой битве бесспорно побеждало желание получить дозу любым путём, изрядно нанося урон второй стороне.
Трудно представить, что она сейчас ощущает, когда так унижается.
Естественно, все эти унижения были зря. Моя цель заключалась в том, чтобы она преодолела эту ломку, отказавшись от наркотиков. А это будет сделать невозможно, если принимать наркотики.
За исключением было бы, если бы её тело уже не могло жить без наркотиков, и поэтому резкий отказ от них привёл бы к смерти. Но в данном случае такого благо нет.
— Зачем тебе это всё?.. — задала она вопрос, хотя и сама знала ответ. Наверняка таким образом просто хочет немного отвлечься от ломки. — Почему просто не сдал меня моему роду? Для тебя бы всё равно почти ничего не изменилось, кроме клейма, что ты женат на наркоманке… Но даже это было бы только в нашем роду, и не вышло бы за него. Да и забылось бы это очень быстро… с твоими способностями ты точно быстро занял бы место под солнцем, а там ещё вторая жена и третья, а может и четвёртая — вот и забудут все о первой…
— Я не делаю ничего просто так, — размешивая кашу в тарелки, ответил я.
— Я знаю, вот и спрашиваю, чего ты добиваешься… — её голос был холодным и безжизненным, словно у механической куклы.
— Ты знаешь, чего я добиваюсь: мне нужно, чтобы ты пережила ломку и более не возвращалась к наркотикам.
— А за этим что стоит?..
— Ты. Ты, твои способности и твой статус, если быть конкретнее, — я поднёс ложку с кашей к её пересохшим губам.
— Уверен, что "я" нужна в этом списке? — посмотрев мне в глаза, спросила она. — Мне кажется, что я, как личность, тебе вовсе не нужна. Способности, статус, талант — да, тебе они нужны. Будешь ими пользоваться, словно своими, при этом не рискуя собой. Это ведь так?
Я вздохнул и убрал ложку от её рта, положив в тарелку.
— Мне действительно нужны твои способности, статус и талант. Это очевидно даже ребёнку.
Она усмехнулась и отвела глаза, словно говоря: "Так я и думала. Да и иначе быть не могло…"
— Но так же мне нужна и ты, — договорил я, а она удивлённо взглянула на меня. — У тебя есть недостатки. Как по мне, их даже слишком много — начиная с твоей эксцентричности, заканчивая твоей вечной проблемой — скукой, которая обхватила всю твою суть и душит так сильно, что даже воздуха порой не видно. Но при всём этом у тебя и положительных качеств хватает. И это я говорю не о твоих врождённых талантах, с которыми тебе просто повезло родиться и ты к ним не имеешь никакого отношения. К примеру, у тебя есть умение добиваться необходимого. Может, ты и стараешься выглядеть в глазах других так, чтобы казалось, что у тебя всё просто и легко, но на деле я вижу, что ты из тех, кто постоянно и упорно работает, дабы добиться необходимого. А ещё, ты из того типа людей, которые дорожат близкими. Не могу похвастаться тем, что я такой же, но мне очень симпатизирует, что если стать "своим" для тебя, то ты сделаешь всё от тебя зависящее, чтобы помочь или защитить в случае необходимости. А так же…
— А просто сказать, что любишь меня — не судьба? — неожиданно перебила она меня, задав странный вопрос, и впервые за всё это время на её лице появилась улыбка. — Можешь говорить, что хочешь, но это точно не те причины, чтобы ценить меня, как личность.
Я ненадолго задумался, а после отбросил эти странные мысли и сказал:
— Как знать… — после чего наши губы, неожиданно для меня, соприкоснулись, соединившись в поцелуй. И как только поцелуй разорвался, я нежно взял её за подбородок и продолжил:
Наступило двадцатое июля. Пришло время начала второго особого экзамена старшей школы Никото.
Все ученики собирались в своих классах, а многие впервые за несколько месяцев вновь пришли в школу. В их числе был и я, нагло прогуливающих все уроки. Но речь сейчас не обо мне.
В этот день все ученики старшей школы Никото были шокированы. Мияко Мори, которую все привыкли видеть с длинными белыми волосами до поясницы, пришла в школу со стриженными до плеч волосами. Так ещё и небольшая часть её локонов были покрашены в голубой, розовый и фиолетовый.