И тут я понял...
![И тут я понял...](/uploads/covers/2023-10-03/i-tut-ya-ponyal-201.jpg-205x.webp)
- Автор: Евгений Семенов
- Жанр: Попаданцы / Повесть / Фэнтези: прочее / Юмор: прочее
- Дата выхода: 2023
Читать книгу "И тут я понял..."
Глава 25. Адаптация к фарму
Треугольники в построении схемы дали совсем не нужный мне эффект и, кажется, больше сконцентрировались на сути предмета… Тогда… Вокруг круга появилось двенадцать равнобедренных треугольников, обращенных вершиной от него. Не знаю, какой эффект это даст, но я не хочу какой-то непробиваемый бесполезный доспех. Еще и дерн вырезать полосками замучаешься.
От треугольников пошли уже беспорядочные ответвления линий, которые иногда заканчивались кругами. Круги — это явно модификаторы эффектов, их нужно больше!
Вскоре, все линии сошлись в на одном овальном контуре с квадратиком-выключателем. Выглядела моя схемка очень многообещающе, но чего-то не хватало, чего-то очень важного…
— Хоть какая-то от тебя польза будет… — Вырезал и выламывал я огромные тупые клыки из десен вонючей ящерицы.
Клыки пошли на усиление маленьких, дополнительных, кружков. Просто воткнул в землю по их центру. Стало немного спокойнее, но хотелось бы вкинуть туда предметы покруче. А теперь приступаем к еще одной немало важной задаче…
Я огляделся в поисках проводника, но моя головешка была и так лысоватой и кажется там даже проплешина стала образовываться. Кожу ящерицы портить не стоило, лохматого оборотня, к его великому счастью, здесь не было… Но на глаза попалось старое высохшее ветвистое дерево, которое выросло у самого болота, возвышаясь над мутной грязью на высокой кочке. Выглядело необычно и сильно выделялось из остального тёмно-зеленого пространства… геймерская чуйка сработала как надо.
— Оно! — Округлились у меня глаза и растянулась на лице довольная улыбка.
Тонких веточек было много, но их не хватало, чтобы качественно заполнить вырезанные в дерне канавки, здоровые поленья пихать совсем не хотелось… пришлось строгать. Строгать много.
— Фух, проводник раздобыли. — Потирал я ладошки. — Теперь связующее вещество. Человеческая слюна, скорее всего, какая-то минимальная посредственность. Зачем она, если есть в наличии кое-что эпического класса?
Тряпкой, некогда бывшей моей рубашкой, которую недавно разобрали собаки сутулые, я стал собирать скопившуюся в пасти монстра кровь со слюной. Ее было более чем предостаточно, чтобы пропитать все силовые линии и замыкающий контур, на квадрате которого я аккуратно расстелил уже ни на что негодную тряпку. А теперь нужно устроить замыкание. Все нужно делать по технологии…
— Халси боровида, халси боровида… Халсе боровида! — Распевал я на фанатичный манер, когда вытащил из черепушки ящера обломанное окровавленное копьё и медленно пошел к квадратику, поднимая его над собой. — Аве, силе природы!
С размаха воткнул я копье в квадрат, отпрыгивая в сторону под безопасную кочку, из-за которой торчала только моя макушка с прищуренными глазками. Хотелось бы, конечно, укрытие побезопаснее, но мне казалось, что эта кочка подходила под минимальные требования защиты от…
Контур взорвался во все стороны синим пламенем, я едва успел вжаться в землю перед струей огня, рвущейся мне прямо в лицо. Вжимаясь из-за всех сил в землю, я повернул голову и заметил вокруг себя лишь море ревущего огня. Я будто попал под пламя газовой горелки, которая разбивалась об негорючую кочку, спасавшую мне жизнь. Припекало очень сильно…
Вдруг пламя замерло и стало всасываться обратно. Моя макушка вновь показалась из укрытия, тщательно контролируя происходящий процесс, но там было почти не на что смотреть… Столб синего пламени поднимался до самого неба, распылив случайное облачко. Постепенно столб становился уже и уже. После себя он оставлял только расплавленную до состояния бурлящей магмы землю…
В какой-то момент уменьшающийся столб расцвёл под небом как ядерный цветок, испаряя все облака в округе и с невероятным напряжением моих булок обрушиваясь на землю… Я не стал смотреть. Просто спрятался, чувствуя как мощно содрогается гудящая земля и как ее рвет на трещины. Спустя минут десять всё закончилось… Моя макушка вновь осторожно выглянула из укрытия, подозрительно прищуривая глазки.
По месту моего ритуала будто метеорит ударил, поднимая огромные оплывшие каменные плиты. Раскаленный камень еще шипел и оплывал. Он темнел и застывал кривыми и уродливыми сосульками под задратыми вверх плитами. Я высунулся еще больше и наклонился в бок, заглядывая в щель между ними.
В центре всего этого бедствия был мой закопченный наруч, возвышающийся над землей на нескольких каменных клыках. Вдруг раздался треск, переходящий в гул и, покрываясь трещинами, раскалённый камень застыл…
— Да, вот так… — Спокойно обратился я к немного обугленному ящеру на фоне выжженного травы и леса. — Я призвал перчатку бесконечности!
На полусогнутых ногах я стал пробираться к своему артефакту. Пришлось внимательно осмотреть поверхность камня на торчащей плите и только потом медленно и осторожно коснуться ее пальцем, чтобы удостовериться, что я не расплавлюсь от неосторожного шага забывшегося исследователя.
Я остановился перед своим изменившимся наручем, висевшим на каменных шипах. Он претерпел не только косметические изменения, сменив свой цвет на сажу. На его наружной стороне появились десятки прижатых костяных гребешков, которые будто выросли из почерневшей кожи, но в остальном он не изменился. Даже металлическая пряжка на ремешках не расплавилась… Хотя… Я нагнулся и заглянул внутрь пустовавшего наруча.
Как-то я слышал, что в фэнтези водятся какие-то мимики. Мол, это такие черти, настолько пропащие твари, что притворяются предметами и сокровищами, а потом откусывают бошки наивным искателям приключений… На всякий случай я достал кинжал и потыкал им в наруч. Не задергался и не зашипел.
— Фу… — Напряженно выдыхал я, надевая его на руку и снимая с подставки.
Но он так и не укусил, что даже как-то расстроили меня. Столько фейерверков, а по итогу только броня закоптилась. Какие же навыки он смиренно дарует мне…
Попытка встать на одну руку закончилась неудачей… Плечо странно щелкнуло и я чуть не воткнулся макушкой в камень. Это разочаровывало и я с нахмуренным лицом смотрел в небо, на котором только начинало заполняться округлое пространство от взрыва, где испарились облака. Значит, общую силу он мне не повышает…
— Уммм, цука! Шааа… — Морщась от боли, поглаживал я руку с наручем после того, как зарядил ей по камню со всего маха кулаком. — Как же болит… Уф…
Боль утихла не скоро, а разбитые костяшки на кулаке стали заметно опухать, продолжая кровоточить…
— Нафига ты мне нужно! — Посмотрел я на растопыренную ладонь с наручем. — Как мне искать твои свойства! Ууу-ра! Столько времени и надежд на такую глупость! Чуть задница не сгорела из-за вот этой вот хрени? Чертова магия!
В приступе злобы я схватил с земли камень и кинул… облако мелкого серого песка вместо него. На меня снизошло неожиданное озарение. Кажется, я просек фишку. Просто напрягая ладонь, я без особых усилий раскрошил в пыль ещё несколько камней. Вот это сам себе гидравлический пресс… Ладонь легла на каменную плиту и… ничего. Пальцы бессильно заскользили по поверхности, не в силах зацепиться.
Я вылез из кратера и подошел к стволу тлеющего дерева на краю леса… Пальцы будто стальные манипуляторы стали погружаться в мягкую и хрустящую древесину…
— Оу… — Опешил оборотень в кустах, когда я, увлекшись процессом, разрывал толстый ствол как рулон ваты.
При каждом напряжении ладони, гребни на наруче начинали вставать дыбом, но совсем немного. Будто это даже и близко не рабочая нагрузка… развороченное дерево застонало и с грохотом упало рядом со мной.
— Как же поставить эти гребни колом? — Задумался я рассматривая руку на солнце. — Шаришь, шерстяной ублюдок?
Но он так и не ответил, просто сел на четвереньки и стал наблюдать за мной.
— Хрен с тобой, сам разберусь. — Шмыгнул я носом и положил руку на сваленный ствол дерева.
Я стал напрягать ладонь, не сжимая хватку. Через несколько секунд с шипением медленно стали подниматься костяные гребни. Они встали дыбом, как шерсть у испуганной кошки и стали искриться молниями. А мне руку не оторвет ща…
Огромное сваленное дерево стало уменьшатся пропорционально удивленному раскрытию пасти оборотня. Всего процесс занял около пять минут и закончился тем, что у меня в руке оказалась невесомая миниатюра старой сосны, высотой метров двадцать. Искрящиеся гребни стали синеть с кончиков, запуская отчет до весьма предсказуемого явления. Они синели очень медленно, по прикидкам у меня было в запасе минут десять.
Я не стал ждать и со всего маха кинул миниатюрную палочку в центр болота. Едва она перестала касаться моей руки, как процесс пошел в обратную сторону, как и моё восприятие, видевшее всё словно в замедленной съёмке.
Дерево на лету стало восстанавливать прежний объем… Это выглядело слишком противоестественно и эпично. Но мне понравилось, очень даже. Особенно как оно грохнулось в центре болота, вздымая тучу брызг и пугая всполошившихся болотных тварей на дне.
Быстро извиваясь на берег выползла длинная анаконда, которая заглотила бы меня даже не раскрывая пасть на полную. Она хищно уставилась на меня, но тут же резко повернулась в сторону, заметив труп ящера. Тупая, а шарит, что местного доминатора задоминировали…
Я спокойно положил ладонь на ещё одно дерево, думая о том, что возможно это и есть искомый змей по заданию и пострадала совсем невинная ящерица. Но какая мне до этого разница?
Перед тем как бросить в анаконду дерево, я внимательно посмотрел на его корневую систему. Всегда интересовало, как она устроена у дерева на самом деле, а тут тебе натуральный образец. Выглядело… волосато…
Заторможенная змея даже не сразу отреагировала на летящее в нее бревно. Я целился прямо в змея, но летящее близко к земле дерево резко изменило свои баллистические свойства. Восстановив свой объем, оно стало вспахивать ветвями землю, искривляя траекторию полета.
Но тупящему змею хватило и этого. Скачущие на упругих ветвях и кочках дерево мимоходом ударило его суком по спине, ломая позвоночник и вдавливая в землю, и спокойно занырнуло в треклятое болото, наполняя воздух запахом сероводорода.
— Хардкор, ептать. — Пожал я плечами, посмотрев на оборотня с раззявленной пастью, у которого бешено метались глаза. — А ты еще на меня свои коготки точил.
— Лак? — Указал он когтем на болото.
— Сила мастера Хардкора, жалкий моб. Теперь я — верхушка пищевой цепи в природе. — Удовлетворённо вздохнул я, направляясь к раскрывающей пасть анаконде.
Кинжал легко залетел в глазницу, проваливаясь в череп с брызгами раздавленного глаза. Я уменьшил труп анаконды и положил его рядом с ящером.
— Как бы мне обмануть систему. — Задумался я, сложив руки на груди. — О!
Я придвинул их морды поближе к друг другу и сразу схватился за две прижатые друг к другу губы. Через пять минут у меня на пальцах болтались кожаные миниатюрные чехлы, которые я придерживал второй рукой.
— Может ещё какую лягушку поймать для коллекции? Их же тоже можно определить в категорию фэнтезийного змея? Местные прогрессом особо не увлекаются… — Размышлял я, смотря на такого же задумчивого оборотня. — А ты, собака, молчать! А то так же будешь палец сосать.