Неправильный брат
![Неправильный брат](/uploads/covers/2022-12-08/nepravilnyj-brat-0.jpg-205x.webp)
- Автор: Саманта Аллен
- Жанр: Любовные романы
- Дата выхода: 2021
Читать книгу "Неправильный брат"
Глава 1
– Не робей, детка! – мама ласково потрепала меня по плечу. – Все сложится, как нельзя лучше, вот увидишь!
Моя мама – неисправимая оптимистка. Она всегда надеется на лучшее, даже в плохие времена. Особенно в плохие и трудные времена, как сейчас.
В окно нашего старого трейлера врывался ветерок, еще теплый, августовский. Ветер трепал мамины волосы, рассыпанные по плечам. Мама вполголоса подпевала Майли Сайрус и дымила сигареткой, предложив мне покурить со словами:
– Не хочешь?
– Нет, мама, ты же знаешь, что я не курю!
Да, у меня мировая мама. Она считает, что запрещать бесполезно, поэтому мне разрешено курить, употреблять легкое спиртное и ночевать у парней. Мои подружки постоянно завидовали мне. «У тебя самая классная мама!» – вздыхали они.
Но честно говоря, я была бы совсем не против, чтобы мама была чуть строже, а наша жизнь – немного устроеннее. Еще я бы отдала все на свете, чтобы мама дотянула до операции. У нее больное сердце. Наверное, поэтому она старалась не расстраиваться по пустякам и уж тем более, по серьезным причинам. Иначе она бы не дожила до даже до нынешнего времени.
– Не беспокойся, Кассандра, все образуется! – в очередной раз подбодрила меня мама, постукивая пальцами по рулю.
Я не стала разубеждать ее и натянула свитер, откидываясь на кресло. Думаю, что на ночь мы остановимся у какой-нибудь автозаправки, а с рассветом опять двинемся в путь. Все наше имущество ехало вместе с нами. Трейлер старый и пыльный.
Про себя я активно молилась о том, чтобы они смогли дотянуть до города: мама и трейлер.
Мама у меня самая классная. Пусть она выглядела не по годам взросло, но жизнь у нее была не сахар. Она забеременела в двадцать восемь и решила оставить меня вопреки всем сложностям.
Я очень люблю свою маму, но некоторые ее идеи я не поддерживала и была категорически против. Совсем недавно моей маме взбрело в голову, что мы обязаны навестить моего биологического отца, Мартина Пирсмана. Он известный и очень успешный бизнесмен, планирующий податься в политику. Денег у него, по словам мамы, до сих пор водилось немерено! Но все эти деньги предназначены не для нас.
Мама познакомилась с Мартином Пирсманом, когда он был и в половину не так богат и знаменит. Мама работала официанткой в ночном ресторанчике, он был клиентом… Между ними завязалась интрижка, продолжавшаяся, пока Мартин находился в нашем городе. Разумеется, потом он уехал. У Мартина была своя жизнь и карьера. Никто не ждал, что плодом кратковременной связи станет малышка, то есть я.
Мама посмеивалась, говоря мне:
– Противозачаточные, милая, и спиртное – не есть хорошо!
Потом она смотрела на меня, целуя в щеку, и громко смеялась:
– Нет-нет, беру свои слова обратно! Ты – лучшее, что у меня есть!
Когда мама узнала, что забеременела, она сразу же позвонила Мартину. Но ей не повезло. Она наткнулась на его жену. Оказывается, Мартин Пирсман был женат! Скандал, по словам мамы, вышел отменный. Жена у моего отца была та еще стерва.
Хотя, кому бы понравился звонок от любовницы с новостью об интрижке мужа и малыше, нагулянном им на стороне?! Мартин Пирсман настаивал на аборте. Мама никогда не могла похвастаться отменным здоровьем. В поликлинике ей сказали, что если она сделает аборт, потом никто не даст гарантию, что ей удастся забеременеть и выносить здорового малыша еще раз. Мама решила оставить ребенка, несмотря на то, что Мартин Пирсман наотрез отказался участвовать в нашей жизни.
Из-за слабого сердца мама родила меня не сама, ей сделали кесарево сечение. Мама не стеснялась своего шрама и всегда носила мини-бикини на пляже или в бассейне.
– Это самый красивый из моих шрамов, милая! – улыбалась она.
– А у тебя их много, ма? – недоуменно спрашивала я.
– Не все шрамы видно. Один из них вот здесь! – после этих слов мама прикладывала ладонь к груди и говорила. – Один из шрамов, глубоко-глубоко в сердце. Породистые, роскошные мужчины – самые жестокие, милая. Но от них получаются самые красивые детки с колдовскими глазами!..
Она имела в виду меня. Глаза мне достались от отца, они постоянно меняли свой цвет. То казались темно-серыми, то играли зеленью, то вдруг становились ярко-голубыми. В остальном я была похожа на свою маму: миниатюрная, темноволосая, с фигуркой в форме песочных часов.
– Если бы я знал, что у меня есть чудесная дочурка, я был бы повежливее с твоей мамой.
– Она просто хотела попросить о помощи! – всхлипнула я. – Даже не для себя…
– Тише, милая, тише!
Мартин Пирсман ободряюще похлопал меня по плечу.
– Как только твоя мама придет в себя, мы поговорим. Все трое. Спокойно. Без лжи и отговорок. Идет?
Я кивнула.
– Что говорят врачи?
– Врачи пока не дают никаких гарантий, – с сожалением произнес Мартин и отстранился от меня.
– Я хочу ее увидеть. Даже если она без сознания.
Мартин поднялся.
– Я договорюсь, чтобы тебя пустили к ней.
Я увидела свою маму, как того и хотела, но мне не стало ни капельки легче. Мамочка лежала бледная и без единого движения. Я ничего не понимала в показаниях приборов, только слушала мерное пиликанье приборов и смотрела, как бьется синусоида на экране. Я вышла из палаты, понимая, что моя жизнь полетела в тартарары. В никуда.
– Где вы остановились?
Я непонимающе посмотрела на Мартина. Он повторил свой вопрос. У меня не было сил даже на то, чтобы противиться.
– Мы приехали на трейлере. Провели несколько дней в дороге.
– Тебе нужно отдохнуть и переодеться. Я отвезу тебя.
Мартин повел меня в своей машине, поддерживая под локоть. Водитель сообщил, что супруга Мартина не дождалась его и уехала на такси.
Дорога до стоянки трейлеров прошла в гнетущей тишине. Я не понимала, как быть дальше. Мне нужно было час или два, чтобы прийти в себя. Но когда мы остановились у стоянки трейлеров, я поняла, что мне придется еще хуже.
Наш трейлер был разрисован граффити, а стекла выбиты.
Я растерянно бродила вокруг трейлера. Одна из местных женщин сочувствующе похлопала меня по плечу.
– Другим пришлось нелегче, – показала она на свой трейлер, тоже разрисованный. – Это был налет. Кто-то считает, что наш кочевой городок – это язва на теле города. Мы вызвали полицию. Нападавших задержали, но они уже успели навредить кому-то из нас. Извини…
Я отмахнулась и забралась в трейлер, оглядывая погром и глотая слезы. Не сразу я поняла, что стекло хрустит не под моими ногами.
– Тебе нельзя здесь оставаться. Ты поживешь у нас, – решительно заявил Мартин Пирсман. – Забери отсюда все ценное.
– Нет! – вскрикнула я.
– Да, Кассандра. Я не могу оставить тебя жить в разбитом трейлере.
– Я не приму ничего от вас! – ощетинилась я.
– Пожалуйста, Кэс! – усталым голосом произнес Мартин.
Я молчала. Мне ужасно не хотелось быть должной Пирсману. Но в то же время я признавала правоту его слов. Потом Пирсман выложил последний козырь.
– Твоя мама не хотела бы, чтобы ты подвергала свою жизнь опасности.
– Хорошо, – сказала я после секундного размышления. – Я соберу свои вещи.
– Я подожду тебя снаружи. А пока дам команду своим людям, потом трейлер оттащат в безопасное место.
Я быстро побросала в сумку свои вещи и приблизилась к машине. Мартин разговаривал с кем-то. Он был раздражен.
– Ты – часть семьи. Ты – мой сын. Нравится тебе это или нет!
Собеседник ответил Мартину. Видимо, что-то очень неприятное, потому что лицо Мартина сильно побагровело.
– Ты должен будешь прийти на семейный ужин. И нет… Я не прошу тебя подтирать сопли или водить младшую сестру на поводке, как ты выразился. От тебя требуется только одно: прояви уважение и поприветствуй нового члена нашей семьи. Все. Жду тебя к ужину. Ужин в семь часов!
Поневоле я поежилась. У меня полно неприятностей. Не хватало до кучи еще и неприязнь со стороны старшего брата.
Мартин отложил телефон и несколько мгновений думал, потом посмотрел на меня:
– Извини. Садись в машину, я отвезу тебя домой, чтобы ты привела себя в порядок и переоделась. Потом мы пообедаем.
Я согласно кивнула.
Но я не испытывала большой радости от того, что придется жить у Пирсманов.
Двухэтажный особняк Пирсманов был роскошным и поневоле внушал трепет. Мартин провел меня в гостиную. Навстречу нам спустилась Анна.
– Милый? – удивилась она, скользнув по мне взглядом.
– Анна, Кассандра поживет у нас, пока ее мать не придет в себя.
Анна хотела что-то возразить, но Мартин покачал головой.
– Не сегодня, пожалуйста. У меня тяжелые дни, и я не хочу тратить силы на ссоры и препирательства еще и с тобой.
– Проблемы с Бобби? – поинтересовалась Анна потеплевшим голосом.
– Да. У нашего великовозрастного сына очередной заход на период подросткового бунта. Ладно, давай обсудим это потом? Выдели Кассандре комнату, пожалуйста.
Анна поцеловала мужу в щеку и помедлила всего секунду.
– Я покажу тебе твою комнату, – сказала Анна в пустоту.
Я поняла, что эти слова были адресованы мне. Поэтому пошла вслед за ней. Анна поднялась на второй этаж и толкнула дверь одной из комнат.
– Гостевая спальня. Располагайся. Ванна в конце коридора, налево.
– Спасибо, – сухо поблагодарила я, закрывая дверь.
С удивлением я отметила, что замок не поворачивается.
– Дверь не закрывается? – спросила я.
– Нет, – резко ответила Анна. – Не закрывается.
Я поморщилась. Объяснять причину мне никто не собирался.
Я привела себя в порядок и переоделась.
Как бы я ни старалась прикрыть след от засоса, мне это не удавалось. Оставался только один выход – намотать шарф на шею, но было жарко. Поэтому я кое-как замазала засос тональным кремом и спустилась.
Пирсман терпеливо дожидался меня в холле. Он отвез меня в ресторан, а потом решил, что мне нужно устроить экскурсию по городу. Только после того, как Мартин посчитал свой долг исполненным, он отвез меня к себе в дом.
Я рухнула на кровать, желая немного передохнуть. Однако бессонная ночь и тревожный день давали о себе знать, поэтому я уснула почти мгновенно и проснулась поздним вечером от стука в дверь.
– Кассандра? Хозяева дома приглашают вас на ужин. Все ждут только вас, – почтительно обратилась ко мне прислуга.
Моя голова раскалывалась. Боже. У Пирсманов была еще и прислуга. Я покосилась на часы. Была уже почти половина восьмого. Я торопливо привела себя в порядок, понимая, что выгляжу не лучшим образом. Вид у меня взбудораженный, а глаза лихорадочно блестели.
Пытаться выглядеть красиво сейчас – бесполезное занятие, решила я и спустилась вниз, в столовую.
Оттуда уже доносились голоса. Говорили Анна и Мартин.
– Как у тебя дела, Бобби? – ласково поинтересовалась Анна.
Ей что-то неразборчиво ответили.
– Послушай, Роб. Не игнорируй хотя бы свою мать, идет?
Я уже стояла на последней ступеньке, рассматривая собравшихся за столом. Неприятный холодок пробрался по спине, когда я увидела парня со спины.
Небрежно растрепанные светлые волосы. Широченные плечи, обтянутые тканью белоснежной рубашки. Из-за воротника виднеются хвостики чернильной татуировки.