Будь моим Пассажиром
![Будь моим Пассажиром](/uploads/covers/2023-09-27/bud-moim-passazhirom-201.jpg-205x.webp)
Читать книгу "Будь моим Пассажиром"
— А это гнездо Прокси, — улыбнулся Птаха. — Да-да, это не глюк. У всех мозги взрываются, мы просто уже привыкли.
Он подошел к двери и окликнул:
— Прокси, ты тут?
— Обнаружена попытка контакта, — произнес механический голос изнутри. — Назовите код доступа.
— Сорок тысяч обезьян передрались за банан!
— Код устаревший. В доступе отказано. Активирую систему защиты периметра, — за дверью что-то запищало.
— Прокси, тебе еще не надоело?
— Запрос не распознан. До активации системы защиты пять… четыре… три…
— В дебрях тундры выдры в гетрах тибрят в ведра ядра кедра! — выпалил Птаха. К этому моменту Вадик окончательно уверился, что рехнулся, ибо происходящее не лезло ни в какие ворота.
— Авторизация пройдена, — отозвался механический голос. — Периметр разблокирован.
За дверью опять что-то пискнуло, зажужжало, и на пороге микроавтобуса возникло создание полностью ему под стать. Вадик с минуту пытался понять, какого это пола, но в конце концов оставил попытки — обитатель «Фольксвагена» мог с равным успехом быть как невысоким парнем с мягкими чертами лица, так и крепко сложенной девушкой. Штаны с кучей карманов и мешковатая толстовка с капюшоном были заляпаны всеми цветами радуги, и Вадик был готов поклясться, что пятна тоже складываются в какой-то чокнутый узор. Из одного кармана штанов торчала отвертка, из другого — баллончик с краской, из кармана толстовки высовывался еще какой-то инструмент. Половина головы выбрита почти под ноль, оставшееся зачесано набок и выкрашено в зеленый. Один рукав толстовки задрался, открывая татуировку с каким-то угловатым вензелем.
— Регистрация нового пользователя, — надо же, до сих пор Вадик был уверен, что механический голос воспроизводится в записи или идет через какой-то эффект. Но нет, это создание и правда так разговаривало.
— Прокси, — вздохнул Птаха, — кончай выпендриваться.
— Режим имитации личности активирован, — отозвался уже нормальный голос. Для парня довольно высокий, для девушки низкий. Вадик не мог больше молчать:
— Э… ты какого пола?
— Я — Прокси, — ничуть не обидевшись, представился обитатель «Фольксвагена». — Высокотехнологичный искусственный интеллект в хрупкой биологической оболочке. К сожалению, временами слишком хрупкой, но я над этим работаю. Категория пола неприменима.
Птаха беззвучно давился смехом. Вадик не мог понять, то ли над ним как-то хитро прикалываются, то ли кто-то тут и правда съехал крышей. И скорее всего — он сам. Ладно, терять уже нечего.
— В смысле, как к тебе обращаться?
— Лингвокультурная специфика данного слоя реальности…
— Прокси!!! — взвыл Птаха.
— Короче говоря, мы вроде как говорим по-русски, а нейтральным в русском языке считается мужской род. Обычно им и пользуюсь, — улыбнулся Прокси. Вадик вздохнул с облегчением — ну хоть что-то стало немного понятнее.
— Вот, — Птаха широким жестом обвел «Фольксваген» и Прокси, словно сам все это устроил. — Вот этот вот искусственный разум обеспечивает нам сеть и добывает любые сведения. И рисует еще.
— И очень круто рисует, — искренне сказал Вадик. Прокси церемонно раскланялся.
— Что нового, пока меня не было? — спросил Птаха. Стоп, он же привез Вадика всего два дня назад… Или он и до этого где-то путешествовал? Вадик сам себе удивился: по сути, он ведь почти ничего о Птахе не знает. И это не мешало ему чувствовать, что они уже сто лет знакомы.
— Загрузка информации… — с важным видом произнес Прокси. Птаха показал кулак, Прокси только рассмеялся и наконец ответил:
— Ну, про важные вещи ты и сам в курсе, Некромант вон говорил. Анна заезжала, но, как обычно, унеслась в рейс.
Вадик озадаченно моргнул. Анна — это, видимо, та самая дальнобойщица, о которой упоминал Птаха — вон он как разочарованно вздохнул, узнав, что она уехала. Но как же тогда все рассказы о строжайшем кодексе чести у Внешних, по которому машина — символ свободы, и ее никогда нельзя использовать для заработка? На этот раз телепатом оказался Прокси:
— Что, юный падаван, тебе только что развеяли еще одну легенду?
Вадик осмелел окончательно — остатки гнетущего ощущения после разговора с Некромантом испарились.
— Вы тут все мысли читать умеете или через одного?
— Напоминаю, я — Прокси. Посредник между Инфосферой и несовершенным биологическим разумом. Я вижу информационные потоки и управляю ими, — он поводил руками в воздухе, словно что-то набирая на невидимой клавиатуре. — Твоя мимика достаточно информативна, чтобы считать запрос.
— Тьфу! — Вадик рассмеялся. — Но вообще ты прав. Я слышал всякое такое… что кого-то возить за деньги чуть не вообще самое страшное преступление…
— «Кого-то», — подчеркнул Птаха. — Анна возит исключительно «что-то». Автостопщиков и то не берет. Ну и вообще, она отдельный случай. Если угодно, Внешняя до Внешних. Потому что она старше нас всех.
Вадик ничего не понял, но решил покивать и подождать разъяснений — глядишь, Прокси из этой своей Инфосферы что-нибудь выловит. Но пока Прокси не спешил ничего разъяснять, а Вадика в который раз заворожил его микроавтобус.
— А можно я сюда порисовать приду? Очень узоры нравятся.
— Тааак… — глаза Прокси хитро блеснули. — Никак, вижу коллегу?
— Да куда там… — смутился Вадик. — Но рисовать люблю.
— А это самое главное! Скажи мне, Птаха, ты не обидишься, если я твоего падавана буду периодически похищать?
Вот заладил. Вадик чувствовал, что от «Энакина» ему здесь не отвязаться. Вообще, Верка ему когда-то давно говорила, что похож, но Верка много что говорит. И потом, это ж когда было. Ну да, светлые полудлинные волосы, голубые глаза, но чего сразу Энакин-то? С другой стороны, почему бы и нет. Спроси кто Вадика, как он предпочел бы зваться — ведь не ответил бы. Прицепится Энакин — да и ладно.
— Конечно, не обижусь, — улыбнулся Птаха. — Сам знаешь, мотаюсь я много, так что буду только рад.
— Вот и круто! Договорились, — Прокси снова повернулся к Вадику. — Приходи хоть завтра, а пока я снова в гнездо. Некромант задачку подкинул, очередные электронные мозги вправить надо.
Он снова исчез в недрах микроавтобуса, а Птаха и Вадик отправились дальше. Большинство гаражей, судя по всему, пустовало — замки проржавели, ворота заросли травой. Внезапно послышался низкий рокот мотора, и прямо из кустов, где с виду не было проходов шире того, по которому пришли Вадик с Птахой, появился гигантский синий пикап.
— Тундра! — радостно воскликнул Птаха. Из-за руля ему помахала невысокая девушка азиатской внешности. У Вадика в школе «тундрой» в основном обзывались, но здесь прозвище, похоже, не несло ничего обидного.
— Ага, я это, я, — весело сказала она, явно заметив замешательство Вадика. — А еще моя машина. Потому что «Тойота Тундра». Ну и, действительно, я сама оттуда.
Она спрыгнула из салона. Именно спрыгнула, а не вышла — ростом она была не выше Вадика. Как она в этой громадине до педалей достает и как ее из-за руля видно? Выглядела Тундра, действительно, в полном соответствии с прозвищем. В черные волосы вплетено множество бусин и перышек, на шее сложное украшение из дерева, кожи и меха, на руках не менее сложные браслеты, а завершал ее облик длинный жилет, отороченный мехом. И, похоже, настоящим. Вадик с детства слышал, что экологической обстановке давно и прочно настал конец, натуральные продукты и материалы доступны только счастливчикам, которым довелось жить в Верхнем городе, а лучше за границей… Ага, десять раз.
— Тундра, — еще раз представилась она, протягивая руку.
— Вадим.
— Мой Пассажир, — добавил Птаха. Тундра звонко рассмеялась:
— Ура, я теперь не самая мелкая!
Вадик попытался понять, сколько ей лет. Но по ее лицу, похожему на костяную фигурку шаманки — он видел такие в музее — возраст не читался. Она с равным успехом могла быть его ровесницей, а могла быть раза в три старше. Ну восемнадцать-то, наверное, есть — машину же водит. Хотя кто его знает, какие тут порядки. А вообще, сколько вот лет Птахе? Или Прокси? «А черт их разберет», — честно ответил Вадик сам себе. В общем-то, его это крайне мало заботило.
Тем временем Тундра извлекла из необъятного кузова своей железной тезки коробку, от которой вкусно пахло колбасой. Как она забралась наверх и как коробка не перевесила — осталось загадкой.
— Где там все? — деловито поинтересовалась она. — Опять по норам попрятались? Ладно, сейчас выманю.
Из-под вышитой туники Тундра извлекла варган. После Прокси Вадик уже не удивлялся ничему, так что просто смотрел, как она присела у колеса пикапа и заиграла. Казалось бы, в «гнездо» Прокси и тем более в мастерскую Некроманта звук проникнуть никак не мог, но Прокси вылез уже через минуту, сменив свою заляпанную краской толстовку на черную, с таким же треугольным вензелем, что и на его татуировке, а следом за ним в отдалении замаячила высокая худощавая фигура. Тундра оборвала игру и открыла коробку — там было вяленое мясо и банки с вареньем.
— Северные ягоды и прочая экзотика, — пояснила она Вадику. — Угощайся, сейчас чай будет.
Оказалось, что прямоугольная яма в стороне от гаражей вырыта не просто так — вскоре в ней уже горел настоящий костер, а над ним, прямо как в приключенческом романе, висел закопченный чайник — кажется, его притащил из недр своего гаража Некромант. Тундра снова вспорхнула в кузов и принесла полотняный мешочек, пахнущий неизвестными Вадику травами. Прокси тут же сострил про их психоактивный эффект, получил по лбу от Некроманта и нисколько не обиделся. Птаха тем временем успел оделить всех кружками и мисками. Вадик сидел рядом с Некромантом и уже ничуть не боялся. Мало ли что там у кого было. Он точно никогда не предаст и не подведет. Потому что как можно на что-то променять вот этот настоящий огонь, невероятно вкусное угощение, чай из сложной смеси трав, которую Тундра составляла на месте — да вообще всю эту настоящую жизнь! И конечно, он научится рисовать, как Прокси. И водить, как Птаха. И разбираться в машинах, как Некромант. И у Тундры тоже обязательно чему-нибудь научится.
— Что, юный Скайуокер, голова кругом? — усмехнулся Некромант. Вадик ответил почти теми же словами, что и Птахе утром:
— Просто тут все другое… настоящее.
— Верно говоришь, — задумчиво кивнул Некромант и вдруг чуть сжал его руку: — Запомни это. Навсегда. Я ненавижу терять наших.
Вадик снова захотел сказать, что, конечно, он никогда этого не забудет, потому что вообще по-настоящему живет только сейчас, но Некромант уже снова отвернулся к костру и застыл. Уже начинало смеркаться, и в отсветах пламени его лицо казалось еще более костлявым, чем на самом деле. Словно и правда выходец с того света. На долю секунды Вадику стало жутко, но тут Тундра достала гитару. Она не пела — просто напевным речитативом под сложный перебор рассказывала какую-то старую сказку. А может, она только что сочинила ее сама.
— …И юные боги, склонившись перед ним, назвали его Старшим. А люди, пришедшие следом, нарекли Байкалом.
Вадик встряхнулся и обнаружил, что уже полностью стемнело. Как так? Он помнил, как Тундра начала играть… и помнил последние слова. Это что, он опять заснул? Неловко-то как… Но Тундра, мягко рассмеявшись, пододвинула ему плошку варенья. Не желированного джема или пюре, где непонятно, сколько фруктов, а сколько сиропа с ароматизаторами — настоящего варенья с ягодами. У Птахи в руках была целая банка, и он с довольным видом подмигнул Вадику — мол, это все наше.