Раджа-Йог
![Раджа-Йог](/uploads/covers/2023-07-01/radzha-jog-201.jpg-205x.webp)
- Автор: Нина Базанова
- Жанр: Биографии и Мемуары / Эзотерика, мистицизм, оккультизм
- Дата выхода: 2000
Читать книгу "Раджа-Йог"
Глава тринадцатая
1
Курортный поселок Песочный весь утопал в зелени. Деревянные и каменные одноэтажные и двухэтажные дома чередовались с перелесками, состоящими, в основном, из хвойных деревьев, оттого и воздух был удивительно свежий и целебный. На центральной, Ленинградской улице, стояли трехэтажные сталинские дома. Послевоенная планировка отличалась строгими, прямыми улицами. В поселке был источник с чистой водой, и местные жители предпочитали употреблять в пищу ее, а не красноватую, не отличающуюся хорошим вкусом воду из водопровода. Поселок находился всего в двадцати пяти минутах езды от Ленинграда на электричке, и это делало его оживленным, особенно летом, когда в нем поселялось большое количество дачников. Но известность свою поселок Песочный получил не столько за курортные прелести и близость к пляжам Финского залива, сколько за построенный в нем в шестидесятых годах онкологический институт, оснащенный по последнему слову медицинской техники. Сюда приезжали больные со всех уголков страны. Надежды многих людей оправдывались: грозное заболевание отступало. У тех, кто попадал сюда слишком поздно, жизнь была максимально продлена. Всего одна коротенькая остановка отделяла институт от здания местной поликлиники. Это было огромное сооружение, построенное по нетиповому проекту, рассчитанное на перспективу дальнейшей застройки поселка жилыми кварталами.
Один из пациентов Ломсадзе, еще молодой полковник Иван Николаевич, почувствовав на себе благодатное воздействие лечения, понял, что должен помочь замечательному врачу открыть стационар. Он переговорил со своим знакомым — заведующим той самой местной поликлиники Костючком Валерием Георгиевичем о возможности размещения стационара в одном пустующем крыле здания, предварительно рассказав ему подробно о своем выздоровлении и поделившись радостью, что теперь не будет валяться по госпиталям и никто ему не будет намекать на несвоевременную отставку по здоровью. Валерий Георгиевич выслушал своего знакомого и, воочию убедившись в замечательных переменах в его здоровье, пошел навстречу и согласился предоставить помещение поликлиники под стационар. Надо сказать, что Валерий Георгиевич был человек честный, бескорыстный и прогрессивно мыслящий. Он сразу понял, какую неоценимую помощь может оказать Ломсадзе жителям его поселка.
Помещение, предоставленное заведующим, было светлое, с высокими потолками и просторными коридорами. Ломсадзе остался доволен. Иван Николаевич не остановился в своем стремлении помочь. Он записался на прием к командующему по строительству по поводу жилья для Автандила Ломсадзе в поселке. Он знал, что в красивом жилом доме сталинской постройки в бельэтаже есть трехкомнатная квартира, относящаяся к нежилому фонду, там ранее располагалась регистратура бывшей поликлиники. Квартиру надо было только привести в порядок. Будучи уверен, что Ломсадзе непременно окажет больным военнослужащим свою помощь, полковник изложил командующему свое предложение-просьбу. Предложение было полезным: помещение все равно пустовало, а медицинская помощь всегда нужна. Генерал-майор дал разрешение на аренду помещения. Иван Николаевич со строительной бригадой сделал квартиру пригодной для жилья со всеми удобствами. Ломсадзе мог жить и работать в поселке Песочный.
К столику регистратуры подошла женщина. Регистратор Юля, молодая девушка, подняла глаза да так и застыла: лицо женщины представляло собой поток гримас — это было судорожное сокращение мышц, которое происходило ежесекундно. Все лицо так и «ходило ходуном». Бывает дергается глаз, уголки рта, но здесь… неудержимый тик всего лица. Юля растерялась и не сразу ответила на вопрос больной, можно ли помочь в ее случае. А ведь девушка не раз видела, как Автандил Алексеевич помогал почти в невероятных случаях, в том числе успешно лечил нервный тик. Она, конечно же, вспомнила Сашу, мальчика лет десяти, который после травмы лица непроизвольно широко открывал рот и несколько секунд держал его открытым, чем нимало удивлял окружающих. Ну, подросток — куда ни шло, можно подумать, что балуется. А когда будет молодым человеком, мужчиной? Это трагедия. Его родители и бабушка водили его к врачам. Что только не предпринималось: электропроцедуры, успокаивающие, антибиотики — все было бесполезно! А Ломсадзе вылечил его, тик прошел, как будто его и не было! Правда, Сашин случай не идет ни в какое сравнение с трагедией этой женщины, но, не сомневаясь в возможностях Ломсадзе, она уверенно ответила:
— Обязательно вылечит!
В это время по коридору проходил Автандил Алексеевич. Ему достаточно было одного взгляда, чтобы понять, что с женщиной. Он сразу предложил ей лечь в стационар.
— Это на целую неделю?
— Да, наш курс рассчитан на неделю.
— Видите ли, у меня большая семья, я не могу оставить их надолго.
— Хорошо, я могу сделать для Вас исключение. Вы ведь живете здесь, в поселке Песочный?
Женщина утвердительно кивнула головой.
— Что ж, приходите на сеансы.
— Я буду приходить, сколько нужно, я так больше жить не могу. У меня хоть есть перспектива к выздоровлению?
— Перспектива есть… — скупо ответил Ломсадзе.
Лариса увидела больную только на второй день ее появления в стационаре. Она, как и регистратор, тоже была удивлена, потому что никогда не видела подобного случая. Нервный тик лица ужасен для любого человека, а тем более для женщины.
Увидеть эту больную сразу после стационара Ларисе не довелось. Она встретила ее через месяц на улице поселка и не узнала; бывшая больная сама ее остановила, чтобы сказать слова благодарности в адрес Ломсадзе. Слушая женщину, Лариса пристально всматривалась в ее лицо и не находила ни малейших признаков нервного тика. Она была абсолютно здорова.
Мрачное соседство с онкологическим институтом не проходило бесследно. «На огонек» стационара с нетрадиционным методом лечения заходили больные, направляющиеся кто на консультацию в институт, кто на операцию, кто после мучительных курсов лучевой и химиотерапии. Однажды в стационар к Автандилу Ломсадзе пришел Дмитрий Иванович. (Он приезжал в институт на курс химиотерапии).
Невыносимая вещь — это тошнота. Очень тяжело переношу уколы… Помогите… — попросил он.
Уже после первого сеанса у Ломсадзе, как по волшебному мановению, тошнота исчезла. Продолжая ходить на уколы, Дмитрий Иванович уже совсем не чувствовал неприятных ощущений.
Такие случаи повторялись. После лучевой терапии приходил к Ломсадзе четырнадцатилетний Денис, кстати, будущий художник. Ожоги от лучевой терапии быстро прошли, и мальчик поправился. Ломсадзе никогда не отговаривал больных от обычного лечения в медицинских учреждениях и не отменял назначений врачей. Но был случай, когда пришла Елена.
3
Как гром среди безоблачного неба звучит для больного заключение врача о наличии онкологического заболевания. Это трудно представить здоровому человеку. Начинает казаться, что уравненный путь как будто остановился для тебя. Кругом все куда-то спешат, торопятся, радуются, негодуют, любят, заняты работой, домашними хлопотами, а ты остановился и остолбенел от страшного известия. Ты себя чувствуешь обреченным, ты весь уходишь в свою болезнь, мир перестает существовать, как будто началась точка отсчета. Но это субъективное восприятие болезни. На самом деле современная медицина в состоянии помочь, лишь бы вовремя было обнаружено заболевание. В арсенале врачей много средств. Однако как объяснить необходимость оперативного вмешательства женщине, когда это касается молочной железы — неотъемлемой части красоты женщины… Елене предложили операцию. Делать было нечего, ведь гистологическое исследование показало наличие раковых клеток — опухоль два сантиметра.
— Успокойтесь, случай незапущенный, а шов врачи постараются сделать как можно незаметнее. Через три недели мы Вас ждем в институте, — сказали в онкологическом центре.
Столь длительный срок был назначен потому, что больных было много, сразу попасть на операцию было невозможно, Елене нужно было ждать. Она шла на вокзал на электричку, с трудом передвигая ноги. Пройдя, примерно остановку, она услышала женский голос. Оказалось, что навстречу идущая ей женщина остановилась и спросила ее о чем-то.
— Простите, что Вы сказали? — рассеянно переспросила Елена.
— Я спросила, не знаете ли Вы, где здесь центр нетрадиционной медицины «Тибет»? Мне сказали, что где-то в поликлинике…
— Я не знаю, извините… — вяло ответила Елена.
Вдруг слабый луч надежды мелькнул в ее душе. Она неожиданно для себя повернула и безотчетно пошла за женщиной по направлению к высокому зданию поликлиники. Большой красивый вход, длинный коридор. Народу было много. Ждать ей пришлось около часа, но торопиться было некуда. Где бы она теперь не находилась, она всегда была наедине со своей болезнью. Одной из последних Елена вошла в кабинет Автандила Ломсадзе. Прозвучал обычный вопрос врача о том, что беспокоит. Отвечая, Елена едва сдерживала слезы.
— Вы меня вылечите? — спросила она дрогнувшим голосом.
— Вылечим, причем абсолютно без лекарств и без того, чего Вы очень боитесь…
И в ответ на удивленно-вопросительный взгляд Елены Автандил Алексеевич добавил:
— … операции. В глазах Елены застыло неподдельное изумление.
— Да, Вы правы… Я очень боюсь операции… — тихо проговорила она.
И на самом деле она панически боялась операции, но не хотела в этом признаться даже самой себе. Боялась не проснуться после общего наркоза, как ее родная тетя несколько лет назад.
— До посещения онкологического института, у Вас есть время, — продолжал Ломсадзе. — Хоть в наши планы не входит нарушать предписание врачей, мы все-таки попробуем Вам помочь. Ложитесь в наш стационар всего на неделю.
Елена сразу же согласилась. От этого высокого красивого человека веяло уверенностью и спокойствием.
Находясь в стационаре, Елена совершенно успокоилась, она на удивление самой себе пребывала в безмятежном состоянии. Автандил Ломсадзе предупредил ее о том, чтобы она не трогала новообразование руками. Она не только не трогала, но даже почти не думала об опухоли. Через неделю выписалась. Вспоминая время, проведенное в стационаре, удивлялась: «Непонятно, почему я не волновалась? Я ведь так нервничала до этого». Она так и не догадалась, что сеансы, которые проводил профессор Ломсадзе, не только лечили ее основное заболевание, но и успокаивали нервную систему. Прошла неделя после выписки из стационара, другая… Елена вновь пришла в стационар, на сеансы к Ломсадзе.
— Дела идут хорошо, — сказал он. — Через неделю покажитесь своему врачу. Я думаю, Вы обойдетесь без операции.
И правда, когда еще через неделю Елена пришла в онкологический институт, врачи на прежнем месте опухоли ничего не обнаружили, остальные исследования подтвердили то же самое.
Вот так, неожиданно для самой себя, свернув с дороги на вокзал и повернув в сторону поликлиники, где располагался центр нетрадиционной медицины «Тибет», Елена избежала, казалась бы, неминуемой операции. Бывали «случайности» еще более удивительные…