Наваждение
![Наваждение](/uploads/covers/2022-11-28/navazhdenie-0.jpg-205x.webp)
Читать книгу "Наваждение"
Ник Алнек
Наваждение
Наваждение – по суеверным представлениям и в поверьях – призрак; обманчивое видение, внушенное злой силой с целью соблазна; непонятное, поразительное явление; труднообъяснимый случай.
Транспортный вертолет, летевший в небольшой таежный поселок, был полностью забит всевозможными коробками, ящиками, рюкзаками, а также несколькими коврами, завернутыми в разноцветные простыни. Две лохматые собаки, смирно лежавшие около большой клетки с курицами, дремали. Среди всех этих вещей умудрились устроиться: две старухи с девочкой шести-семи лет, паренек лет семнадцати, молодой человек двадцати пяти лет и трое стариков.
Прижавшись головой к квадратному окну вертолета, молодой человек по имени Степан, наблюдая за лопастями вертолета, тоскливо думал о том, что зря согласился лететь в это богом забытое место. В какой-то момент времени перед его глазами всплыло лицо Руслана, с которым Степан работал в одном из столичных журналов. Как раз накануне своей поездки молодой человек столкнулся с ним в широком коридоре редакции около автомата с напитками. Руслан, держа в руках бумажный стаканчик с ароматным кофе, на нытье Степана по поводу предстоящего вояжа сказал:
– Запомни, в тех местах живут непростые люди, но все они достойны всяческого уважения.
– Согласен, но и ты пойми меня – я ничего не знаю ни о тех местах, ни о людях, что там живут. А времени подготовиться мне на дали. О чем статью писать?
– Не переживай ты так, – сделав глоток, заметил Руслан. – Твоя задача: собрать уникальный материал о малых народах Приморья. Посмотришь на их уклад жизни, изучишь промыслы, послушаешь легенды. Вот и материал готов. Задание редакции – сам понимаешь – это святое. Кстати, босс не сказал, кто будет тебя сопровождать по тем местам? Кто-то из местных?
– Какой-то его дальний родственник – удэгеец по национальности и художник по призванию.
Руслан сделал еще пару глотков и сказал:
– Кажется, я знаю, о ком идет речь. Я видел этого парня пару раз. Его Михаилом зовут. Нормальный чел. Учился в Москве, пару лет назад собирался работать в нашем журнале.
– И?
– Внезапно передумал и вернулся на родину предков.
– Я вообще не понимаю, зачем нашему журналу этот материал.
– Ты это серьезно? – недоуменно произнес Руслан.
Он допил кофе и, смяв стаканчик, бросил его в корзину. Приобняв Степана за плечи, Руслан изрек:
– Инвестор нашего журнала уроженец тех мест. Впрочем, как и наш босс.
– И что? – не понял Степан.
– А то, что инвестор пожелал, чтобы в журнале появилась статья о его родных местах.
Похлопав Степана по спине, он добавил:
– Какие-то пару месяцев в тайге, и ты снова вернешься к нормальной жизни, полной уюта, тепла и благоденствия.
– Если к тому времени меня не сожрут тамошние комары, – буркнул в ответ Степан.
– Да, – задумчиво произнес Руслан, – гнусы там отменные. Но ты не отчаивайся. Помни: босс обещал тебе хорошую премию. Кто-то собирался купить себе домик на колесах…
Настроение молодого человека было на нуле. За окном виднелись тяжелые мрачные тучи, затянувшие небо – видимо, приближалась сильная гроза. Представив себе вертолет, летящий среди сверкающих молний, сопровождаемых громом, молодой человек, поежившись, взглянул на часы. Стрелки показывали пять вечера. Степан снова уставился в окно. Теперь перед его глазами предстала другая картина: в вертолет ударяет молния, он падает и его пожирает невероятная мощь водной стихии. Проведя ладонью по лицу, молодой человек прошептал:
– Мы летим над сушей, и никакая молния в нас не попадет.
Словно в подтверждении слов, тучи внезапно разошлись, небо посветлело, и Степан увидал сопки, покрытые лесом. Перелетев одну из них, вертолет завис над равниной и начал медленно снижаться. Внизу виднелись деревянные постройки, недалеко от которых, извиваясь, протекала довольно широкая река.
Наконец, вертолет сел и пилот, дождавшись, когда лопасти остановят свою работу, открыл дверь. Двое мужчин не спеша подкатили к вертолету невысокую самодельную лестницу, и, как только пассажиры спустились на землю, начали вытаскивать наружу груз. Пилот, прислонившись плечом к корпусу вертолета, достал из кармана куртки пачку сигарет и закурил.
Опустив на землю свой рюкзак, Степан огляделся. Встречающих было немного. Сначала к старухам с ребенком подбежала молодая женщина. Девочка, взвизгнув, кинулась ей на шею. Затем к одному из стариков подошел мужчина лет сорока. Они обнялись и, загрузив в четырехколесную тележку пару ящиков и клетку с курицами, медленно двинулись в сторону домов.
Еще одного старика встретила немолодая пара. Они, усадив его и собак в салон старенького «Запорожца», принялись заполнять прицеп машины многочисленными коробками. Остальную часть багажа загрузили в небольшой автобус, который забрал с собой последнего старика, подростка и мужчин, помогавших разгружать вертолет.
К Степану подбежал крепыш с густыми темными волосами и раскосыми газами светлого цвета. Его плоское лицо с выступающими скулами украшала широкая улыбка.
– Привет, – сказал он, протягивая для пожатия руку. – Меня зовут Миша. Прости, часы остановились.
– Бывает, – пожимая Михаилу руку, произнес Степан.
– Пойдем, а то мне деда пора кормить.
– Что за дед? – поинтересовался Степан, поднимая с земли рюкзак.
– Мой дед, – отозвался Миша и зашагал в сторону строений.
Закинув рюкзак за спину, Степан, еле поспевая за своим новым знакомым, спросил:
– Какие у тебя планы относительно меня? Хотелось бы за неделю собрать материал для статьи.
Взглянув на гостя, Михаил удивленно произнес:
– Планы? Да никаких планов у меня нет. Дядя просил показать тебе несколько мест, с людьми познакомить. Если завтра погода позволит, я тебя в мастеровую артель отведу. Там много чего интересного увидишь.
– А сегодня мы можем в артель заглянуть? Или уже поздно?
Миша рассмеялся.
– До нее километров двадцать топать.
– А не легче на вертолете долететь?
– Не легче. Там кругом ели, вертолет не приземлится. Если только сбросит тебя, как посылку.
Степан улыбнулся, сделав вид, что оценил юмор нового знакомого.
– У нас и в поселке есть на что посмотреть, – продолжал Михаил. – Он у нас хороший. Крупный.
– Что у вас здесь есть?
– Два магазина есть, клуб, школа, детский сад, гостиница. Небольшая больница имеется на сорок коек.
– Удивил, так удивил. И много людей проживает?
– Около трехсот.
Михаил подвел гостя к кирпичному дому и, открыв деревянную дверь, жестом пригласил войти внутрь.
Переступив порог, Степан остановился. Из небольшой прихожей вели две двери и молодой человек, вопросительно посмотрев на Михаила, спросил:
– Куда дальше?
– Налево, – подсказал тот.
Кивнув головой, Степан открыл нужную дверь и оказался в небольшой комнате, стены которой были завешаны разноцветными коврами, расшитыми мелко закрученными спиралями и узорами. Пол украшал толстый палас с выбитым на нем рисунком. Мебель в комнате полностью отсутствовала, не считая маленького телевизора, стоявшего на подоконнике, и русской печи, около которой возился сгорбленный старик. Одет он был в теплые штаны, заправленные в шерстяные носки и свитер, поверх которого красовалась расписная безрукавка. Степан удивился такому одеянию, ведь на дворе стояла середина лета. Словно прочитав мысли гостя, Миша тихо пояснил:
– Деду Василию сто восемь лет. Он мерзнет даже летом.
– Сто восемь? – поразился молодой человек. – Получается, что он тебе совсем не дед?
– Он мой прадед или прапрадед. Я и сам путаюсь, поэтому зову его просто дед.
Тем временем старик повернулся, и Степан увидал худое лицо со впалыми щеками и глубокими бороздами морщин. Длинные седые волосы старика были заплетены в две тонкие косички.
Дед Василий медленно подошел к небольшой скатерти, расстеленной прямо на ковре и, усевшись около нее, сказал глухим и тусклым голосом:
– Миша, где ты ходишь? Нам пора ужинать.
– Хорошо, дед, – отозвался тот, – Я гостя встречал. Дай нам несколько минут.
И Михаил подтолкнул Степана к занавешенному дверному проему.
За занавесью оказалась еще одна комната. Она была больше первой и в ней стояла мебель: два стула, потертое кресло-кровать, шкаф и пара раскладных столов. На полу лежал надувной матрац, рядом с которым расположились несколько стопок книг и альбомов по искусству.
– Уютненько, – произнес Степан, рассматривая многочисленные картины с изображенными на них сценами из жизни народов Дальнего Востока.
Сняв с себя рюкзак, молодой человек бросил его на пол и поинтересовался:
– Ты рисовал?
– Да, – с гордостью ответил Миша. – Мои работы.
– Здорово, мне нравится. Мы с тобой обязательно о них поговорим.
Михаил покраснел, а Степан, сделав вид, что не заметил его смущения, спросил:
– Твой дед всю жизнь в поселке живет?
– Нет. Он в разных местах обитал. Последние лет пятнадцать жил в той артели, куда я хочу тебя сводить. Когда я сюда вернулся, то сразу перевез его в поселок. Ты не смотри, что он бодрится – сил у него не так много осталось. Ладно, пойдем ужинать.
Ужин, с точки зрения Степана, был довольно скромным: серый хлеб, отварная картошка, да жареная рыба. Дед Василий, уставившись блеклыми глазами в узоры ковра на стене, ел молча, тщательно пережевывая каждый кусок. Лишь когда Михаил принялся разливать по чашкам отвар из ягод, он попросил дать ему теплого молока с медом.
После ужина Степан сразу отправился спать. То ли от усталости, то ли от таежного воздуха, глаза молодого человека слипались. Миша уступил гостю матрац, застелив его чистой простыней, и, как только голова Степана опустилась на подушку, он тут же провалился в глубокий сон…
Проснулся Степан около полудня. С трудом разлепив глаза, он, прищурив их от яркого солнца, светившего в окно, уставился на Мишу – тот, сидя за столом, что-то рисовал на большом листе ватмана.
– А ты, оказывается, любитель поспать, – усмехнулся Михаил.
– Который час? – спросил Степан, через силу поднимаясь с матраца.
Не прекращая рисовать, Миша ответил:
– Скоро двенадцать.
– Ничего себе, – пробормотал Степан, натягивая джинсы. – Сколько я был в отключке?
– Около шестнадцати часов. Это все чистый воздух. Я когда сюда вернулся, недели три не мог проснуться. Двигался как сомнамбула.
Сунув ноги в кроссовки, Степан вышел во двор и, широко зевнув, рысцой побежал в туалет. Когда он вернулся в дом, Миша уже хозяйничал около печи.
– А где дед? – поинтересовался Степан, наблюдая за тем, как Миша заваривает чай.
– Пошел к кому-то в гости. Дед любит с соседями пообщаться.
Взяв в руки чайник, Михаил, прежде чем скрыться за занавесью, попросил:
– Прихвати сковороду с печи и неси в комнату.
Взяв сковороду, на которой аппетитно урчала яичница с колбасой, Степан, проглотив слюну, поспешил за Михаилом.