Сказки про Сталина
![Сказки про Сталина](/uploads/covers/2024-02-22/skazki-pro-stalina-201.jpg-205x.webp)
- Автор: Пантелей
- Жанр: Научная Фантастика
Читать книгу "Сказки про Сталина"
* * *
Но были у товарища Сталина в этот день и неофициальные посетители, которых к нему тайком приводил начальник личной охраны, генерал-лейтенант Николай Сидорович Власик. После семейного ужина тайной аудиенции, в духе дореволюционных подпольных собраний, удостоился министр Государственной Безопасности СССР - Семён Денисович Игнатьев, с докладом о ходе расследования "Мингрельского дела". Игнатьев, в записях медиума был упомянут всего один раз, Лаврентий Берия снял его с должности одним из первых и обвинив в допущенных ошибках, вывел из состава ЦК. После его восстановили, но уже в 1960-м отправили на пенсию. Да, де-юре Игнатьев возглавил службу охраны МВД, после отстранения Власика, но де-юре не значит де-факто. Берия хоть и оставил пост главы НКВД в 1945-ом, со службой постоянно взаимодействовал и влияние на неё имел куда большее, чем тот-же Игнатьев. Семён Денисович, несмотря на то что был сугубо гражданским человеком, докладывал по-военному чётко. Дело расследовано, вина фигурантов доказана, в процессе, оказывалось противодействие следствию со стороны МВД, скорее всего, по заказу лично товарища Берия.
Внимательно выслушав доклад, товарищ Сталин, по обыкновению, взял паузу, принявшись раскуривать трубку и наблюдая за докладчиком. Иногда, такое наблюдение говорило в процессе больше, чем сам доклад. Игнатьев, очевидно, в сговоре с Берией не был, но ведь именно он представил материал, приведший к отставке и аресту Власика. Сыграли дурака в тёмную? Вероятнее всего, с «делом Власика» ещё предстоит разбираться, а пока на повестке «Мингрельское дело», по которому министр, очевидно, имел сказать что-то сверх протокола.
- Давайте, товарищ Игнатьев, излагайте свои соображения. Вижу, что они у вас есть. Каким образом товарищ Берия в этой грязи оказался замешан, и почему он эту банду до сих пор покрывает?
- Как ни странно, товарищ Сталин, но втянут в это дело товарищ Берия оказался для самого себя очень неожиданно. С некоторыми фигурантами дела, а именно с Барамия, Рапава и Шариа, его связывала давняя личная дружба и потому, на просьбу о помощи от "неправедного" в их интерпретации преследования, он отреагировал по-кавказски, очень горячо. А вот позже, когда к нему уже пришло понимание того, что дело не липовое, а он со своей поддержкой уже засветился, Лаврентий Павлович, что называется, закусил удила. Хотя, если честно, до сих пор не могу понять, на что он всерьёз рассчитывал, ведь это дело всё равно у вас на личном контроле.
Сталин понимал. Он помрачнел, и от этого его усмешка показалась Игнатьеву несколько жутковатой.
- А вот если я, к примеру, завтра помру? К примеру, товарищ Игнатьев, не бледнейте, как гимназистка при виде крови. Удастся вам довести это дело до суда?
- В этом случае вряд ли, товарищ Сталин. Но не мог же он на это рассчитывать
- Как знать, как знать, на что он мог рассчитывать... Вам пока не поступали сигналы на нарушение законности генерал-лейтенантом Власиком?
- Постоянно поступают, товарищ Сталин.
- Вот как? А почему вы мне не докладывали?
- Так ерунда же всякая. Что продукты ворует, женщин склоняет к… хмм… Обиженных на него много. И Берия, и Кобулов, и Абакумов, а их людей, лично им преданных, и в МГБ, и МВД очень много.
- Женщин, значит, склоняет. – усмехнулся Вождь, - А к делу врачей-вредителей его привязать не пытались?
- Мне об этом ничего не известно, товарищ Сталин. Иначе сразу бы доложил.
Не врёт. Доложил бы. Не предатель, просто слабак. До сих пор у него в штате люди, преданные кому попало, а ведь уже два года в должности. С МГБ его придётся снимать, но это позже, а пока…
- В любом случае, товарищ Игнатьев, за препятствие в проведении расследования, обвинение товарищ Берия уже заработал. Открывайте персональное дело и начинайте по нему работать, в режиме строгой секретности. До шестнадцатого декабря, кроме вас и меня, об этом никто не должен знать.
Приказ был довольно странный, и Игнатьев решился уточнить.
- Почему именно до шестнадцатого декабря, товарищ Сталин?
- Почему - тайна не вашего уровня допуска, товарищ Игнатьев. Шестнадцатого будет «день Икс». Всех основных фигурантов дела нужно будет очень тихо и одновременно арестовать. Успеете подготовиться?
- Успеем, товарищ Сталин. Если все фигуранты известны, четыре дня на подготовку нам вполне хватит.
- Известны, уже известны. Товарищ Берия шестнадцатого придёт ко мне с докладом по своим делам, а заодно представит материал на Власика, как одного из основных обвиняемых по "Делу врачей"...
Поймав недоумённый взгляд министра ГБ, Сталин отреагировал всё той же мрачной ухмылкой.
- Вот сразу после этого доклада, мы его и арестуем. И всех его людей. Его, Кобулова и Абакумова. Всех. Разбираться будем после. Готовьтесь, времени осталось совсем немного. До шестнадцатого мы больше не увидимся. Связь, если она вдруг понадобится, держите лично через Власика. С глазу на глаз, никаких телефонов, никаких курьеров. До свидания, товарищ Игнатьев!