Save your soul, Beauty
![Save your soul, Beauty](/uploads/covers/2022-11-23/save-your-soul-beauty-201.jpg-205x.webp)
- Автор: Лорен Джу
- Жанр: Любовные романы
Читать книгу "Save your soul, Beauty"
========== some philosophy ==========
У Лайи в теле слабость и ощущение безразличия к происходящему.
У Влада в руках бокал с красным вином, который он критично осматривал, словно искал изъян.
У Лайи лишь один вопрос:
— Зачем?
Дракула не спеша оторвался от созерцания дорогого хрусталя. Что-то вампир запамятовал, где его приобрёл. Долгие годы жизни дают о себе знать.
— Что «зачем»? — взглянул он в её антрацитовые глаза. Они казались ему именно такого глубокого оттенка.
— Зачем я здесь, — чуть громче повторила Лайя, ощущая злость на вампира.
— Спроси у мироздания. А зачем мы все здесь вообще? Антон, ты вот как думаешь? — слегка повернул он голову к стоящему наготове слуге. Антон был одет в отглаженный костюм.
— Я здесь, чтобы служить вам.
— Допустим, — кивнул Влад, нисколько не изменившись в лице. — Антон, ты в чём смысл жизни видишь?
Лайя ощутила подступающую тошноту к горлу, когда в очередной раз оглядела столовую, где ей приходилось завтракать, обедать и ужинать вот уже вторую неделю. В самом начале её восхитил готический стиль замка, предметы старины, которые словно перемещали в другую эпоху. Однако всё омрачалось лишь одним: она здесь заложница.
— Да нет никакого смысла жизни, — нахмурился слуга, ещё более выпрямившись. — Живёшь, работаешь, потом умираешь. Вот и всё.
— Похоже, Антон у нас нигилист, — усмехнулся Дракула, проведя большим пальцем по подбородку.
— Зачем ты меня здесь держишь? — вновь произнесла Лайя, приходя в неистовство от вечного спокойствия Влада Дракулы.
— Пока ты ищешь ответ на этот вопрос, у тебя есть смысл. Разве нет? — наклонился он вперёд и впился в неё внимательным взглядом, который словно проникал под кожу и бередил душу.
Девушка от злости сжала челюсти. Накапливалась агрессия, которой она не могла дать выход.
— Понятно, почему с тобой никого нет, — огрызнулась Лайя. — Балабол.
Влад расхохотался.
— Девушки — существа интересные, пока не сломаются. Рано или поздно все ломаются, — севшим голосом произнёс он, задумчиво уставившись в пространство.
Лайя почувствовала мимолетную тень страха, от чего вздрогнула.
— Почему ты не ешь? — с заботой в голосе спросил Дракула. — Чем тебе не угодила паста карбонара? Ты постоянно молчишь. Зачем голодать?
— Может, потому что меня в заложницах держит какой-то маньяк?! — не сдержалась Лайя от проявления эмоции. С каждым часом пребывания в этом месте ей было всё сложнее себя контролировать.
— Раз маньяк тебя здесь держит, то покричи, подерись. Что там ещё делают в таких случаях? Позови на помощь, — с издёвкой сказал Влад.
— О да, сейчас бы кричать, когда этот замок один на несколько миль леса, — съязвила девушка в ответ.
— Вот видишь. — Провёл Дракула пальцами по ножке своего бокала. — Какая ты сообразительная. Я это сразу приметил. Девушка с «Критикой чистого разума» в руках. Редкость.
Бёрнелл захотелось просто вновь оказаться дома с книжкой, а не жить в постоянном страхе и надежде найти способ сбежать. Она выработала тактику: не вырываться, а осторожно узнать, как отсюда выбраться. Однако шла вторая неделя, а плана по итогу у неё не было. На девушку навалилась апатия, она перестала есть, ощущая давящую безысходность и бессмысленность происходящего.
Влад её не бил и не трогал. Влад просто разговаривал с ней, порой они молчали вместе. Ей на миг даже показалось, что он глубоко одинок. Замок был огромнейшим, и единственной отрадой девушки являлась архитектура. Бёрнелл с тоской вспоминала пары по этому предмету, как тогда мечтала оказаться вот в таком памятнике архитектуры, дотронуться до реликвий, вдохнуть прошлое и погрузиться в него. Правду говорят, что своих желаний стоит бояться. Её желание исполнилось слишком неправильно.
Лайя со злостью закусила нижнюю губу, которая и без того была вся в ранках. Зачем, вот зачем она приехала в Румынию? Кто погнал её? Но и был вопрос более насущный: почему она собралась в библиотеку именно тогда? И почему никто не предупредил, что маньяки тоже ходят в библиотеку и увлекаются философией?
«С глубоким интересом Лайя разглядывала плотно заставленные полки в городской библиотеке. Она обожала книги и то, как они пахнут. Некоторые люди любят запах книг, а ей казалось, что у каждой книги свой собственный аромат, особенно что касается книг из библиотек. Столько людей наслаждались произведениями, люди с самыми разными судьбами и историями. Рука девушки сама потянулась к томику Канта. С ним были связаны приятные воспоминания, которые позволяли мысленно вернуться в студенческие годы. Занятия по философии, долгие обсуждения, споры и потом ночи напролёт в домашних заданиях: докладах, эссе, чтении научных трудов великих мыслителей. Постижение размышлений философов было не самым лёгким занятием, однако Бёрнелл всегда упорствовала и копала глубже, не довольствуясь поверхностными ответами.
— Кант. Как изысканно. И что же вы думаете по поводу «вещей в себе»?
Лайя была очарована этим низким приятным голосом, который мягко обволакивал её теперь вяло текущие мысли. Несколько секунд назад она вспоминала вкус университетского латте, ощущала горько-сладкий и до боли знакомый вкус, а теперь растеряла всё, как будто распустила ожерелье, позволяя бусинкам рассыпаться.
Девушка осторожно повернула лицо к обладателю столь волнующего голоса. Первое, на что наткнулся её взгляд — пронзительные серо-голубые глаза. Это была странная ассоциация, но она почему-то вспомнила гематит. В голове вновь возникло воспоминание: вот Лайя в возрасте двенадцати лет листала книгу о драгоценных камнях и наткнулась на один очень занимательный — тот, что способен окрашивать воду в красный цвет. По этой причине его ещё называют кровавиком. Она встряхнула головой, стараясь прийти в себя, ведь ей задали вопрос.
Бёрнелл не могла объяснить, почему этот человек вызывал у неё парализующий тело страх. Она почувствовала себя пойманным глупым зверьком, но не могла ничем разумным оправдать ощущения. Обычно разум руководил ей, а не чувства. Испытывать такое рядом с незнакомцем — абсурдно. Лайя ведь совершенно не знает его.
Тем более что, его голос, кажется, способен свести её с ума. То, что она так млеет от звука хриплого мужского голоса, девушка впервые поняла в университете, когда встретилась с не слишком симпатичным преподавателем, который, однако, обладал бархатным тембром, что вынуждало Лайю погружаться в предмет с головой.
С незнакомцем была немного другая история: он выглядел симпатичным, да что там — по-мужски красивым. Ей захотелось вспомнить античных богов и сравнить, а затем вновь встряхнула головой. Мужчина ласково улыбнулся ей, как будто понимал, через что сейчас проходил её мозг.
— Вещь в себе? — хрипло переспросила смущённая девушка, пытаясь настроиться на философию. — Я согласна с Кантом в том, что опыт не может дать нам знания того, какие вещи сами по себе.
— Удивительно, — растянулись губы мужчины в лёгкой полуулыбке. — Юна, красива и умна. Редкое сочетание сегодня.
Лайя залилась краской и нахмурилась.
— А вы подумали, что я просто так книгу держу?!
— Всякое бывает. Один раз видел, как девушка читала эротический рассказ, завёрнутый в обложку «Заката Европы» Шпенглера. Люди такие забавные существа. По итогу, не смогла связать и двух слов. А «Закат Европы» как никогда актуален. Что-нибудь можете сказать?
— По поводу цикличности расцвета и увядания культур? — попыталась Бёрнелл вспомнить содержание. — К сожалению, я уже не так хорошо помню, читала пару лет назад.
— Помните, что Шпенглер предлагал воспринимать историю нелинейно? Фаустовскую культуру помните?
— Это термин Шпенглера, — глубоко задумалась Лайя, усиленно стараясь вытащить из недр памяти нужную информацию. — Помню, но поверхностно.
Мужчина не сводил взгляда с лица девушки, медленно скользя и временами цепляясь за мягкие черты.
— Вы бы хорошо выглядели на портрете. Вижу вас словно Донну Велату. Жаль, вы не жили во времена Рафаэля Санти. Впрочем… я словно где-то вас уже раньше видел, — прищурил он глаза. У Лайи в груди сердце сжалось так сильно, что на миг ей показалось: она больше не живёт в этой реальности. У неё перехватывало дыхание от этого человека, в груди не хватало кислорода, и губы стали слишком сухими. Бёрнелл дотронулась до них кончиком языка, стараясь справиться с нервозностью, но острый взгляд незнакомца вынудил её вздрогнуть и ощутить узел внизу живота. Лайя затаила дыхание, наблюдая за гематитовыми глазами.
Ей показалось, что она сделала что-то слишком неправильное.
— Кофе будете? Тут за углом отличное кафе, — нарушил незнакомец тишину. У Лайи был шум в ушах. В библиотеке присутствовала всего парочка людей, неподалёку находящийся парень начал говорить по телефону, но Бёрнелл больше ничего не могла слышать, кроме одного голоса. В этот момент весь мир сжался до одного человека, и она ничего не могла с этим поделать.
Девушка была не в силах отказать, очарованная тем, насколько этот мужчина образован и притягателен.
— Тогда встретимся там через полчаса. Буду ждать.
— Да… — Лайя сама не поняла, почему вдруг её голос опустился до шёпота. У неё начали подрагивать кончики пальцев. — Извините… — нерешительно пролепетала она, когда мужчина повернулся. Ей было до боли страшно, что он сейчас её оставит. Ощущения были не из приятных. Рядом с ним сердце останавливалось, и чувствовалось это мучительно, но теперь казалось, что без него мир вообще потеряет последние краски. — Как вас зовут?
— Влад.
— Влад Цепеш? — звонко рассмеялась Бёрнелл, стараясь так снять напряжение. Как не вспомнить Влада Цепеша в Бухаресте?
— Хм, — приподнял он брови, удивляясь. — Вот мы и познакомились, Донна Велата, — окинул мужчина её таким изучающим взглядом, что Лайя как будто ощутила кончики его пальцев на своей коже. Щёки вспыхнули красным, и Влад смог увидеть, как ей неловко».
— Ещё тогда я понял, что ты особенная, — вырвал Дракула девушку из болезненных воспоминаний с привкусом наивных надежд. Лайе тогда казалось, что ей повезло встретить того самого — учителя, что будет удивлять её своей эрудированностью, более опытный, чем она сама, с гипнотизирующим взглядом и таким воздействующим на неё магнетическим голосом. Её тянуло к нему непреодолимой силой. В жизни Бёрнелл всегда всё просчитывала, даже когда дело касалось парней. Но здесь она потеряла свою способность к разумной оценке ситуации.
У неё не было бабочек в животе, там почему-то пусто. Если и сравнивать, то у Лайи словно внутри расползались черви: отвратительно. В горле каждый раз как будто застревало что-то, мешая сделать нормальный вздох. Гнетущее предчувствие не отпускало, и всё тело сигнализировало о том, что впереди опасность.
Но и другого девушка не могла понять: раз это не влюблённость в привычном её понимании, то что тогда? Почему так противно и страшно на душе? И отчего без Влада ещё более ужасно, чем с ним?
— Особенная — и что дальше? — пробормотала Лайя, схватив бокал с алым вином. Как же ей хотелось разбить его и испортить ковёр красным пятном.