Роман со вкусом капучино
![Роман со вкусом капучино](/uploads/covers/2023-07-30/roman-so-vkusom-kapuchino-201.jpg-205x.webp)
- Автор: Анна Евгеньевна Антонова
- Жанр: Детская проза
- Дата выхода: 2010
Читать книгу "Роман со вкусом капучино"
Анна Антонова
Роман со вкусом капучино
Глава 1
Ты не веришь в чудеса
Арбат был как Арбат. Кричащие витрины магазинов, вычурные вывески кафе, длинный забор плавно перемещающейся вдоль улицы стройки, мостовая, по которой страшно неудобно шагать на каблуках… Она идет поступать в театральное училище.
Аля тряхнула головой, словно только сейчас поняла, где и почему находится, немедленно попала каблуком в ямку и оступилась.
– Саш, осторожнее. – Дима попытался подхватить ее под локоть, но она непроизвольно отшатнулась.
– Предпочитаю, чтобы меня называли Алей, – холоднее, чем рассчитывала, ответила она.
– Извини… – смешался тот. – Просто я подумал, если Александра…
– Саша – мужское имя, – отрезала Аля. – А я – девушка.
– И очень красивая, – тут же ввернул Дима.
Аля поморщилась – комплимент не доставил никакой радости. Она уже остро жалела, что связалась с этим парнем.
Познакомились они в школе искусств подмосковного города Щербинки – Алю и ее одноклассников по киноколледжу привез туда на годовой отчетный концерт их общий преподаватель по актерскому мастерству Иосиф Петрович. Аля тогда пребывала в расстроенных чувствах – ее одноклассник Антон добился того, чтобы она в него влюбилась, а потом самым свинским образом сделал вид, что между ними ничего нет, не было и не предвидится[1]. После концерта щербинцы устроили чаепитие, на котором Антон без зазрения совести ухаживал за местной роковой красоткой Катей. Ошалевшая от его предательства Аля демонстративно обменялась с Димой телефонами и договорилась вместе пойти поступать в театральное училище.
Они пока окончили только десятый класс, но на первом прослушивании никаких документов не спрашивали. Конечно – при конкурсе больше двухсот человек на место нереально регистрировать всех желающих! Сначала три отборочных тура творческого испытания, и только у тех, кто его пройдет, попросят документы и результаты ЕГЭ, будь оно неладно.
Она собиралась позвонить Диме назло Антону, но тот опередил ее: сам позвонил прямо на следующий день после знакомства. Аля взяла трубку, не посмотрев на определитель, и очень удивилась, услышав незнакомый голос.
– Привет, это Дима, – запинаясь, проговорил он. – Мы вчера в Щербинке познакомились.
– Я помню, – коротко отозвалась Аля.
После предательства Антона любезничать с парнями она не собиралась.
– Мы договаривались в театральное училище… – начал было он, не договорил и умолк.
Аля не хотела ему помогать, но пауза затягивалась, и она все-таки спросила:
– Ты что-нибудь узнал?
– Да, – обрадовался Дима. – Посмотрел на сайте. Десятого июня первое прослушивание по предварительной записи. Могу съездить нас записать.
– Запиши, – пожала плечами Аля, хотя собеседник не мог видеть этого жеста.
В голове мелькнуло, что съездить в училище ей было бы гораздо проще – она живет в Москве, а Диме придется тащиться из Щербинки, – но предлагать свои услуги Аля не стала. Хватит уже церемониться с этими недалекими созданиями мужского пола! Месть Антону доставила бы ей больше удовлетворения, но за неимением его под рукой она отыгрывалась на новом знакомом.
– А что нужно для прослушивания? – спохватилась она.
– Подготовить чтецкую программу – несколько стихотворений, отрывок из прозы и две-три басни, одну обязательно Крылова, – как по писаному доложил Дима.
– А еще чью можно? – хмыкнула она. – Лафонтена? Или этого, как там его, Эзопа?
– Сергей Михалков вроде писал басни, – неуверенно предположил Дима.
– Про дядю Степу?
– Нет, про дядю Степу это же не… – на полном серьезе начал объяснять он, но Аля перебила:
– Я пошутила. Ладно, найдем. – И вздохнула: – Опять что-то учить…
– А ты думала, – непринужденно отозвался Дима. – Представляешь, каково актерам, у которых главная роль в спектакле?
– Не представляю, – буркнула она. – Это все или еще что-то нужно?
Разговор по мобильному затягивался, но Диминых денег ей было не жалко.
– Ты не поверишь, – хмыкнул он. – Могут попросить продемонстрировать дополнительные способности: пение, танец…
– Слушай, а может, ну его… – испугалась Аля, но Дима успокоил ее:
– Вы разве спектаклей никаких не ставили? Сбацаешь что-нибудь оттуда.
– Песнопений у нас не было, – засомневалась Аля.
– Да ладно, вряд ли до этого дойдет, – «успокоил» он.
– А это все? – с подозрением поинтересовалась она.
– Ну… Еще могут попросить по заданию комиссии исполнить несложный этюд, – смешался Дима и тут же бодро затараторил: – Ну это совсем просто – этюды-то у вас точно были?
– Да, – мрачно подтвердила Аля.
Конечно, красиво было на глазах у всех непринужденно договориться с незнакомым парнем пойти поступать в театральное училище. Но теперь, когда выяснились подробности этого мероприятия, оно перестало казаться легкомысленной забавой. Теперь придется готовиться, учить стихи и прозу, а потом позориться перед комиссией… В последнем Аля почему-то не сомневалась, несмотря на то, что год проучилась в киноколледже, сыграла в двух спектаклях и несчетном количестве этюдов.
И не отступишь теперь – и ее, и Димины однокласснички непременно поинтересуются их успехами. Пускай уже начались каникулы – наверняка никто не забудет этой волнующей темы. Да и не факт, что они не встретятся до осени…
Дима в тот же вечер отчитался, что записал их на прослушивание, и Аля принялась рыться по книгам и Интернету. С басней было проще всего – берешь сборник Крылова и выбираешь. Стихотворение она взяла тематическое, как нельзя более подходящее к ее теперешнему настроению – «Сжала руки под темной вуалью» Анны Ахматовой. Разучивая его, Аля представляла, что речь идет об Антоне, и это здорово помогало настроиться на нужный лад:
Сжала руки под темной вуалью…
«Отчего ты сегодня бледна?»
– Оттого, что я терпкой печалью
Напоила его допьяна.
Было в этих внешне простых строчках что-то завораживающее и волнующее.
В качестве отрывка из прозы она выучила кусочек из любимого романа «Мастер и Маргарита», начинавшийся со слов «Тьма, пришедшая со Средиземного моря, накрыла ненавидимый прокуратором город…»
Книга «Мастер и Маргарита» напомнила об Антоне: зимой они всем классом ходили на выставку Нади Рушевой, художницы, которая умерла в семнадцать лет, и вместе восхищались ее иллюстрациями к роману Булгакова… Аля потрясла головой, прогоняя неуместные воспоминания, и снова раскрыла книгу на нужном месте. Несмотря на ритмичность и красоту слога, учился отрывок тяжеловато.
И вот Арбат как Арбат, кричащие витрины магазинов, вычурные вывески кафе… И никто не догадывается, что они не просто гуляют, а идут поступать в театральное училище. Совсем недавно, в апреле, они были тут с Антоном – тоже шли в Щукинское, на отчетный концерт первокурсников по приглашению Иосифа Петровича…
Хватит уже думать об Антоне! – одернула себя Аля. А что делать, если все, ну буквально все о нем напоминает! От того, что сейчас рядом с ней совсем не Антон, Аля злилась на Диму еще сильнее. На нее какое-то помрачение нашло, когда она договорилась встретиться с этим совершенно чужим ей парнем!
– А что будем делать, если поступим? – как ни в чем не бывало весело поинтересовался Дима.
– Ты поступи сначала.
– А что такого? Бывают же чудеса. Всякие актеры известные любят рассказывать, как пришли поступать в театральный на спор или за компанию…
– И совершенно случайно знали несколько стихотворений, отрывок из прозы и басню Эзопа, – подхватила Аля.
– Это уже мелочи жизни, – отмахнулся Дима. – Ты что, не помнила никакого стиха наизусть? Или басни про сыр?
– Кстати, о сыре и известных актерах, – задумчиво отозвалась Аля. – Слышала я интервью какого-то профессора театрального института – чуть ли «Щуки», кстати. Его спросили, интересно ли принимать вступительные экзамены. А он ответил: «Помилуйте, что ж тут может быть интересного – с утра до вечера слушать, как вороне бог послал кусочек сыра…»
Дима хихикнул:
– Ну мы-то не будем рассказывать про кусочек сыра. Или… – Он с тревогой посмотрел на нее, и Аля поспешила успокоить напарника:
– Не будем. Я нашла самую неизвестную басню Крылова.
– Какую?
– Называется «Лещи».
– А про что там?
– Ты разве приемная комиссия? – неожиданно смутилась она.
– Да ладно, порепетируешь.
– А у тебя какая басня? – сменила тему Аля.
– Тоже самая неизвестная.
– А как называется?
– Ты разве приемная комиссия?
– Ладно, – вздохнула Аля. – Замяли. Репетировать не будем. Поздно уже. Прибережем наш пыл до экзаменаторов.
– Угу, – поддакнул Дима. – Не стоит раньше времени распылять вдохновение. – И без перехода спросил:
– А ты когда-нибудь мечтала стать актрисой?
Аля смутилась и неожиданно честно ответила:
– Да. Иначе зачем бы я в киноколледж пошла? А ты?
– И я, – с потешно виноватым видом развел руками Дима. – Иначе зачем бы я в школу искусств пошел?
Они одновременно рассмеялись, и Аля впервые со дня их знакомства подумала, что Дима не так уж плох, как она себе вообразила.
– Кстати, там еще ограничение по возрасту есть, – неожиданно сказал он.
– Ты же говорил, документы на прослушивании не спрашивают, – смутилась Аля. – На нас ведь не написано, что мы еще школу не окончили?
– Да нет, – засмеялся Дима. – По верхней границе. Девушек принимают до двадцати двух лет, юношей – до двадцати пяти.
– Ничего себе! – возмутилась она. – Что за дискриминация?
– Дефицит, как везде, – усмехнулся Дима.
Аля искоса взглянула на него и благоразумно решила не уточнять, где еще дефицит парней.
– А если кто-то пройдет три тура, а потом выяснится, что он старше? – вместо этого поинтересовалась она.
– Тогда не знаю.
– Нам на литературе рассказывали, – не унималась она, – что Шукшин в двадцать пять лет в театральное поступил и там над ним все смеялись.
– Таких, как Шукшин, или Ломоносов какой-нибудь, единицы, – философски заметил Дима. – Нелепо полагать, что это наш случай.
– Не веришь ты в чудеса, – вздохнула Аля.
– А ты как будто веришь, – отозвался Дима, и она не нашла что возразить.
Глава 2
Море обаяния
Они свернули с Арбата, и их словно невидимой стеной отрезало от шумной пешеходной улицы.
– Староколенный переулок, – прочитала Аля и хихикнула, пытаясь представить неведомые «старые колена».
В этом уютном месте со старинными особнячками мало что напоминало о современности.
– Будто в другом веке оказались, – прочитал ее мысли Дима.
Аля с подозрением покосилась на него – к чему бы эта телепатия? – но решила списать на банальное совпадение и штампы сознания.
Когда они вошли во двор училища, толпившаяся там публика подозрительно оглядела вновь прибывших.
– Ничего себе, – присвистнул Дима, разглядывая народ. – Как нас много…
– Конкурс – двести человек на место, – напомнила Аля. – И мы портим статистику.