Насилие истиной

Тиана Веснина
100
10
(1 голос)
0 0

Аннотация: Обвинить себя в собственных неудачах — да никогда!

Книга добавлена:
29-09-2023, 20:28
0
17
105
Насилие истиной

Читать книгу "Насилие истиной"



ГЛАВА 1

Высокая настольная лампа ярко освещала женское лицо, с замечательной быстротой менявшее выражение, становящееся то елейным, то заносчивым, то вкрадчивым. Но в устремленном на экран ноутбука взгляде светилось одно лишь торжествующее злорадство. Ее пальцы проворно стучали по клавиатуре.

Женщина откинулась на спинку стула и залилась тихим смехом. Взяла со стола бокал с «Мартини» и сделала несколько жадных глотков.

— И что? — словно обращаясь к кому-то, спросила она. — Ведь все — правда! Чистая, сверкающая, как только что выпавшая роса. Эффект будет потрясающим!

Она вскочила со стула, нервно прошлась по большой полутемной комнате, подошла к окну и почти коснулась стекла лицом, вглядываясь в ночной мрак сада. Ветер шелестел листьями, они словно разговаривали друг с другом.

Губы женщины прошептали: «Листья… То, что надо! Так и назову роман — «Живые листья», поскольку все персонажи живы-здоровы!».

Телефонный звонок нарушил тишину дома. Женщина подбежала к журнальному столику, но прежде чем взять трубку, основательно откашлялась и низким грудным голосом лениво выдохнула: «Алло!»

В трубке помолчали, потом раздался недовольный голос:

— Слушай, Жаклин, чего дурака валяешь?! Ведь ждешь же моего звонка!

— Откуда я знаю, что это ты? — не спустила она резкости и тотчас выпалила нетерпеливо: — Ну, говори, что?!

— Да все!.. Даже больше, чем ты хотела!

— Откуда тебе знать, чего я хотела? — презрительно рассмеялась она.

— Короче, старику — конец!

— Да ну?! — присвистнула Жаклин.

— И чего ты к нему привязалась? Ведь он столько для тебя сделал!..

— Сделал для меня, а потом сделал меня! — охрипшим от неожиданных спазмов голосом просипела Жаклин.

— Да ладно!.. Кто за границу тебя вывез?!.. Кто деньги давал на все эти сногсшибательные шмотки?!.. Все Петруша!.. А ты его!.. — голос звонившей выразил брезгливость. — Хоть бы не с него начала!..

— Конечно!.. — от возмущения Жаклин едва не захлебнулась собственной слюной. — А он бы взял да и помер!.. Пиши тогда!..

Голос в телефонной трубке тяжело вздохнул.

— Противно с тобой говорить!..

— А мне с тобой — еще противнее!..

— Ничего, потерпишь, и трубку не бросишь!

— Захочу и брошу!

— Нет! — со злорадным металлом в голосе ответила звонившая. — Не бросишь! Пока все до конца не узнаешь!

— Угадала! — довольно хмыкнула Жаклин. — Рассказывай!

— Я с их домработницей час назад встретилась. Она просто сама не своя. Содом и Гоморра, говорит, в доме! Твой бывший за голову хватается, а старый требует револьвер, стреляться надумал.

— Значит, жив… не умер от потрясения!.. — не скрыла разочарования Жаклин. — Ладно!.. — вздохнула она в раздумье. — Еще немного потрясем!

— Оставь! Послушай меня хоть раз! Я всю жизнь под твою дудку проплясала, теперь наконец ума набралась!.. Оставь эту писанину! Добром она не кончится!..

— Не могу! — с ехидством в голосе ответила Жаклин. — Я контракт с журналом подписала! Так что обязана выполнять! Понятно, Марго?

— Вот-вот! Все выкручиваешься! И меня и себя окрестила какими-то обезьяньими именами, будто в цирке выступаем: «Весь вечер на арене Жаклин и Марго!»

— Не придирайся! Когда-то тебе нравилось!..

— Ладно, черт с этим! Прошу тебя, оставь свою писанину! Прикинься больной, хоть умирающей. Только больше — ни строчки!..

— Да чего ты так волнуешься? — искренне удивилась Жаклин. — Сегодня все пишут — и кому лень, и кому не лень… и ничего!

— Так ведь они хоть и пишут мерзости, но делают это как-то более деликатно, обходя неподобающие для печати события!.. А ты?!

— А я — в лоб! — развеселилась Жаклин. — Я — правду!

— Однобокая она у тебя получается! Только твоя личная точка зрения на давно минувшие события, о которых и вспоминать-то не стоит!

— А что ж мне, с их точки зрения смотреть? Если им не нравится, пусть ответят!

— И ответят! Дождешься!

— Ладно!.. Значит, полный аншлаг? — хихикая, уточнила Жаклин.

— Полный! Из редакции уже звонили! Тебя разыскивают! Ждут продолжения! Думают тираж увеличить! В нашем киоске было пятнадцать экземпляров. За полчаса ни одного не осталось!.. Уж очень ты круто взяла! Всех переплюнула! Твои предшественники по описанию подвигов ныне здравствующих лишь кусали их да грозили пальцем из-за кустов, а ты!.. Домработница рассказала, что когда старик прочел, как петушком перед членом ЦК и завотделом культуры ходил, так последние волосенки свои выдрал!..

— Поделом ему!.. И ведь все истинная правда, с какой стороны не посмотри! Он тогда «Золотого петушка» поставил! Успех критика по указке партии обеспечила грандиозный. Вот он и выказывал свою благодарность начальству. А ловко я подметила!.. — Жаклин прикрыла глаза и, не вникая больше в болтовню приятельницы, припомнила, что именно писала…

«Отмечали Первое мая на даче одного члена ЦК. Петр Арсентьевич весь лучился от осознания собственной значимости. Приглашенных было много, и все какие!.. А он только один спектакль успел поставить во вверенном ему театре! «Значит, начальство смотрит на меня как на способного обеспечивать нужное направление развития культуры в нашей стране!» — подумал он и приосанился.

Гуляли долго. Круг гостей постепенно редел. Остались самые сильные и самые приближенные. Петр Арсентьевич тоже хотел уйти, по-английски, но совершенно трезвый молодой человек в строгом костюме мягко остановил его на выходе и передал просьбу Самого — остаться! У Петруши круги радужные перед глазами от счастья пошли. «Не иначе, как что-нибудь грандиозное предложат или разрешат!.. Я еще свое имя золотыми буквами!..»

И тут Сам поманил его рукой. Петр Арсентьевич стелящейся походкой подлетел и остановился поблизости с любезно-вопрошающей миной на лице.

— Ну порадовал! — пыхтя, произнес Сам. — Понравился твой Петя-Петушок! И как это он там у тебя в последнем акте кукарекает! — расхохотался он, и тут же, выждав требуемую паузу, вступил хор приспешников.

Кто как умел: кто баском, кто тенорком, кто с подвизгиванием, кто глазки закатив, кто, наоборот, выпучив. Петр Арсентьевич выбрал для себя благородно-сдержанный смешок. С достоинством! Все-таки главный режиссер театра! А Сам заливался все пуще и пуще! Хор не отставал, с виртуозным мастерством выделяя соло хозяина и ни на одну восьмую не осмеливаясь перекрыть его, постепенно приходя в состояние услужливого экстаза.

— А ну-тка, Петюня! Порадуй почтенную публику! Изобрази, как это у тебя там… — широко разевая рот, высказался Сам.

Петр Арсентьевич несколько секунд продолжал с достоинством подхихикивать, не вникнув в суть произнесенных слов. Молодой человек в строгом костюме сделал ему знак рукой. Петр Арсентьевич непонимающе уставился на него. Тот раздраженно покачал головой и кивнул в сторону Самого!

— Ну давай, Петюня, изобрази петушка!..

— Я?! — Петр Арсентьевич от удивления развел руками, прямо как петух крыльями, что вызвало новый взрыв смеха.

Хмель, словно ведьма на метле, в одно мгновение вылетел из его головы. И он другими глазами взглянул на присутствующих.

Посредине, словно фотографироваться собрался, в широком кресле развалился красномордый Сам. Его белая рубашка, разошлась на огромном животе, потеряв пуговицы. Почтенным полукругом — кто на стульях, а кто прямо на полу — расположились остальные. Они, как теперь догадался Петр Арсентьевич, уже были приняты Самим в особый круг. И для каждого Сам лично выбирал «вступительное» задание. Справишься, понравишься — наш человек! Нет — живи и пеняй на себя!

«Неужели?! — растерянный взгляд Петра Арсентьевича скользил по лицам столпов общества. — И они так же, как и я?.. Не может быть! Тут что-то не то!» — и он решил схитрить, перевести все в шутку.

— Да у меня не получится! — как можно увереннее произнес он. — В спектакле молодой актер Петушка играет. Голос звонкий, темпераментный! Он вообще поразительно умеет всяких животных изображать! Вы бы видели, как он корову показывает!.. — нарочито увлекся Петр Арсентьевич, желая отвлечь и Самого. — «Пусть только захочет! А уж его прислужники в один миг этого актера разыщут и доставят! Вот пусть он и кукарекает!..»

Но брови на кумачовом лице нахмурились, а окружение Самого заволновалось, словно волны Черного моря в преддверии шторма.

— Не хочу корову! — рявкнул Сам. — Хочу Петушка, и немедленно!.. Давай!

Молодой человек в строгом костюме, все еще делавший руками непонятные Бахареву знаки, вдруг таким долгим взглядом посмотрел на него, что тот понял все в одно мгновение, словно ему объяснили: «Не исполнишь маленькую прихоть Самого — сам в ничто превратишься! Забудь о столичном театре! Забудь о карьере! В лучшем случае — второй режиссер во второстепенном городке какой-нибудь отдаленной области. А исполнишь!.. Что тут говорить!» Петр Арсентьевич окинул взглядом близкий круг Самого.

Его не принуждали, ему предлагали сделать выбор. Откажется, встанет в позу — все тут же позабудут о нем, отвернутся, словно и не было его вовсе. Сам новую шутку выдумает, или кто подскажет, или кто в подхалимском порыве лично выскочит на середину и петушком, и воробышком, и лошадью, да чем пожелаете!.. Зато уж у себя в кабинете!.. Лютый лев! Достоинство, осанка, речь неторопливая, голос негромкий, чтобы подчиненные, затаив дыхание, каждое слово ловили. Ведь о том, что он здесь выделывает, им-то неведомо!

«Может, и я буду так же сидеть рядом с Самим и опираться на ручку его кресла, как сейчас завотделом опирается. Ведь ему, наверное, тоже это право не просто так досталось!»

Эта мысль вихрем пронеслась в отрезвевшей голове Петра Арсентьевича.

— Да я что ж? — тушуясь, сказал он и бисерно рассмеялся. — Я-то — пожалуйста! Я просто хотел как лучше!.. — Он отчаянно замахал руками и издал к собственному удивлению звонкое, даже с залихватскими переливами: «Ку-ка-ре-ку!!!» Увидел довольную улыбку Самого и вошел в раж. Руками еще ловчее захлопал и пошел вкруг кресла с достоинством, словно по птичьему двору. Ножку выкидывает, шпорами цокает и заливается.

Сам даже с кресла сполз. Остальные — кто за живот схватился, кто слезы, кто лысину вспотевшую белыми платками вытирают.

Сам рукой поманил Петра Арсентьевича.

— Молодец! Куда твоему зеленому артисту!.. Тебе самому Петушка надо играть!..

«Господи! — взмолился Бахарев. — Только не это!.. Ну что же я буду за режиссер, который петухом на сцене кричит?!»

— А эта… — чмокнул губами Сам. — Шамаханская царица у тебя — хороша!.. Ох, хороша!.. Глазастая, фигуристая, ловкая!.. Я как-нибудь после спектакля ее на ужин приглашу!.. — засверкали его глаза.

Петр Арсентьевич что-то невнятно попытался объяснить, но Сам его жалких слов не расслышал.

Сникший Бахарев безо всякого интереса взглянул на народного артиста, вытанцовывавшего барыню с цветным платком на голове. Артист этот в основном играл роли руководящих работников, и оттого глупо повязанный на голову бабий платок делал его невероятно смешным. Он ловко дробил ногами, вертелся, подмигивал и визгливо вскрикивал «И-и-эх!»

Петр Арсентьевич напился до последней возможности и тоже развеселился. На следующее утро его доставили домой на машине с такими номерами… ох!..»


Скачать книгу "Насилие истиной" - Тиана Веснина бесплатно


100
10
Оцени книгу:
0 0
Комментарии
Минимальная длина комментария - 7 знаков.
24книги » Детектив » Насилие истиной
Внимание